Читаем без скачивания Лувр - Коллектив авторов

Французская королева Мария Медичи в 1622 заказала Рубенсу цикл картин о своей жизни. Полотно «Прибытие Марии Медичи в Марсель» рассказывает о том, как представительница флорентийского дома Медичи в ноябре 1600 впервые в качестве новой королевы ступила на французский берег. Рубенс превратил посвященное ей произведение в иносказательную феерию. Ничем не примечательную правительницу он окружил аллегорическими фигурами и мифологическими персонажами, славящими Марию Медичи и одновременно отвлекающими взгляд зрителя от некрасивой королевы. Сходящую по трапу на берег Марию встречают аллегории Франции и Марселя, над ее головой реет богиня славы, а под трапом корабля зритель видит самого Нептуна и его обольстительных морских спутниц.

Фламандский портретист и художник религиозного жанра Антонис ван Дейк с начала 1630-х жил в Лондоне, являясь придворным художником короля Карла I. На парадном портрете король запечатлен стоящим, опираясь на трость, на краю обрыва. Внизу виднеется уходящее горизонту море с бегущим по волнам кораблем. Все на полотне подчинено статной фигуре короля. Она отчетливо выделяется на фоне бескрайнего светлого неба. Черная широкополая шляпа придает выразительность образу героя и, контрастируя, привлекает взгляд зрителя к его лицу, которое выглядит очень эффектно.

Портрет был приобретен Людовиком XIV и поступил в Лувр в 1775.

Якоб Йорданс, художник фламандской школы, работал в бытовом и портретном жанрах, а также жанрах религиозной, исторической и мифологической живописи.

Святые апостолы и евангелисты Марк, Матфей, Лука и Иоанн погружены в изучение текста Библии. Они станут авторами книг Нового Завета, повествующих о земной жизни Иисуса Христа. Фигуры евангелистов занимают практически все пространство картины, глубину которому сообщают их диагональное расположение и просвет далекого голубого неба, виднеющегося за красной завесой.

Искусство Испании

Доменико Теотокопули, прозванный Эль Греко, родился на острове Крит. Во второй половине XVI столетия он перебрался в Италию, откуда в 1576 уехал в Испанию, где прожил до самой смерти. В полотнах мастера субъективизм в мировосприятии преобладает над реальностью. Как правило, герои его картин оказываются помещенными в ирреальные загадочные миры.

Эль Греко часто изображал святых. В образе пажа для этой работы художник запечатлел своего сына Хорхе Мануэля. Фигура Людовика IX, канонизированного Католической церковью в 1297, выполнена в характерной для него манере с вытянутыми пропорциями, словно устремленными вверх, к Богу, подчеркивая высоту духа изображаемого человека. Печальный глубокий взгляд прекрасных темных глаз на худом лице, выделяющемся своей бледностью в общем колорите работы, говорит о глубокой внутренней жизни Людовика.

Центральное место в творчестве знаменитого испанского живописца Диего Веласкеса принадлежит портретному жанру. Являясь придворным художником испанского монарха, он часто писал членов королевской семьи и их приближенных. Веласкес создал целую галерею портретов инфанты Маргариты, будущей императрицы Священной Римской империи. На этом полотне юной инфанте всего четыре года. В соответствии с традицией парадного официального портрета мастер должен изобразить ее холодно-сдержанной особой, осознающей свое высокое положение и приученной вести себя в соответствии со строгим придворным этикетом. При статичности позы девочки, столь не свойственной для ребенка, приданном, как предписано жанром, лицу строгом выражении, картина Веласкеса поражает теплым искренним отношением автора к своей маленькой модели. Милая припухлость детских щечек, нежный овал лица, пушистые распущенные волосы, мягкими волнами сбегающие по плечам — такой увидел живописец наследницу испанского престола.

Маргарита Тереза Испанская, став императрицей Священной Римской империи в 14 лет, прожила недолгую жизнь. Родив шестерых детей, она умерла в возрасте 21 года.

Представитель реалистической школы живописи, испанский художник Хусепе де Рибера писал религиозные картины и портреты выходцев из простого народа.

Одним из таких портретов стало полотно «Хромоножка», запечатлевшее хромого маленького нищего, имя которого история не сохранила. Рибера выбирает низкую линию горизонта и низкую точку зрения, при которой зритель смотрит на модель снизу вверх. Подобная композиция традиционно используется в парадных портретах представителей знати, так как делает фигуру в угоду именитому заказчику монументальной, подчиняя ей все пространство картины. Этот подход мог бы сыграть злую шутку с несчастным хромоножкой, выставив напоказ его уродство, но неподдельная искренняя улыбка и читающаяся в ней любовь мальчика к жизни творят чудеса. Образ маленького бродяжки полон обаяния и детской непосредственности. Хочется верить, что природная доброта и сила духа, укрепленные годами страданий и лишений, не дадут ему в будущем опуститься на дно общества и физическое несовершенство не станет причиной уродства морального.

Картина передана Лувру в 1869.

Бартоломе Эстебан Мурильо писал картины религиозного содержания, а также жанровые работы, героями которых становились бедные простолюдины.

Художник любил изображать уличных мальчишек в их повседневных занятиях. Один из них запечатлен на картине «Маленький нищий». Жизнь этого ребенка, как и многих его сверстников, оказавшихся в схожих обстоятельствах, не богата радостными событиями и не балует его. Все ее «щедрые дары» легко уместились в композицию произведения: жалкие лохмотья, плетеная соломенная сумка с несколькими яблоками, немного креветок, лежащих прямо на полу, глиняный кувшин и темный угол, в котором и сидит нищий мальчик в окружении своего хозяйства.

Картина поступила в Лувр в 1858.

Художник испанского романтизма Франсиско де Гойя известен в том числе портретами аристократов. Рукой придворного живописца создана галерея образов испанской знати. Наиболее популярны его женские портреты. Женщины Гойи всегда таинственны, несмотря на детальную проработку одеяний и аксессуаров, в их облике всегда много недосказанного.

Таков и «Портрет графини Карпио, маркизы де ла Солана». На условном темном фоне, обычном для портретов Гойи, ясно вырисовывается стройная фигура графини. Она облачена в строгое черное платье и укутана воздушной светлой шалью. Между ней и зрителем существует непреодолимая психологическая преграда, возведенная надменной моделью и мастерски переданная художником. Но образ этой гордой аристократки кажется одиноким и трагичным. Фон, на котором угадываются несколько уходящих вдаль неясных планов, рождает ощущение чего-то рокового, загадочного и неминуемого в ее личности.