Тони принял эту ее «несовременность» без возражений, и вообще, глядя в прошлое, можно было с уверенностью сказать, что он никогда по-настоящему не любил ее. Между ними ни разу не было такого взрыва чувств, который она пережила во сне. Этот сон был реальнее их вялых, ровных, без всплесков отношений наяву.
После девяти она позвонила мистеру Кирби, но с разочарованием услышала, что он ушел к своему клиенту.
В час она сделала себе сандвич с колбасой, а еще через полчаса в дверь постучал Джеррет Брент. Ее сердце упало. Вновь всплыл сон, и она покраснела, будто бы он застал ее за чем-то постыдным. Но конечно, единственной причиной его прихода могло быть только то, что настал момент его торжества и он принес доказательство, что коттедж принадлежал ему!
Это была грустная мысль, потому что, хотя она безотчетно ждала того Джеррета из сна, но в то же время надеялась, что другой Джеррет, владелец документов, не придет. Но когда она открыла дверь и увидела его в бежевых льняных брюках и темно-коричневой водолазке, все ее мысли об этом другом Джеррете Бренте мгновенно улетучились. Нет, пришел тот мужчина из ее сумасшедшего сна, и нестерпимый жар охватил ее тело, сердце бешено заколотилось, и она благодарила Бога за то, что он мог видеть только беспорядок в комнате, а не тот, который царил у нее в голове.
И главное, она никак не могла посмотреть на него по-другому, увидеть врага, а не сексуально привлекательного мужчину, который обладал властью привести ее тело в такое возбуждение, что это пугало ее. Ведь все это было лишь сном! Но ощущения не исчезали, и они сводили ее с ума. Сара смотрела на него широко раскрытыми зелеными глазами, в которых застыл вопрос.
Его брови поднялись в удивлении.
— Вы смотрите на меня так, как если бы я был призраком. Что-нибудь случилось, мисс Карлтон?
Она попыталась взять себя в руки. Формальное обращение помогло ей чуть-чуть опомниться, создало между ними определенную дистанцию. Оно живо выбило у нее из головы всякое ощущение интимности, и так и должно было быть. Она должна, должна забыть слишком реалистичное ощущение его тела во сне. Он выглядел таким мужественным, а его кожа была гладкой, лишь слегка покрытой волосками… Ничего грубого, ничего ставящего барьер между их телами.
Она поймала себя на том, что размышляла, действительно ли он такой, как во сне, и сердито тряхнула головой, будто желая выкинуть из нее это наваждение.
— Я думаю, вам лучше войти, — в растерянности произнесла она. — Но мне непонятно, почему вы пришли с пустыми руками, и у меня складывается впечатление, что вы не принесли хороших новостей.
— Произошла задержка, — сообщил он, развалившись в кресле-качалке ее бабушки. Он выглядел полностью расслабленным, вытянув вперед длинные ноги и заложив руки за голову, но его глаза следили за ней.
Сара вздернула голову и, сев на краешек стула напротив, приготовилась к сражению.
— Неужели?
— Да. Управляющий моим имением заболел, и я не представляю себе, где искать эти бумаги в его запутанной картотеке. — Он открыто смотрел на нее, но жестко сжатые губы заставили ее усомниться в его искренности.
— Вы сказали, что они в вашем сейфе, — напомнила она.
Он пожал плечами.
— В моем или моего управляющего, какая разница?
Она с яростью взглянула на него.
— Большая, и вы это прекрасно понимаете! Я впервые вижу такого человека, который предпочитает без всякого смысла увиливать, вместо того чтобы сказать правду.
— Можете продолжать в том же духе, мисс Карлтон, но потеря выдержки ничего вам не даст. — Казалось, что он улыбался.
— Что же мне делать?
— Вы можете вернуться домой, оставив мне свой адрес, и я буду время от времени связываться с вами.
Сара в гневе вскочила на ноги.
— Нет, ни в коем случае! Я категорически отказываюсь!
— Отказываетесь дать мне свой адрес? — Он даже не пошевелился, глядя на нее снизу вверх с такой раздражающей улыбкой, что ей захотелось ударить его.
Она закусила губу и заставила себя ответить спокойно.
— Отказываюсь уехать без результата. Когда, черт возьми, вы перестанете играть со мной?
Никогда в жизни она не была так беспомощна и так возмущена. Обычно она не была раздражительной личностью. Но как сдержаться, когда этот человек, такой привлекательный, яркий, умный, намеренно и открыто издевался над ней, получал огромное удовольствие, выводя ее из себя?
— Играть? — Его брови удивленно поднялись, как если бы он не понимал, как она могла подумать такое. — Я абсолютно серьезен, сударыня. Но вы, конечно, имеете право поступать, как вам заблагорассудится.
Сара серьезно посмотрела на него.
— Меня не интересуют права, меня интересует справедливость. Вы водите меня за нос, но почему, за что? Вы не предъявляете документы, потому что у вас их нет, но по неизвестным мне причинам пытаетесь убедить меня, что они просто в недоступном месте. — Она сделала паузу и глубоко вздохнула. — Но если вы будете продолжать свою грязную игру, мы посмотрим, что скажет поверенный моей бабушки, когда я встречусь с ним. Вероятно, у него есть документы. Я привыкла верить людям. Но можете не сомневаться, я все выясню, и тогда вам придется принести извинения, хотя после всех ваших издевательств не уверена, что приму их.
Джеррет Брент встал, но ее вспышка, как видно, совершенно не взволновала его. Наоборот, он был очень доволен и широко улыбался. У него были очень белые, слегка неровные зубы.
— Скоро вы не будете выглядеть таким счастливым, — выкрикнула она. Ее взгляд пылал ненавистью, а грудь тяжело вздымалась. Как он смеет смеяться ей прямо в глаза!
Джеррет Брент медленно покачал головой, внимательно рассматривая ее. Улыбка не исчезла.
— Вы незаурядная женщина, мисс Карлтон. — Он шагнул к ней.
Сара в панике отступила, перед глазами вновь всплыл ее сон, и она отнюдь не была уверена, что наяву, как и во сне, она не поддастся его грубой чувственной мужественности.
— Я никогда раньше не встречал такую тигрицу. — Его голос стал более низким. Он сделал еще шаг, и теперь их разделяло всего несколько дюймов.
Всем своим существом Сара вдруг почувствовала, что ее сон станет реальностью, если он только дотронется до нее. Барьеров уже не существовало, и она уже ничего не могла с собой поделать. Сон был таким реальным, и теперь реальность готова была превратиться в страшный, но чудесный сон…
Его голубые глаза сияли.
— Вы чертовски решительная особа.
Он сказал это уже во второй раз, но она не чувствовала себя польщенной, ибо ждала не слов. Она ощущала разочарование.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
