Люк достал из своей сумки запасную рубашку и протянул ее Дамиоле, которая сразу же надела ее.
Фрэнк не мог скрыть своего недовольства, и словно тень проскользнула по его худощавому лицу.
Женщина улыбнулась. Она хорошо понимала, какое производит впечатление на мужчин. Люк тоже понял, что она это знает, и с огорчением принял это к сведению. Он знал, каким пылким был его брат Фрэнк, и этот факт мог привести к недоразумению между ними.
— Через несколько минут мы отправляемся в путь, — сказал Люк. — И кроме того, надо быть готовыми к тому, что в ближайшее время здесь могут появиться апачи.
С этими словами он прошел к водоему, где стояли грязные мустанги апачей, а также четыре лошади, принадлежавшие Дамиоле и ее спутникам.
Дамиола пошла вслед за Люком. Она подошла к стройной бурой кобыле и легко вскочила в седло.
— Мы можем забрать лошадей наших друзей? — спросила она. — Или они будут мешать нам в пути?
Люк с улыбкой покачал головой.
— Разумеется, мы заберем лошадей с собой, Дамиола. В ближайшем городке мы сможем продать их вместе с седлами. Ведь вы наверняка нуждаетесь в деньгах.
— Наверное, нуждаюсь, — тихо ответила она. — Я все время думаю, как мне отблагодарить вас.
Люк задумчиво посмотрел на нее.
Она выдержала его испытующий взгляд, но тем не менее не смогла скрыть известной неуверенности. В ее темных глазах поблескивал едва заметный огонек, но этот огонек все же не ускользнул от такого внимательного наблюдателя, как Люк.
— В чем дело? — спросил он хриплым голосом.
— Не знаю… Просто вы смотрите на меня такими глазами. Неужели я тебе больше не нравлюсь?
И она тихо рассмеялась. Такой смех можно часто услышать в прокуренных салунах, на танцевальных площадках и в домах с красными фонарями.
Одновременно с этим изменился и тон ее голоса, и способ выражения своих мыслей. Теперь она говорила так, как дамы для развлечений, обитающие в салунах, разговаривают с робким гостем.
Люк небрежно ухмыльнулся.
— А я разве тебе говорил, что ты мне нравишься? — сухо спросил он. — Напротив, леди, я с самого начала ожидал, что здесь что-то не в порядке. Может быть, ты теперь все-таки скажешь мне правду? Кто ты на самом деле? По какой причине ты была с тремя мужчинами в этих диких местах?
Она презрительно рассмеялась.
— Вдруг ни с того ни с сего решил стать подозрительным, мистер? — набросилась она на него. — Я сказала тебе сущую правду. Я направлялась к границе со своим женихом и двумя его друзьями. Мы ехали в Ногалес. Вот и все. Почему же ты мне не веришь? И почему я вообще должна говорить тебе неправду?
Он подошел к ее кобыле и схватил женщину за бедро.
— Надо бы стащить тебя с седла и отстегать по голой заднице до тех пор, пока ты не скажешь всей правды. Другого пути нет.
— Оставь меня! — фыркнула она. — Или я…
Она хотела тронуть лошадь, но Люк быстро схватил ее за уздцы у самой морды и наклонил голову животного вниз.
— Кошечка решила показать свои коготки! — хмуро сказал он. — Вот это уже твое настоящее лицо, Дамиола Джонарес. Я до сих пор продолжаю спрашивать себя, почему ты хотела разыграть передо мной роль бедной и невинной девочки?
— А разве я утверждала такое? — прошипела она. — Я не бедная и не невинная, мистер. Значит, ты хочешь знать, кто я такая на самом деле? Да, да, я салунная девка. И танцовщица. Танцую полуголая перед полудикими и грязными парнями. На сцене я пою песни, а в паузы заманиваю клиентов, чтобы они больше выпили, больше раскошелились. А если мне кто-нибудь из гостей особенно нравится, я позволяю ему увлечь меня в кровать. Может быть, тебе и подробности рассказать, как я вела себя с мужчинами в постели? Доволен ты теперь, Жестокий Братец?
Он хмуро посмотрел на нее, но она нисколько не смутилась.
— Нет, — ответил он спокойно. — Я еще не доволен. Во всяком случае, мне нет дела до твоих постельных историй. Они меня не интересуют — разве что ты спала с Алексом Кейном! Ну, что ты на это скажешь, милашка?
— Разумеется, он меня навещал, — спокойно сказала она. — Дело в том, что у этого человека есть вкус. Роскошный парень, и по отношению к женщинам он настоящий кавалер. Лучшего и желать нельзя. Я любила проводить с ним время. И среди женщин считается честью, если он остановит на ком-нибудь свой взгляд… А что ты имеешь против Алекса? Вы что, ищете его? Хотите его убить? И не надоело вам, кровожадным собакам, все убивать и убивать?
Глаза ее засветились, когда она заговорила об Алексе Кейне. А ее последние слова были полны горечи.
Люк Уэйк сразу понял, что она любит его. И, по всей вероятности, знает, где он скрывается. Возможно даже, она направлялась к нему, чтобы составить ему приятную компанию в его одиночестве.
— Вы ехали к нему? — сказал Люк Уэйк. — Сознайся, что вы ехали к нему, и тогда мы поедем к нему вместе.
Какое-то время она молча смотрела на него — решительно и враждебно.
Потом сухо сказала:
— Да если бы я и знала, где находится его убежище, я бы никогда его не выдала, Я люблю этого человека, Люк Уэйк! Правда, вы спасли мне жизнь, но моя любовь к нему сильнее, чем благодарность по отношению к вам. Вот так-то! А теперь вам решать. Ты можешь прогнать меня, оставив одну в этой глуши. Ты можешь избить меня или мучить каким-нибудь другим способом, но это не поможет ни тебе, ни твоим братьям. Я сама не знаю, где скрывается Алекс. Об этом знали только трое мужчин, которые меня сопровождали. Но теперь они уже ничего не могут сказать.
Люк отпустил ее ногу.
Его братья как раз подошли к ним в этот момент и могли слышать последние слова женщины.
Они сразу поняли взаимосвязь.
— Я за то, чтобы взять ее с собой, — предложил Фрэнк. — И мы будем держать ее до тех пор, пока Алекс Кейн не потеряет терпение и не выдаст своего местопребывания. Если он так сильно любит ее, как она его, то вскоре выползет из своей крысиной норы, чтобы освободить ее.
Люк небрежно кивнул.
— Хорошая мысль, Фрэнк. Будет лучше, если мы доберемся с нею до ближайшего городка и будем сидеть там, выжидая, пока что-нибудь не произойдет.
Дамиола Джонарес язвительно рассмеялась.
— Уверена, что в этом случае наверняка что-нибудь произойдет! — воскликнула она. — Я даже знаю, что именно произойдет! Алекс всех вас уничтожит! Самое большее через три дня вы будете все мертвы. Клянусь вам!
— Будь осторожнее со своими клятвами, — сухо заметил Джесси. — Ведь такую клятву легко и преступить.
— Вы еще узнаете, кто такой Алекс Кейн! — торжествовала она. — И тогда вы уже не будете улыбаться!.. Что вам вообще нужно от Алекса?
— В свое время узнаешь, — ответил Люк.
