В таком случае как какая-либо будущая американская администрация сможет отказаться начать войну, если под угрозой окажутся такие благородные задачи? Ответ, безусловно, заключается в том, что благородные задачи не имеют никакого значения. Соединенные Штаты начинают войну, где и когда захотят, а если под рукой не окажется подходящей благородной задачи, правительство, опираясь на незаменимую помощь американских СМИ, сфабрикует таковую. Министр Роберт Гейтс сегодня признает, что здесь присутствует элемент выбора. Ладно, спасибо, ему, что сообщил. Он ведь был также министром обороны и при Джордже Буше, а до этого двадцать шесть лет проработал в ЦРУ и Совете национальной безопасности. И, конечно, умеет хранить секреты.
Реформирование индонезийских вооруженных сил в течение 40 лет
(13 июня 2005 года)
25 мая 2005 года президент Джордж Буш заявил, что Соединенным Штатам необходимо поддерживать тесные военные связи с Индонезией, несмотря на возражения со стороны правозащитных организаций, которые считают, что данное сотрудничество должно быть отложено до тех пор, пока Индонезия не займется более активно нарушениями прав человека со стороны своих военных. «Мы хотим, чтобы молодые офицеры из Индонезии приезжали в Соединенные Штаты, — сказал американский президент. — Мы хотим, чтобы между нашими военными был налажен обмен, который приведет к лучшему взаимопониманию». Он сделал эти высказывания после встречи с индонезийским президентом, который, как заметил Джордж Буш, «сказал мне, что он находится в процессе реформирования своей армии, и я ему верю»[68] (в мае 2002 года министр обороны Индонезии Матори встретился в Пентагоне с министром обороны США Рамсфелдом; Матори заявил, что его правительство преступило к «реформированию армии», и Рамсфелд поверил ему настолько, что призвал к «возобновлению связей между военными ведомствами»)[69].
Слова индонезийских официальных лиц о том, что они намерены реформировать свою армию, сродни заявлениям официальных лиц штата Невада (в котором располагается множество казино. — Прим. ред.) о том, что они собираются положить конец азартным играм. В течение сорока лет индонезийские военные совершали массовые убийства и другие злодеяния в Джакарте, Восточном Тиморе, Ачехе, Папуа и других местах, лишив жизни более миллиона человек, а в последние годы включая и нескольких американцев. Несмотря на периодические возражения и запрещения со стороны Конгресса, в течение вот уже сорока лет отношения между военными ведомствами США и Индонезии являются одними из наиболее тесных, которые существуют между Соединенными Штатами и странами третьего мира. И все это время американские официальные лица заявляют, что они будут продолжать обучать и вооружать индонезийских военных, поскольку это может иметь для них своего рода облагораживающее воздействие. Хотя в течение сорока лет такого воздействия не наблюдалось. Сенатор-демократ от штата Айова Том Гаркин (Tom Harkin) высказал в 1999 году следующее наблюдение: «За 24 года, что я работаю в Конгрессе, я не видел ни одного свидетельства того, чтобы благодаря контактам между американскими военными и военными других стран американцы заставили бы какую-либо иностранную армию прекратить совершать злодеяния против собственного народа»[70].
Тем не менее притворная болтовня продолжается, да и что еще могут сказать американские официальные лица? Возможно, нечто такое: «Нам безразлично, насколько жестокой является индонезийская армия, потому что они избавились от Сукарно с его раздражающими нас идеями о национальной независимости и политике неприсоединения. Вот уже сорок лет они убивают людей, которых мы называем коммунистами или террористами, защищают нашу нефть, природный газ, рудники и другие корпоративные интересы от протестов индонезийского народа. Если уж это не является свободой и демократией, тогда что же?».
Как мы увидим из телеграмм Госдепартамента, приведенных в главе о «Викиликс», администрация Барака Обамы возобновила военные связи с Индонезией вопреки возражениям со стороны американских дипломатов, серьезно озабоченных тем фактом, что грубые нарушения прав человека индонезийскими военными в провинции Западное Папуа разжигают беспорядки в регионе.
Соединенные Штаты отменили также запрет на обучение индонезийского спецназа, несмотря на его длинную историю произвольных задержаний, пыток и убийств, после того как индонезийский президент пригрозил отменить намеченный на ноябрь 2010 года визит в страну президента США Барака Обамы.
Глава 2
ТЕРРОРИЗМ
Более безопасный мир для американцев… если они не покидают дома
Со времени атак 11 сентября 2001 года сторонники внешней политики США постоянно повторяют: американская контртеррористическая политика сработала. Откуда они это знают? Потому что за все годы, прошедшие с того печально известного дня, в Соединенных Штатах не было проведено ни одной успешной террористической атаки.
Верно, но в течение шести лет до 11 сентября 2001 года в Соединенных Штатах также не было ни одной террористической атаки. Последним по счету был взрыв в Оклахома-Сити 19 апреля 1995 года. Отсутствие террористических атак в США, по-видимому, является нормой, независимо от проведения или непроведения «войны против террора».
Важнее то, что за годы, прошедшие после 11 сентября 2001 года, Соединенные Штаты десятки раз были объектом террористических атак, даже не считая Ирак или Афганистан, — атак на военные, дипломатические, гражданские, религиозные и иные объекты, связанные с Соединенными Штатами: на Ближнем Востоке, в Южной Азии и Тихоокеанском регионе, более десятка раз только в одном Пакистане. В число данных атак входят взрывы в октябре 2002 года в двух ночных клубах в Бали в Индонезии, в результате которых погибли более 200 человек, почти все американцы и граждане военных союзников США — Австралии и Великобритании. В следующем году в Индонезии была взорвана американская гостиница «Мариотт» в Джакарте, служившая местом для дипломатических приемов и празднований Дня независимости, проводившихся американским посольством. В последующие годы произошли и другие связанные с войной ужасные нападения на союзников США в Мадриде и Лондоне.
Земля свободных, родина войны с терроризмом
Дэвид Хикс (David Hicks) — 31-летний австралиец, который пошел на сделку с военным судом США и отсидел девять месяцев в тюрьме, большей частью в Австралии. Это произошло спустя пять лет его пребывания без предъявления обвинений, без суда и вынесения приговора в тюрьме Гуантанамо на Кубе. В соответствии с условиями сделки, он обязался не разговаривать с репортерами в течение года (звонкая пощечина по лицу свободы слова), навсегда отказаться от права получения вознаграждения за рассказ своей истории (пощечина по лицу свободного предпринимательства), сотрудничать с американским следствием и давать свидетельские показания на будущих американских процессах или в международных судах (открытое приглашение правительству США преследовать молодого человека до конца его жизни), отказаться от каких-либо исков в связи с ненадлежащим обращением или незаконным задержанием (требование, которые было бы неконституционно в любом гражданском суде США). «Если бы Соединенные Штаты не стыдились за свои действия, они не стали бы прятаться за подпиской о неразглашении информации», — заявил адвокат Дэвида Хикса Бен Вицнер (Ben Wizner) из Американского союза защиты гражданских свобод[71].
Как и множество других «террористов», удерживаемых Соединенными Штатами в последние годы, Дэвид Хикс был «продан» американским военным за объявленное США вознаграждение. Данная практика широко использовалась в Афганистане и Пакистане. Американские официальные лица отлично понимали, что предложение денежного вознаграждения в очень бедном регионе делает практически любого «законной добычей».
Некоторые «террористы» передавались США в качестве мести, вызванной личной ненавистью или враждой. Многие как за рубежом, так и на территории самих Соединенных Штатов были взяты под стражу просто за работу в благотворительных организациях или за пожертвование денег, под предлогом того, что эти организации имели связи с какой-либо террористической организацией из политического списка Государственного департамента.
Недавно появилась информация, согласно которой подданный Великобритании иракского происхождения подлежит освобождению из тюрьмы Гуантанамо после четырех лет заключения. В чем состояло его преступление? Он отказался работать информатором на ЦРУ и МИ5 (служба британской контрразведки). Его партнер по бизнесу все еще находится в заключении в Гуантанамо за то же преступление[72].
