— Ну, какое впечатление?
— Мне придется многому учиться.
Он засмеялся и полез в карман за сигаретами.
— Поверьте, никто не рассчитывает, что вы научитесь разбираться в технических вопросах. Я только хотел, чтобы вы получили хотя бы смутное представление о том, что здесь происходит.
Диану страшно раздражал его высокомерный тон; она так поспешно глотнула горячего кофе, что обожгла язык.
— Я собираюсь изучить весь производственный процесс.
— В этом нет необходимости. Вы ведь всего лишь секретарша.
Диана заметила плохо скрываемую враждебность в узких глазах и поняла, что совершила серьезную ошибку. Джордан Карр отнесся к ней очень доброжелательно, но Эд Блейк явно воспринял ее как потенциальную угрозу, как соперницу. Разозлившись на себя за такую грубую оплошность, Диана ничего не ответила, надеясь, что он отвлечется. Но Эд Блейк отличался завидной настырностью.
— Чего именно вы хотите, Диана?
На этот раз она крайне осторожно подбирала слова.
— В данный момент я хочу узнать достаточно, чтобы стать хорошей секретаршей.
— А потом?
— Потом посмотрим.
— А вы отдаете себе отчет, как трудно женщине пробиться в этом бизнесе?
Она молча кивнула, помешивая кофе.
— И это вас не пугает? Сразу видно, что вы очень амбициозны.
Диане не хотелось отвечать ему, поэтому она снова промолчала, а он тем временем разглядывал ее лицо. Под его взглядом она чувствовала себя неловко, невольно вспоминая все недостатки своей внешности; на нее снова накатила волна враждебности.
Эд продолжал смотреть на нее, совершенно не смущаясь тем, что она молчит.
— Будьте осторожнее, Диана, — заметил он наконец. — Джордан не отличается гибкостью. Если он догадается, на что вы нацелились, боюсь, придется вам стоять в очереди за государственным пособием.
Диане стало ясно, что в лице Эда она теперь имеет могущественного врага. Она только не могла понять, зачем ему понадобилось пугать ее, когда он мог бы просто признаться в своем собственном презрительном отношении к женщинам. Так или иначе, она почувствовала, что между Эдом и Джорданом очень непростые отношения. И ей хотелось бы знать, в какие опасные игры играет Блейк, чтобы самой не оказаться жертвой в этой борьбе за власть.
Когда Диана приехала в рыбный ресторанчик «У Умберто», Джоуэл уже сидел за столиком на террасе и потягивал недорогое красное вино. Увидев ее, он улыбнулся.
— Слава богу! А то я уже решил, что ты мне приснилась.
— Извини, я запуталась с поездами. — Она села напротив и огляделась. — Мне здесь нравится. Пахнет Нью-Йорком.
Он усмехнулся и взял ее за руку.
— А каким тебе кажется Нью-Йорк?
— Деловым, интересным… сразу и не скажешь. Только не говори мне, что на самом деле он грязный и опасный и вообще обитель порока. Я это уже сто раз слышала. Лучше расскажи о прослушивании.
Улыбка исчезла с его лица.
— Я полностью провалился, дорогая. Через три минуты хозяин клуба вышвырнул меня со сцены. — Он снова улыбнулся, пытаясь спрятать свою боль и унижение, но зеленые глаза слишком выразительно говорили о том, что ему пришлось пережить. — Так что я возвращаюсь в Хобокен. Наверное, мне над моей сценкой надо еще поработать.
— Может быть, у владельца клуба просто выдался плохой день?..
Джоуэл сжал ее руку:
— Не надо меня жалеть. Я и в самом деле был отвратителен. Чем больше старался, тем хуже у меня выходило.
— Ты, наверное, очень нервничал.
— Черт, откуда мне знать?! — Он взглянул на нее, словно хотел что-то добавить, потом махнул рукой: — Хватит обо мне. Давай что-нибудь закажем. И ты расскажешь мне о своем первом рабочем дне.
Диана предложила ему выбрать за двоих. Она заметила, что обшлага его бледно-голубой рубашки обтрепаны, дешевые летние слаксы вытянулись на коленях. У него явно было мало денег, но она знала, что он обидится, если она предложит заплатить за себя самой.
Когда официант принял заказ, Джоуэл отпустил ее руку и откинулся на спинку стула.
— Ну, и как все прошло?
— Неплохо. Правда, я чувствовала себя полной идиоткой, но мистер Карр всячески старался помочь мне.
— Тогда что не так?
— Откуда ты…
— У тебя глаза грустные.
И снова Диана поразилась их взаимопониманию и той легкости, с которой она могла все ему рассказать.
— У мистера Карра довольно противный помощник. А я по глупости призналась ему, что я многого хочу достичь на телевидении.
— И какое его собачье дело? Диана пожала плечами:
— У него наверняка проблемы с амбициозными женщинами. Но главное, я, кажется, помешала каким-то его планам.
— И он обладает там реальной властью? Она невольно поежилась:
— Думаю, да. К тому же он дьявольски хитер и может попытаться вбить клин между мной и мистером Карром.
Тогда тебе надо научиться играть по его правилам и всегда опережать его на шаг. Это большой город, моя дорогая. Если ты ему позволишь, он проглотит тебя и не поперхнется.
Глаза его внезапно стали жесткими и циничными, и Диана испугалась. А вдруг она составила о нем неправильное представление, вдруг его мягкость — только внешняя оболочка? Но тут он улыбнулся, и она сразу расслабилась. Джоуэл был таким, каким казался, — изумительным человеком, способным все понимать с полуслова; человеком, достойным ее доверия.
Диана прожила несколько недель, ни разу не услышав звонка во входную дверь. Поэтому она очень удивилась, когда такой звонок раздался. Подойдя к двери, она заглянула в «глазок» — и вздрогнула, увидев в полутемном холле Ральфа Эдвардса, шефа полиции Хайяниса. Не в силах двинуться с места, она молча смотрела на него, уверенная, что он пришел ее арестовать.
— Мисс Хендерсон, вы дома? Пожалуйста, откройте дверь.
Диана какое-то мгновение не могла пошевелиться. Потом, повинуясь властному голосу, медленно открыла дверь.
— Здравствуйте, мисс Хендерсон, — вежливо сказал он. — Не уверен, что вы меня помните. Я Ральф Эдварде из полиции Хайяниса. Мне бы хотелось задать вам несколько вопросов.
Диана тупо смотрела на него. Хотя в его мягкой улыбке не было ничего угрожающего, ее охватила паника.
— Вы хорошо себя чувствуете, мисс Хендерсон? — спросил он. — Мне бы не хотелось вас волновать.
— Я… я просто удивилась, увидев вас. Входите, пожалуйста.
Пока Эдварде шел за ней в гостиную, Диана пыталась взять себя в руки. Похоже, он не собирался ее арестовывать — разве что она потеряет контроль над собой и выболтает всю правду.
— Не возражаете, если я сяду? — спросил Эдварде.
— Да, конечно, пожалуйста.
Она смотрела, как он садится в старенькое кресло и выуживает из кармана потрепанную записную книжку. Внешне он выглядел как типичный провинциал, впервые попавший в большой город, — такой безобидный и наивный. Но Диана знала, что это всего лишь искусная маска. Ральф Эдварде был каким угодно, но только не наивным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
