Читаем без скачивания Меч и конь - Майкл Муркок

Они провели не больше часа в мире и покое, когда Корум почувствовал под собой легкое подрагивание и приложил ухо к земле, уже понимая, что оно может означать.

– Кони, – сказал Корум. – Они приближаются.

– Всадники Фои Миоре? – Сев, Медб потянулась за пращой и сумкой, которые повсюду таскала с собой.

– Может быть, Гейнор или народ сосен. Или все вместе. Но мы выслали передовые дозоры во все стороны. Так что они предупредили бы нас о нападении с востока, где, как мы знаем, сейчас собираются Фои Миоре.

Он осторожно приподнял голову. Всадники приближались с северо-запада, скорее всего с побережья. Поле зрения закрывал склон холма, но сейчас Корум уже слышал слабое позвякивание упряжи. Оглянувшись, он прикинул, что стоит кому-либо подняться на холм – и их лошадей сразу же увидят. Вытащив меч, он пополз к ним. Медб последовала за ним.

Торопливо оседлав коней, они помчались к холмам, держась под углом к приближающимся всадникам, так что если повезет, их не заметят, когда они перевалят через холм.

Они нашли укрытие за выступом скалы из белого известняка и, натянув поводья, остановились, дожидаясь появления всадников.

Почти сразу же появились первые трое. Лошади, на которых они ехали, были маленькими и лохматыми – по сравнению с широкоплечими наездниками они казались просто крохотными. У всадников были одинаковые светло-рыжие волосы и пронзительные голубые глаза. Бороды были заплетены в десятки тонких косичек, а с головы у каждого свисало по четыре или пять кос, переплетенных поблескивающими нитками бус. На левых руках висели длинные овальные щиты из шкур, натянутых на плетеный каркас и укрепленных грубо выкованными медными перемычками и полосами. С внутренней стороны щитов крепились ножны, в которых торчали копья с железными наконечниками. На боку у наездников висели кожаные с металлическими заклепками ножны для коротких широких мечей. Некоторые были в шлемах, а другие повесили их на седельные луки; кожаные шлемы были примерно одинаковой формы – остроконечные, с железными или медными полосами, украшенные изогнутыми рогами горных быков. Некоторые блестели россыпью отполированных камней, медных, железных и золотых накладок, из-под которых даже не было видно кожаной основы. За плечами их развевались плотные клетчатые плащи, сочетавшие в основном красный, синий и зеленый цвета. На всадниках были юбки-килты той же расцветки; ноги почти у всех оставались голыми, только некоторые носили что-то вроде поножей, но большинство были обуты в простые сандалии с ремешками вокруг щиколоток.

Вне всяких сомнений, наездники были воинами, но Корум никогда не встречал их, хотя они в определенной степени напоминали людей из Тир-нам-Бео, да и лошадки походили на тех, которые бегали под его старыми врагами у горы Мойдел. Наконец появились и остальные всадники – их было много, – и, когда они подъехали поближе, стало видно, что они побывали в переделке. У некоторых сломана рука или нога, другие – в ранах, а двое привязаны к седлам, чтобы не свалиться на скаку.

– Сомневаюсь, что они могут угрожать Каэр Малоду, – сказала Медб. – Это мабдены. Но что за мабдены, откуда? Я думала, что здесь собрались все способные носить оружие.

– Скачут они издалека, и видно, что им пришлось нелегко, – пробормотал Корум. – Скорее всего, они из-за моря. Посмотри, на плащах следы морской воды. Может, они оставили свой корабль где-то недалеко? Давай поприветствуем их.

Корум выехал из-за укрытия известняковой скалы и крикнул незнакомцам:

– Добрый день, странники! Куда держите путь?

Осанистый всадник впереди резко натянул поводья и, нахмурив рыжеватые брови, подозрительно прищурился; его тяжелая узловатая кисть легла на рукоятку меча, а когда он заговорил, голос звучал низко и хрипло.

– И тебе хорошего дня, – сказал он, – если у тебя добрые намерения. Что ж до того, куда мы направляемся… ну, это наше дело.

– А также дело тех, кому принадлежит эта земля, – рассудительно заметил Корум.

– Может, и так, – ответил вояка. – Но если эта земля не принадлежит мабденам, значит, ты завоевал ее, а в таком случае ты – наш враг и мы должны убить тебя. Мы же видим, что ты не мабден.

– Верно. Но я служу делу мабденов. А эта госпожа – она из мабденов.

– В самом деле похожа, – признал воин, впрочем не теряя настороженности. – Но мы встречали в пути столько иллюзий, что внешним сходством нас не обмануть.

– Я Медб, – оскорбившись, бросила девушка. – Я Медб Длинная Рука, известная воительница. Я дочь короля Маннаха, который правит этой землей из Каэр Малода.

Подозрительность воина несколько уменьшилась, но он все так же держался за рукоятку меча, а его спутники развели коней в обе стороны, словно готовились напасть на Корума и Медб.

– А я Корум, – сказал вадаг, – меня когда-то звали Принцем в Алом Плаще, но мне пришлось отдать его волшебнику, и теперь меня зовут Корум Серебряная Рука. – Он вскинул металлическую кисть, которую пока скрывал от взглядов. – Разве вы не слышали обо мне? Я дерусь вместе с мабденами против Фои Миоре!

– Это он! – вскричал кто-то из молодых воинов из-за спины предводителя и показал на Корума: – В алом плаще – теперь его нет на нем, но черты лица те же самые… и та же повязка на глазу! Это он!

– Значит, ты следил за нами, демон, – сказал предводитель. Вздохнув, он повернулся в седле и посмотрел на свое воинство. – Это все, что от нас осталось, но думаю, мы сможем справиться с тобой и с твоей дьявольской спутницей.

– Ни он, ни я – мы не имеем отношения к демонам! – гневно закричала Медб. – Почему вы нас в этом обвиняете? Где вы раньше видели нас?

– Тебя мы раньше не видели, – сказал старший. Конь под ним нервничал, и, натянув поводья, всадник его успокоил. Звякнула упряжь, и металлическое стремя коснулось края длинного шита. – Мы видели только его, – кивком показал он на Корума. – На том гнусном зачарованном острове. – Он мотнул головой в сторону моря. – Мы привели к его берегу восемь надежных кораблей и десять плотов с припасами и домашним скотом. Мы высадились, чтобы набрать свежей воды и продуктов. И ты должен помнить, – он с ненавистью посмотрел на Корума, – что, когда мы отплывали, у нас остался всего лишь один корабль. При нас не было ни женщин, ни детей, ни животных, кроме лошадей, что под нами, и очень мало припасов.

– Заверяю вас, – сказал Корум, – что до этого момента вы никогда не видели меня. Я Корум. Я воюю с Фои Миоре. Все последние недели я провел в Каэр Малоде. Все это время я не покидал его. После месяца пребывания в городе я впервые выбрался за его пределы!

– Ты тот, кто напал на нас на острове, – произнес юноша, первым обвинивший Корума. – В своем красном плаще, в посеребренном шлеме, с бледным, как у мертвеца, лицом, с той же повязкой на глазу – и еще этот твой смех…