Читаем без скачивания Очкарик. Боевик. Альтернативная история - Федор Рублев

– Шведы – констатировал Петух, кивая на знак.

– Говорил же – подмогу вызовут – ответил Андрюша. Справа по улице Ленина или сверху из-за остатков кинотеатра, Андрюша не разобрал, проехало что-то гусеничное, тоже стягиваясь к месту стрельбы. Бой не затих. Напротив, через несколько минут интенсивность его разгорелась, добавились нотки лёгкого стрелкового оружия и тявканье автоматической пушки.

Бой тянул магнитом и ребята, не сговариваясь бросились туда. На бегу Андрюша проверил предохранитель «Удара» и заметил, КАК Петухов сжимает в руке кухонный нож. Собака, покрутившись на месте, ринулась за ребятами. По всей видимости, в горячке боя их никто не заметил и парням удалось подобраться достаточно близко. Бой шёл в районе Правительства, среди прибрежных развалин и зданий. В основном огонь вертолёта вёлся по остаткам Арбитражного суда и прилегающим к нему домам. Туда же стягивались шведы, составом около взвода, стараясь прижать оборонявшихся к реке. Просочившись на второй этаж какого-то дома, мальчишки залегли, сквозь дыры и оконные проёмы пытаясь что-то разобрать. С вертолёта их было не видно – мешали дым и развалины выше, а стянувшиеся к месту войска вели ответный огонь. День становился всё интересней. Оборонявшихся было немного или они не показывали свои силы, с разных точек редко огрызаясь на очереди шведов. Одна такая точка, достаточно часто бившая по врагу, была совсем рядом, в нескольких десятках метров левее, где – то на уровне второго этажа, и ребята опасались, что при сосредоточении огня в этом районе и если ещё подключится вертолёт, их могут накрыть. Надо было смещаться, но ребята замешкались. Снизу справа и впереди на площади слышались отрывистые команды и кто – то побежал от остатков фонтана к развалинам торгового центра и стоматологической клиники. Грохнул выстрел и «кто-то», уронив винтовку, скорчился на земле. Шведы, конечно, давили численным и огневым перевесом. Против вертолёта шансов не было. Да тут ещё справа на площадь подобрался ближе игрушечного вида серо-зелёный броневичок, с которого к набережной потянулась огненная строчка крупнокалиберных трассеров. На боку Андрюша разглядел маркировку «P-302» и заметил стрелка. «Р-302» высадил позади себя целое отделение пехоты, которое стало шустро разбегаться по укрытиям, покидая машину. Но… Со стороны перекрёстка, откуда-то из остатков кафе перед развалинами торгового центра «Дирижабль» (смятая сейчас металлическая имитация контуров летательного аппарата, установленная на крыше центра всегда была отличным ориентиром), в десантное отделение «Р-302» с шипением потянулся дымный след и кумулятивная граната старого, но надёжного, ещё советского (!) 1977 года выпуска РПГ-7в, расстроила планы зачистки, добросовестно воткнувшись в спинку кресла механика- водителя, в котором, как и в приборной панели перед ним реактивная струя раскрыла пространство, чему он удивиться уже не успел. Грохнул оглушительный взрыв, превративший бтр в лопнувший пузырь, а не успевшее как следует разбежаться отделение королевской морской пехоты (а это были «береговые егеря») исчезло, оставив после себя немного пепла, обугленные фрагменты тел тех, кто успел скрыться дальше, и малость экипировки – всё-таки солярка горит хорошо и имеет самую высокую среди жидкостей проникающую способность. Фонтан огня выглядел праздничным салютом. В огне Андрюша увидел кувыркающиеся подлетевшие вместе пулемёт и верхнюю половину стрелка, в предсмертной судороге зажавшего спуск. От набережной, во фланг наступающим и на какие-то секунды подрастерявшимся от взрыва «егерям» короткими ударил пулемёт, скосив приподнявшего голову за фонтаном стрелка. Радист, успевший со своей коробкой нырнуть к остаткам железного ограждения, где в мирное время влюблённые пары при бракосочетании вешали символические замки, даже успел разобрать на одном английское слово «love», когда другой стрелок, почти напротив него, из канализационного колодца в глубине двора двумя выстрелами навсегда изменил ему конфигурацию головы. Андрюша вспомнил звук очередей – слышал в документальном фильме про стрелковое оружие, и пихнул вбок Петуха: – Слышь, «Печенег» это. Было страшно, но кричать «Ура!» и отхватить на скаку шашкой кому-нибудь голову тоже безумно хотелось. Горевшие глаза на грязных лицах говорили сами за себя. Новые впечатления наполняли ощущением всемогущества. При этом, несмотря на страх и опасность быть обнаруженным или даже погибнуть, Андрюша и Петухов головы не теряли. Андрюша по звукам боя и характеру действий обороняющихся понял, что противостоят шведам люди, понимающие в тактике городских боёв. Петухов пришёл к похожему выводу, чем горячо поделился с Андрюшей. Обозлённый пилот вертолёта стал поливать площадь и здания из автоматической пушки. Головы было не поднять и ребята сползли ниже. Собака, прижав уши, скулила, испуганными глазами глядя на пацанов. Прижавшись к участку стены, загораживающему от вертолёта, ребята откашлялись. Шведы тоже быстро очухались и стали действовать осторожнее, пытаясь обойти оборону с улицы Ленина. Часть по команде ринулась искать гранатомётчика. Это скоро стало известно, потому что из остатков кафе ухнул сильный взрыв, и осколки с визгом порезали дымный воздух на лоскуты. Бонус «ф-1 от гранатомётчика» в виде растяжки над позицией, на уровне лица входящего замаскированной под кусок свисающей электропроводки, достался капралу Оливеру Улссону, который тут же направился в Валгаллу без головы (не стоило небрежно отмахивать рукой). Остальные пятеро брызнули вон, поминая фурий и Одина. Просто гранатомётчик в своё время закончил военную службу сержантом инженерных войск и к своим 35 годам, прослужив по контракту несколько лет, успел устроить немало таких сюрпризов для определённых людей в чеченских горах и посёлках. К тому же он жил тут неподалёку, пока дом был цел, знал местность прекрасно, а гранатомёт и другие знакомые и полезные в нынешних условиях предметы быта получил позавчера, после знакомства с отделением нацгвардии, оборонявшим городскую дорогу к Северску. Туда, в маленький двор посреди зелёных кедров, близко к дороге, всего три дня назад он поехал пить пиво с друзьями. Убили обоих, когда они вышли на трассу, гонимые взрывами и пожарами. Своего жилища у него уже тоже не оказалось, и поэтому основным смыслом своей дальнейшей деятельности гранатомётчик и сержант запаса Сергей Ушаков видел восстановление существовавшего порядка вещей. И если дома следовало прибраться, то инструменты для этого новые друзья вручили ему вовремя и подходящие. Но бой продолжался и поредевшие «егеря», поддерживаемые пилотом и пулемётчиком, усилили натиск. Британцы в эту кашу соваться не стали. Оцепив сектор берега и отрезав этим оборонявшихся от города, англичане предоставили союзникам по коалиции право умереть или добить партизан. Положение последних было плохим. Но никто и не думал сдаваться. Из шести человек – остатков отделения нацгвардии, вооружённых «Печенегом», автоматическим гранатомётом АГС-30 и «Калашниковыми», сержанта – отставника с крепким пивным перегаром, ставшего гранатомётчиком, и двух примкнувших бывших десантников – сорокалетних мужиков, крепких как дуб, холодных и спокойных как кирпичи, вооружённых охотничьим ружьём на двоих и какими-то ножами, но в грязных от копоти тельняшках, получился неплохой полувзвод. Возглавлял эту группу офицер внутренних войск Александр Шилов. Практически все в полувзводе имели представление о городских боях, полученное на учёбе или их опыт в прошлом, поэтому выжили при первом натиске. Шведы устроили перед домом правительства блокаду его обитателей и успели оборудовать в помещении Сбербанка напротив небольшой блокпост, чтобы контролировать весьма важный участок дороги, соединяющий город. Группа, выдавленная с позиций, и примкнувшие к ней в бою бывшие военные, вышли в центральную часть вчера к ночи, захватив какой-то британский драндулет (пришлось перерезать горло водителю, имитируя дорожную аварию, загородившую проезд), на котором с шиком и быстро, пользуясь общей неразберихой, проехала полгорода, бросив его в переулках в районе Речного вокзала. Разумеется с «подарками». Тут пригодились две завалявшихся у водителя гранаты. Одну Ушаков, которого с лёгкой руки одного из десантников стали звать «БУМ», установил на подрыв при открывании капота, пристроив внутри, где скинул с клемм аккумулятора контактные провода электросистемы. Вторую сунул под бензобак, спустив от неё под колесо тонкий шнурок, выдернутый из полевых штанов негра, и аккуратно намотал его на ходовой привод, чтобы натянутый вращением шнурок привёл бомбу в действие. – Как здоровый чёрный шкаф стал англичанином? Может родился там? Или из беженцев? – подумал тогда Шилов, поторапливая бойцов, пихавших труп в колодец. Впрочем, откуда был негр, теперь было неважно. Смешными выглядели его фиолетовые стринги.