– Господа предприниматели, приятного времяпровождения, – попрощался я, правда, непонятно с кем. Дмитрий никак не отреагировал на мою реплику, а Александр сделал небрежное движение пальцами, как будто отгонял назойливую муху. Думаю, что это означало: "До скорой встречи, многоуважаемый друг и кормилец! Заходи – мы тут всегда тебе рады!". А впрочем, я не сильно разбираюсь в языке жестов, может он что-то другое имел ввиду.
Прикрыв аккуратно за собой дверь, я вышел в коридор офис-центра. Рабочий день приближался к своему лучшему моменту – завершению. В коридоре уже было много людей в верхней одежде, удачно завершивших трудовой "будень". Телепорт-лифт мгновенно спустил меня с двести восемнадцатого этажа в холл и, пройдя поле охранного периметра здания, я вышел под моросящий дождик осеннего мегаполиса. На повороте третьего транспортного кольца сумасшедший мотоциклист не справился с мокрой дорогой и вылетел метров на сто за пределы трассы. Разбитый мотоцикл убирали роботы дорожной службы, а самого гонщика, окутанного силовыми полями подушек безопасности, снимали с электровышки, в которой он неудачно завершил стометровый полет и благополучно застрял. Парень весело ругался, а собравшаяся поглазеть толпа радостно комментировала все движения неудачливого гонщика. Район развлечений Мнемники все так же зазывал любителей веселого времяпровождения.
В "Гном-маркет", заниматься техническими вопросами и одеждой, под вечер идти не хотелось, и я решил отложить все необходимые движения на завтра.
"Дима меня с потрохами сожрет!" – весело подумал я и отправился в стрелковый дворец "Лужники".
Поймав Батяню, я попросил его перевести меня в отдел средневекового оружия.
– Работа подвернулась, Серег, – начал оправдываться я перед тренером. – Как только добью – сразу вернусь, а то ни разу же в тебя ни попал.
– И не попадешь, – "успокоил" меня Батяня и добавил с хитрым выражением лица: – У тебя все есть, кроме одной малости. Эта малость называется – талант.
– Терпение и труд – всех заклюют! – гордо ответил трудолюбивый джисталкер и забрал карту перевода у улыбающегося в пшеничные усы виртуоза стрельбы "по македонски".
Потом я пошел разыскивать Вику, которую все зачастую звали Вилкой из-за ее невероятных талантов в обращении со всеми колюще-режущими предметами, которые используются на расстоянии.
– Что-то ты ко мне зачастил. Влюбился что ли? – встретила меня "амазонка", хитро улыбаясь, и немного полюбовавшись засмущавшимся джисталкером, отправила в раздевалку.
– Ну что, побегаем? – предложила Вилка, когда я вышел в зал стрельбы.
– Вик, а может, арбалетом займемся? – немного неожиданно даже для самого себя попросил я. Наверно повлиял на меня зулусский барон, уж больно долго он распинался об арбалетах.
– Можно и арбалетом, – согласилась мой тренер. – Очень хорошо нервы тренируют на дуэлях, особенно те, которые долго перезаряжаются.
Вика быстренько сбегала на склад и притащила два мощных арбалета с натяжением тетивы при помощи реечного ворота. Сначала мы долго разбирались с тактико-боевыми свойствами этого дальнобойного средневекового оружия. Вилка – просто кладезь информации, если дело касается древнего вооружения. Она прочитала мне целую лекцию об арбалетах, основная часть которой благополучно вылетела из моей головы сразу после прослушивания.
Из вороха сведений запонилось немногое. Оказывается, арбалет очень древнее оружие, изобретенное одновременно в древней Греции и Китае примерно в пятом веке до нашей эры. В принципе арбалет – это просто усовершенствованный лук и не более того. Арбалет состоит из основания, имеющее название "ложе", внутри которого крепится спусковой механизм. На верхней поверхности имеется направляющий паз для болтов. Техника стрельбы из арбалета почти не отличается от стрельбы из ружья или винтовки. Конечно, подача патронов у огнестрельного оружия значительно быстрее, чем процесс натяжения тетивы и наложения болта, но принцип практически тот же. Приспособлений для натяжения тетивы существует огромное количество, и Вилка мне каждое расписала досконально, но я так и не запомнил ничего толком. Кстати, у нас на Руси арбалеты тоже использовались, и носили название "самострелы".
Потом мы облачились в тяжелые бронежилеты, больше похожие на средневековые полные доспехи, встали в разных концах зала, и дуэль началась. Впрочем, дуэлью этот процесс я бы назвал с большой натяжкой. Больше было похоже на расстрел. На каждые два болта "амазонки" я успевал выпустить максимум один. Причем если каждый второй болт Вилки бил в мой бронежилет, иногда отбрасывая меня на пару шагов назад, если я в тот момент находился в неустойчивом положении, то я в тренера не попал ни разу. Она ловко двигалась вдоль стены, и мои болты били только в пластиковое покрытие. Наконец один особо удачный болт, метко пущенный Вилкой, ударил в мой тяжелый шлем, после чего я сел на пол, и пару минут не мог подняться, получив легкий нокдаун.
Придя немного в себя, я обнаружил, что дышать почему-то стало значительно легче. Оказывается, пока я пребывал в состоянии "грогги" мой сердобольный тренер подошла и сняла с меня тяжелый шлем. Запыхавшийся вспотевший джисталкер с красной физиономией с восхищением смотрел на гламурную девицу, которая тоже сняла шлем. "Амазонка" даже не сбила дыхания и ее прическа, после получасовой-то стрельбы в закрытом шлеме, была такая же идеальная, как всегда.
– Что-то с арбалетами у тебя похуже дела обстоят, чем с луками, – резюмировала Вилка результат сегодняшней тренировки. – Когда в поле то?
– Неделя примерно есть, – грустно сказал джисталкер.
– Ладно, подтянем, думаю, – задумчиво сказала "амазонка". – Только каждый день минимум пару часов придется заниматься, вспоминать мои многолетние уроки, двоечник ты мой.
– Понял, хозяйка! – согласился я. – Только завтра начнем, хорошо? А то сегодня я чего-то не в духе.
– Да вижу. Беги домой – приводи себя в порядок, – сжалилась Вилка и тренировка закончилась. Тяжелый бронежилет жизнь мою спас неоднократно, а вот тело от синяков, оставленных тяжелыми болтами, защитил плохо. Впрочем, грех жаловаться, главное – живой остался.
Домой идти было рановато, и я отправился в компьютерный клуб. Игра не клеилась – сказывалась усталость и избитое тело. Поиграв в стратегию "крафт двадцать один" я не смог даже пройти отборочные сражения, и был выбит из борьбы геймером из Гондураса. Это стало вершиной сегодняшнего позора, поэтому я тихонько сбежал из клуба – как бы кто не заметил. Если узнают местные геймеры – будут надо мной смеяться. Получить за глаза кличку "Гондурас" почему-то не хотелось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
