Другие копали, глубокие ямы, которые должны были собирать массу лавин. Земля из этих ям, уходила на укрепление сооружений. Улицы города пустовали, ни одной живой души не было видно. И только в окнах одного здания города горел свет.
Административный центр Норбурга. В темном кабинете, освященном лишь несколькими свечками, сидел за своим столом глава города, смотря на разложенную перед ним карту. С правой стороны лежали записи о результатах экспедиции под руководством Тиля. Глава города, которого местные жители называли мэром, время от времени поглядывая на эти бумажки, чертил на карте линии. Он был сильно обеспокоен после последней волны, посмотрев через окно на белые вершины гор, он почувствовал еще больший страх перед лавиной. Возможно именно от него, от его решений зависело само существование этого города и его жителей. Ставки слишком высоки. Если план сработает, он войдет в историю как спаситель, но, а если не повезет, то некому будет осуждать и вспоминать его. «Нет ни времени, ни вариантов. Остается лишь действовать. И действовать нужно быстро», подумал мэр, и открыл шкаф, взял оттуда изношенное пальто и вышел из кабинета.
– Вы куда-то уходите? – спросил растерянно помощник, который сидел у входа.
– Зачем городу мэр, если в трудную минуту он не может помочь своему народу. Надеюсь, мне тоже найдут пару инструментов для работы.
***
Всю ночь мы с Лизой слушали истории Рагны. Я узнал от нее, что ковчег находится неподалеку от хижины, и что я, с неким Тодом, проделал огромную работу по строительству ковчега. Несмотря на убедительные слова Рагны, я не могу доверять ей, вдруг это очередная ее ловушка. Даже если ее слова о потопе и о ковчеге правда, как я могу узнать, что после того как ковчег будет готов, она нас не оставит за бортом. Именно поэтому, мы с Лизой решили покинуть хижину, вернуться в город и обдумать все тщательно.
– Я помогу найти тебе дневник твоей матери – сказала Рагна, когда мы уже выходили из хижины. Ее слова застали меня врасплох. В сущности никто не должен знать об этом, кроме доктора Генриха, – если ты поможешь мне. Ты ведь не собираешься погибать по глупости.
Я вышел из хижины, так ничего и не ответив Рагне, она до последнего момента сверлила меня своими глазами ожидая мой ответ, или ей было интересно смотреть на мою реакцию, когда она дала понять, что знает намного больше, чем я думаю. В любом случае ей это удалось, я был в недоумении от ее слов. Интересно, что скажет Генрих по этому поводу, поскорее бы проснуться и поговорить с ним, но я от него не получал никакой инструкции по тому, как проснуться. Мы вернулись к той яме, куда еще вчера упали. С этого места, теперь уже осторожно, продолжили путь обратно в город. Всю дорогу меня терзали мысли о Рагне: «Откуда взялась эта девушка, что она еще знает обо мне, «библейские сказания о потопе и о ковчеге», если Рагна знает все, почему она спрашивала, куда я пропал». Я скорее всего утону в своих мыслях, до того как начнется потоп.
Глава 14
Перед тем, как погрузиться в сон, я принял таблетки, которые дал мне доктор и прилег на диване. Проснувшись, я понял, что допустил огромную ошибку. Все тело затекло, и я не мог повернуть головой. Шея будто застыла, словно лед, и казалось, что любое движение разобьет ее вдребезги. Жутко болела голова. Немного полежав, я отыскал свой телефон, чтобы посмотреть время и дату. Телефон показывал: шесть вечера, 13 июля. Прошло уже пять дней, как я живу в двух мирах параллельно, но нет никакого результата, я еще ни на шаг не приблизился к разгадке этой загадочной недели.
Очень сильно хотелось есть, но первым делом я сел за стол, чтобы записать свой сон во всех подробностях, как велел Генрих. Затем, перекусив тем, что было в холодильнике, я принял душ и пошел навестить доктора. Я захватил с собой дневник с записями, но оказавшись на месте, я обнаружил, что двери закрыты. Лишь после пары минут бесполезного стояния у дверей, я вспомнил, что у меня есть мобильный телефон, с которого я могу позвонить доктору Генриху. «Странно, как быстро я освоился и привык к миру без высоких технологий». Я нашел его номер в списке контактов и позвонил ему.
– Док, добрый день! Как поживаете?
– Хорошо, – ответил Генрих уставшим голосом, покашливая.
– Есть серьезный разговор, как бы вам объяснить…
– Я понял, Ларс, – ответил доктор уверенно, немедля. Мне казалось, он знает все, что я хочу сказать ему, – все понимаю, но я сейчас не могу никуда выехать, приболел. Было бы хорошо, если бы мы могли поговорить у меня дома, в тихом уголке. Он продиктовал свой домашний адрес.
И тут я во второй раз испытал чувство радости и ликования за то, что живу в современном мире. Чувства искренней благодарности захлестнули меня в этот миг. То, что раньше мне казалось обыденным и недостойным внимания, сейчас открылось для меня в новом ракурсе. Я осознал всю важность технического прогресса для прогресса человечества в целом. Я запустил приложение “GPS” и вбил адрес, который продиктовал мне доктор Генрих. Уже через несколько минут я, следуя указаниям приложения, кратчайшей дорогой подъехал к дому доктора Генриха. Старый двухэтажный коттедж, зеленая, аккуратно подстриженная лужайка и черный седан «Вольво», припаркованный во дворе. «Неплохо обустроился». Припарковал машину перед его домом и прошел по белым, квадратным плиткам, выложенным в стиле шахматной доски, к парадному входу, и позвонил в дверь. Дверь открыла пожилая женщина, как позже выяснилось, это была жена доктора. Она с гостеприимной улыбкой поприветствовала меня, и, указав в сторону гостиной, сказала: «Генрих вас ожидает, чувствуйте себя как дома, а я пока приготовлю кофе. Вы ведь не откажетесь?» Я машинально кивнул в знак согласия, и, поблагодарив ее, направился через коридор в сторону гостиной. Дом был обставлен по-консерваторски строго, но со вкусом. Я сразу не понял что, но мне казалось что, чего-то не хватает. Стены коридора были увешаны фотографиями. На всех фотографиях красовался молодой Генрих со своей женой. Складывалось впечатление, будто пара в один миг быстро постарела. Нигде не было признаков детей, ни фотографии, ни игрушек, ни других детских вещей. И это было странно.
В большой гостиной, за письменным столом сидел Генрих и читал книгу, делая короткие записи в своем блокноте. Он даже не заметил, как я вошел.
– Что читаете? –
