— После первого вторжения на Срединную равнину я держал Кан-вана в плену и увел в пустыню двух сунских императоров. Потом появился этот Юэ Фэй и разгромил мое войско. Почему мне так не повезло?
— Всеми прежними успехами вы обязаны изменникам, которые засели при сунском дворе! — ответил ему Хамичи. — Вам нравятся честные люди, поэтому вы и казнили Чжан Бан-чана. Изменники достойны такой участи, но неужели вы думаете без их помощи завладеть Срединной империей?
Учжу задумался.
— Вы правы, наставник! Но где сейчас их найти?
— За ними далеко ходить не надо — один уже есть! — утешил его Хамичи. — Помните Цинь Гуя, который сопровождал сунского императора? Он до сих пор скитается в наших краях! Если вы, государь, обласкаете, наградите и отпустите его на родину, он продаст вам всю Срединную равнину!
— Неплохо задумано! — воскликнул Учжу и велел своим людям разыскать Цинь Гуя.
Поистине:
Стал внезапно богатым и знатным,А дотоле был неизвестным,
Только власть его и богатство —Зло великое людям честным!
Если вы не знаете, как развертывались в дальнейшем события, то прочтите следующую главу.
Глава сорок пятая
Учжу проявляет милость и возвышает Цинь Гуя. Мяо Фу сдерживает обиду и убивает Ван Юаня
Дух Чжан Бан-чанаВозродился вдруг —
Когда в ЯньшаньВернулся ты из плена
Не с юга шел ты —С севера на юг,
Ты не бесцельноШел к столичным стенам!
А сейчас пойдет речь о Цинь Гуе и его жене. Некогда вместе с другими сунскими сановниками они попали в плен. Почти всех чжурчжэни убили, только один Цинь Гуй остался в живых, и старый правитель отослал его в степи к подножью гор Хэланьшань в помощники табунщику. Когда тот умер, Цинь Гуй остался в его убогом шатре.
Жили супруги впроголодь, жена Цинь Гуя зарабатывала шитьем и стиркой. Однако вскоре она приглянулась одному богатому чжурчжэню, стала с ним распутничать и получала за это подарки.
Однажды случилось так, что Учжу заскучал во дворце и решил поехать на охоту в горы. Охота была не совсем удачной, убили лишь несколько косуль и зайцев. Учжу уже собирался возвращаться, как вдруг неподалеку от горы Хэланьшань заметил женщину в чужеземной одежде, которая при виде его поспешила скрыться в лесу.
Учжу заинтересовался, кто она такая. По его приказу телохранители обыскали лес и привели женщину.
Надо сказать, что Учжу не был поклонником женских прелестей, но сиявшие звездочками глаза и томное выражение лица чужеземки произвели на него глубокое впечатление и взволновали кровь.
— Отвезите ее ко мне во дворец, — приказал он телохранителям, — там выясним, кто она такая.
Воины посадили женщину на коня и двинулись в путь. Учжу следовал позади.
Возвратившись во дворец, он вызвал женщину во внутренние покои и спросил:
— Ты откуда родом? Как попала в наши северные земли?
Трепеща от страха, женщина упала на колени и тихим мелодичным голосом промолвила:
— Я — ваша рабыня, великий повелитель, меня зовут Ван. Я жена Цинь Гуя — «первого из сильнейших» Сунской империи. Мой муж прибыл сюда с императорами. Потом, когда повелитель отправил императоров в Угочэн, мы остались здесь. Я собирала в лесу хворост и случайно попалась вам на глаза. Простите меня!
— Уже несколько дней мои воины разыскивают Цинь Гуя, а он, оказывается, здесь! — обрадовался Учжу.
Поистине верно сказано:
Стоптал железные подметки,Но не нашел, кого искал;
Когда ж нашел, то оказалось,Что время попусту терял.
— Встань, женщина! Я давно слышал о талантах и учености твоего мужа, мне хотелось бы сделать его своим советником, — ласково промолвил Учжу и приказал воинам: — Живо разыщите господина Циня и пригласите ко мне!
Когда воины удалились, Учжу взял Ван под руку и повел в спальню. Женщина чувствовала могучую силу чжурчжэня и сама льнула к нему.
Когда воины привели Цинь Гуя, Учжу с госпожой Ван вышел в зал. Он был очень любезен.
— Присаживайтесь, пожалуйста!
— Что вы! Разве я посмею сесть в вашем присутствии? — отказывался Цинь Гуй, низко кланяясь.
Я преклоняюсь перед вашими талантами и давно хотел с вами познакомиться. Только возможности не представлялось все время походы да бои. Если вы не против, я бы предложил вам стать моим советником и жить у меня во дворце.
В тот же день Цинь Гуя и его жену снабдили роскошными одеждами и отвели им отдельные покои. Каждый день повелитель присылал им вина и яства со своего стола.
Госпожа Ван часто ходила к нему на свидания, но Цинь Гуй делал вид, будто ни о чем не догадывается.
Незаметно пролетел год. И вот в один прекрасный день Учжу спросил Цинь Гуя:
— Вам хотелось бы вернуться на родину?
— Мы с женой получаем от вас столько милостей, что уехать домой было бы черной неблагодарностью!
— Древние говорили: «Пусть будет дерево высотой в тысячу чжанов, все равно листья его упадут к корням», — сказал Учжу. — Если вы тоскуете по родным краям, я прикажу людям проводить вас на Срединную равнину.
— Разрешите мне съездить домой и поклониться могилам предков, я сочту это величайшей милостью! — воскликнул растроганный Цинь Гуй. — Большего я и желать не смею!
— Вашу просьбу я исполню, но только при условии: вы должны испросить у императоров в Угочэне специальный указ, чтобы вас пропустили на Срединную равнину.
Цинь Гуй отправился в Угочэн.
Учжу было очень жаль расставаться с госпожой Ван. «Если мне удастся завоевать Срединную равнину, — клялся он ей, — ты будешь моей первой наложницей!»
Как только от пленных императоров был получен необходимый указ, Учжу устроил прощальный пир, а на следующий день отправился провожать Цинь Гуя и его жену на родину. В пути останавливались через каждые тридцать ли, пили вино и веселились. Не доезжая до Лучжоу, Учжу решил проститься с Цинь Гуем и его женой. Он пригласил их в шатер и, осушив кубок, сказал:
— Когда вернетесь на Срединную равнину и добьетесь почестей и богатства, не забудьте обо мне!
Растроганный Цинь Гуй отвечал:
— О повелитель, если мы с женой доживем до тех счастливых дней, то с радостью отдадим вам Сунскую империю!
— И вы готовы дать клятву, что выполните свое обещание?
Цинь Гуй встал на колени и торжественно поклялся:
— Владыка Небо и владычица Земля! Если я позабуду о великих милостях могущественного повелителя и не отдам в его руки Поднебесную, да постигнет меня смерть от проказы и язв!
— Я верю в вашу искренность, — сказал Учжу. — Сообщайте мне обо всех важных событиях. А сейчас извините меня — дальше ехать не могу!
Цинь Гуй с женой попрощались с ним и одни продолжали путь. У пограничной заставы Лучжоу супруги назвали себя и попросили воинов доложить о них начальнику. Узнав, что из Цзинь на родину возвращаются люди, сопровождавшие некогда в чужие края старых сунских императоров, начальник заставы беспрепятственно пропустил их через границу и велел воинам проводить супругов до Линьани.
Цинь Гуй благополучно добрался до столицы и явился к главным воротам дворца. О его приезде доложили Гао-цзуну, и тот велел пригласить Цинь Гуя в зал Золотых бубенцов.
Цинь Гуй низко поклонился и сказал:
— Государь, императоры повелели мне передать вам указ!
— Мы очень рады тому, что получили весть от старых государей. Теперь при дворе у нас появился выдающийся человек. Господин Цинь Гуй на чужбине перенес немало бед и лишений, но, несмотря ни на что, остался верен нашей династии. Жалуем ему за это должность министра церемоний, а его жене — все знаки отличия, полагающиеся супруге сановника второго класса.
Цинь Гуй поблагодарил императора за милость и отправился в ведомство церемоний принимать должность.
Это произошло в начале осени четвертого года правления под девизом Продолжение процветания.
Стихи, написанные по этому поводу, гласят:
Готов государь на жертвы —И все лишь ради забвенья,
Селезнями прикинувшись[9],Его льстецы окружили.
С тех пор наши горы и реки[10]В упадок пришли, в запустенье,
В плену государи Китая,А в небе все больше пыли!
В это время огромная сунская армия находилась под командованием Ван Юаня. Ему уже шел девятый десяток, но он был бодр и, не жалея сил, служил государю.
Однажды престарелый полководец поднялся в шатер, созвал военачальников и объявил:
