— Русские женщины — удивительные! Как у вас говорят, — он нахмурил лоб и, припомнив нужные слова, добавил: — В огонь войдет, коня на скаку остановит. Не думаю, что кто-либо из присутствующих смог бы так быстро найти единственно верное решение. Это поступок, характеризующий человека.
И, подумав, спросил:
— Вы знаете сколько ей лет?
— Около тридцати, — после недолгой паузы ответил Костя, прикинув в уме окончание института, возраст ребенка и сопоставив все то немногое, что он слышал от Анны.
— Я знаю только одну женщину, которая, не задумываясь, поступила бы так же, — произнес Роберт. Он опять вспомнил о дочери. В марте ей исполнится тридцать.
В этот момент из секретариата вышла Анна.
— Are you OK?[1] — участливо спросил Роберт.
— Yes. Thank you,[2] — автоматически ответила девушка.
— Are you going to the party this evening?[3]
— No… I dont know,[4] — Анна непонимающе взглянула на Костю. Она первый раз слышала о приеме.
— I think Mr. Derbenev will invite you personally,[5] — Балайзер не успел закончить фразу, как подоспевший Николай включился в разговор:
— I do that just now,[6] — и, обернувшись к Анне, произнес: — Мы ждем вас вечером, к семи часам. И, уже обращаясь к Косте, добавил:
— Константин Петрович, я пришлю за вами и Анной Николаевной машину.
— Спасибо, мы доберемся сами, — растерянно отреагировал Костя.
— Большое спасибо, но я не смогу, — немного подумав, как можно мягче отвергла приглашение Анна. — Я не готова к такого рода встречам.
— Вы не можете отказаться, — Дербенев выразительно посмотрел на Крылова, и тот произнес:
— Анна Николаевна обязательно приедет.
— Буду рад увидеть вас вечером, — удовлетворенно произнес Балайзер напоследок.
— В чем причина? Почему вы не хотите принять приглашение? — спросил Дербенев, когда они остались втроем.
Анна замялась.
— Я не взяла с собой соответствующей одежды. И к тому же… Я испортила туфли, — добавила она смущенно.
— Так, все понятно. Костя, ты едешь с нами на завод, а я все организую.
«Скорее всего, Марья Петровна, — быстро раздумывал он, кому поручить это дело. — Нет, пожалуй, она здесь нужнее. Лучше Дарья Александрова из отдела рекламы».
— Зайдем ко мне, я отдам распоряжение, — произнес Николай, увлекая за собой Анну и Крылова.
По пути Дербенев вызвал одного из водителей и Дашу, с которой Анна успела познакомиться утром. В кабинет они зашли практически следом.
— Андрей, повезешь девушек, куда скажут. Когда закончат свои дела, Анну Николаевну — в гостиницу, Дарью — на дачу, а сам — ко мне. Ты еще будешь нужен. Будь на связи.
Дав знак Дарье с Костей задержаться, Дербенев, после того как остальные вышли, сказал:
— Даша, оденьте, пожалуйста, девушку по высшему разряду. Вы в этом разбираетесь лучше. — Польщенная Даша зарделась. — Она сделала для всех нас большое дело. Сам Балайзер хочет ее видеть. Счета принесете мне. И никому ни слова. Да, еще парикмахерская и все ваши женские прибамбасы. Решайте сами, что нужно.
Вы за нее отвечаете. Все.
— Николай, не стоит, — попытался отказаться от его услуг Костя, когда за Дашей закрылась дверь. — В конце концов, она приехала со мной. Сам все оплачу…
— Слушай, да за одно то, что она сегодня сделала, я ей не этими тряпками обязан. Я ее на лучший курорт отправлю! Понимаешь, что мы бы сейчас не на открытие завода собирались. Там дети были…
— Но ведь машина не твоя, твоей вины нет.
— А какая разница… Сам знаешь, сколько таких, кто ждет, где оступишься. В общем… Слушай, она у тебя давно работает? Давай я ее к себе заберу, а?
— А жена как же? — улыбнулся Крылов.
— Ты что, Верку не знаешь! Расскажу, так сама ее в гости пригласит, — Дербенев усмехнулся и серьезно продолжил: — Она же юрист. Лучше нас с тобой понимает, чем бы все закончилось. Так что с ней я могу о твоей Анне поговорить.
Мужчины замолчали.
— А вообще, считай, что она у тебя — козырная карта, — снова заговорил Николай, улыбнувшись. — Вон как Балайзеру по душе пришлась. А как она утром про мастурбацию? Класс!
— Это вам всем класс. А я готов был сквозь землю провалиться, — Костя покачал головой и тоже улыбнулся. — Она, конечно, забавная девушка, умеет находить выход из разных ситуаций. Правда, не знаю пока, как она в работе. Я ведь перед самым отъездом ее взял: эпидемия гриппа, все заболели. Послужной список у нее вроде неплохой, но ты же знаешь — это не показатель. Вот сегодня ночью будет работать, посмотрим.
Дербенев лукаво улыбнулся:
— И над чем вы будете работать сегодня ночью?
— Не смейся, я отчет не закончил. Так что работать будет за компьютером.
— Ну, ты даешь, — даже присвистнул Николай. — И когда будет готов? Ты уж постарайся побыстрее. Скажу по секрету, чует моя душа, что Балайзер неспроста сам приехал. И дело не только в пуске линии и в дальнейших контрактах. Очень уж он интересовался региональными представителями. Каждого просил охарактеризовать. Что-то у них еще намечается. Так что нужно успеть. Могу кого-нибудь в помощь дать.
— Да нет, спасибо. Сам попытаюсь справиться. В гостиницу к вечеру по e-mail все недостающие материалы пришлют. Они там тоже работают.
— Ладно, поехали. Автобус уже внизу, — сказал Николай, выглянув в окно. — И «Volvo» уже погрузили.
— Так в чем причина, что все-таки случилось?
Костя также подошел к окну. Вокруг погрузчика с аварийной машиной суетились люди.
— Черт его знает! Непонятное что-то. Машина практически новая. Года нет. Сейчас на сервисную станцию отвезут, на экспертизу. Может быть, в Швецию везти придется, на завод. Сам понимаешь, машина дипломатическая. Возможна диверсия.
— Хорошо, хоть обошлось.
— Да… Поехали.
Даше с Анной потребовалось почти два часа, чтобы подобрать подходящий наряд и обувь. Все оказалось не так просто. У девушки была женственная фигура, где присутствовало все: грудь, бедра, талия. То есть фигура была неплохая, но не подходила под понятие стандартной. И только в четвертом по счету магазине, или, как их теперь кличут, бутике, удалось подобрать подходящее платье на сегодняшний вечер. Еще какое-то время было потрачено на поиски приличной обуви и сумочки.
Уже подъезжая к гостинице, Даша созвонилась по мобильному телефону со знакомой парикмахершей и договорилась об обслуживании.
— Покажи-ка руки? — попросила она Анну и добавила: — Нормально. Машенька, лак для ногтей захвати в синих тонах. Минут через двадцать выходи. Нашу машину ты знаешь. Да, зовут Андрей.
