— Если вам уж так хочется показать свой завтрак, пожалуйста, не на мой камзол, — ехидно поддел Севем, делая шаг в сторону и лишая ее такой необходимой поддержки. В ногах все еще чувствовала слабость, опасалась не удержаться и позорно усесться прямо на уличные камни — холодные и грязные.
«У него такой способ общения, или я ему так «понравилась»?» — отстраненно подумала, но вслух сказала:
— Вы, кажется, говорили, занимаетесь алхимией, может у вас есть соответствующий порошок?
— Конечно, ношу полные карманы всякой дряни специально для погони за всеми, предлагая ее, — недовольно пробурчал тот в ответ, но Лео его услышала и разозлилась. Если он уже пришел за ней, то обязан вести себя подобающим образом, показываясь с наилучшей стороны. Но тут же себя отдернула, а вдруг это и есть его лучшая из сторон — сдержанная, относительно спокойная и уравновешенная.
— Я, конечно же, все понимаю и нашу спешку в том числе, но денег на разные покупки мама не успела мне дать, — ехидно отозвалась, чтобы хоть как-то отомстить собеседнику за его не очень любезное обращение с ней.
— Я предполагал, вы прогуляетесь по улочкам и восстановите свой магический баланс, но если уж так хотите заняться покупками, мы сейчас зайдем в Лаваприкс. Там возьмете ваши деньги, если магическая печать подтвердится, или кредит. Это золотое хранилище, принадлежащее леприконам, — начал рассказывать, словно Лео была несмышленым, не в меру любопытным ребенком с миллионом вопросов в кармане и неизменным «что это?» — На самом деле здание находится не здесь. Это лишь иллюзия с очень мощным и постоянно действующим порталом, что считается более действенной защитой от воров.
— Я, возможно, и плохо разбираюсь в магии, но не умственно отсталая, — огрызнулась себе под нос, но собеседник услышал ее, и уже громче добавила: — Я понимаю, леприконы допустят обмен денег на золото, но у меня и обычных денег нет. Я ведь права, здесь ходит леприконское золото? А оно вообще не исчезает?
— Нет, леприконское золото исчезает только в случае, если оно украдено и тогда возвращается к своему хозяину, — пояснил Севем, направляясь по только ему известному маршруту.
Отвлекшись на пробегающего шумного волшебника в странной шапке с узором короны, неожиданно поняла, ее проводник куда-то подевался, а по дороге ходили люди, абсолютно не обращающие на нее внимание. Их было так много, а ей вдруг стало одиноко и обидно, ее вот так просто бросили посреди такого людного места, но в то же время в абсолютно чужом мире.
— И что вы здесь встали? Боитесь пройти дальше? — ядовито осведомился вынырнувший из толпы Севем. — Идите за мной, — скомандовал, а Лео, чтобы не потеряться, хотела поймать его за руку, но он двигался слишком стремительно, из-за чего случайно ухватилась за край расстегнутого кожаного плаща.
— Что? — удивился волшебник, пренебрежительно взглянув на нее, легким движением вырывая из ее пальчиков и отбрасывая полы назад. — Если не знаете, как ко мне обращаться, то можете называть меня «Севем», — и сам почему-то скривился от своего предложения. — Или вам больше не обо что руки вытереть, кроме как о мой плащ?
«Ну что за человек… хм, волшебник».
— Можно я подержусь за вашу руку, чтобы не потеряться? — Лео чувствовала себя омерзительно и казалась себе неуклюжим бегемотиком на балетной сцене. Почему-то не могла предложить взять его под руку — стеснялась. Хотелось поправить прическу, отдернуть юбку, но остановила себя на пол движении — одежда сидела как надо, а прическа даже если и растрепалась, то не сильно изменилась.
— За руку? — Севем явно издевался, и это чувствовалось в каждом произнесенном им звуке. — Ребенок. Многие волшебницы в вашем возрасте уже сами имеют пару детей и водят их за руки.
«Не вижу смысла заводить детей без мужа», — хотелось огрызнуться в ответ, но понимала, полностью зависит от воли этого человека, а злость и раздражение вызваны резкой переменой событий.
Сейчас отчетливо ощущала магию места, которая иголочками била по ней своими импульсами, что еще сильнее раздражало, если даже опустить момент, Севем растравил ее внутренний мир своими замечаниями, когда хотелось получить хоть пару подбадривающих или успокаивающих слов.
После его жестоких выпадов так захотелось домой, где знала каждый закоулок и теперь готова была разрыдаться, но приложив некоторые усилия, сдержалась, запирая боль далеко внутри себя, стараясь незаметно прикусить язык, желая хоть немного отвлечься.
— Вот именно, волшебницы, — сделав ударение на последнем слове, указала, давая понять, само определение не совсем подходит ей на данном этапе.
— А вы и есть самая настоящая волшебница, — но это было сказано тоном, выброшенного оскорбления, принижающего само ее существование.
— Но узнала я об этом пару минут назад, — вымещая эмоции на землю, от злости топнула ножкой, желая передать ей весь свой гнев. Камни выложенной улицы в радиусе метра начали покрываться сеткой мелких трещин, в которых стала виднеться тягучая расплавленная лава, играя жаром и переливаясь сквозь потоки воздуха.
Люди стали на них оборачиваться, но Севем, быстро сориентировавшись, взмахнув рукой, вернул дороге первоначальное состояние, делая вид, ничего не случилось.
— Прекратить истерику, — прошипел, хватая ее за плечи, впиваясь в них своими сильными пальцами, отрезвляя, авторитетом заставляя погасить вспышку безудержного гнева.
— Я не истеричка, — чуть дрожащим, но холодным голосом отозвалась Клеопатра, пытаясь взять эмоции под контроль. — Но ваши «невинные» замечания и единорога заставят плеваться огнем.
— К вашему сведению, единороги огонь не извергают.
— И я о том же. Так может, мы уже в банк пойдем?
— В банк?
— Ну, то место, где взять деньги. Раз я ничего не захватила из дома, то мне нужна как минимум одежда.
— Хранилище. Ладно, это не должно занять много времени. Идем, — ответил мрачный волшебник и, галантным жестом предложив ей локоть, направился в сторону белокаменного одноэтажного строения. — Я обычно не занимаюсь новичками.
Лео решила принять эти слова за извинение, но промолчала, не желая поднимать ссору заново. Видимо ему и так было трудно отвести ее на ярмарку после того, как пришлось спасать от Охотников, а она, между прочим, даже спасибо не сказала, да и, возможно, у него было много дел или опаздывал на какую-то важную встречу.
Теперь можно было смело вертеть головой по сторонам, рассматривая окружающие лавки, набитые разнообразными товарами, вывески, вещи на витринах и проходивших мимо волшебников и волшебниц.
