как чаинки.
Несколько дней спустя я впервые оказалась свидетельницей убийства. Я проснулась в пять утра от топота бегущих ног и скрипа тормозов. Выглянув в окно, я увидела, как три китайских гангстера дубасят того, кто пытался от них убежать, бейсбольными битами по голове. Потом они прыгнули в машину и укатили. Они конкретно его отдубасили. Минуту спустя на улицу с криками выбежала пожилая китаянка в ночной рубашке, и тонкие пластиковые подошвы ее тапочек с гулким эхом шлепали по брусчатке. Всё это произошло в розоватом утреннем свете, свете, который перед восходом солнца заливает почерневшие доходные дома до самой Ист-Ривер. Женщина опустилась на колени перед трупом, который лежал в сточной канаве в какой-то странной позе, и прижала его к груди. Кровь всё текла и текла у него из головы. Я позвонила 911. Нападавшие были черными или латинос? — спросили меня. Ни теми, ни другими, — ответила я и представляться не стала. К восьми утра на Орчард-стрит начали открываться магазины, люди наступали на ржавое пятно на тротуаре, не замечая его, не догадываясь, что здесь что-то случилось. К середине дня пятно исчезло.
Итак напиши, что ты видел, и что есть, и что будет после сего[8]. Красная часть.
Приложение
Когда «Джейн» уходила в печать зимой 2004 года, я подумывала написать приложение, в котором приводились бы последние сводки расследования. Шрёдер в шутку предложил мне это, когда мы впервые говорили по телефону. Моя мать рассказала ему о готовящейся книге, и, хотя он был заинтригован, он хотел убедиться, что я ничего не скажу о ней публично до того, как Лейтермана арестуют. Я заверила его, что книга появится не раньше, чем через несколько месяцев, и что у поэзии не очень-то широкая аудитория.
И всё же, — сказал он, — лучше готовьтесь к тому, чтобы написать приложение. Приложение, которое всё объясняет.
12 ноября 2004 года я села за письменный стол в Комнате Раздумий, достала лист бумаги и написала наверху страницы:
ПЕРВАЯ ПОПЫТКА ПРИЛОЖЕНИЯ, КОТОРОЕ ВСЁ ОБЪЯСНЯЕТ
Приложение приняло форму списка:
1. В 2001 году, примерно тогда же, когда я начала писать эту книгу, коробка с вещественными доказательствами, относящимися к убийству Джейн, была изъята из ячейки для хранения и отправлена в криминологическую лабораторию штата в Лэнсинге, Мичиган для генетического анализа. Я ничего об этом не знала.
2. Большая часть генетических следов на предметах из коробки — например, большое пятно крови на белом в желтую полоску полотенце, которое нашли на месте преступления, — предположительно, принадлежала самой Джейн. Но на некоторые из них попала чужая ДНК, в основном в форме клеточных отложений, обнаруженных в нескольких местах на колготках Джейн.
3. Эти клеточные отложения происходили не из крови, спермы, мочи или фекалий. Их источник невозможно было установить — сейчас аналитик лаборатории предполагает, что это может быть пот. Откуда бы они ни происходили, аналитик говорит, что их там полно. «Золотая жила».
4. 7 июля 2004 года КОДИС — Объединенная система данных ДНК, компьютерная база данных ФБР, которая сравнивает образцы ДНК осужденных преступников с доказательственным материалом, который поставляют лаборатории со всей страны, — уведомила Лэнсинг, что чужие клетки ДНК с участков № 1–3 на колготках Джейн совпали с ДНК человека по имени Гэри Эрл Лейтерман.
5. Гэри Эрл Лейтерман — медбрат на пенсии, много лет женат, живет со своей женой Солли в доме на берегу озера в поселке Пайн-Гроув близ Гоблса, Мичиган. У него и Солли двое взрослых приемных детей, оба филиппинского происхождения, их биологическая мать — сестра Солли.
6. ДНК Лейтермана попало в КОДИС, когда в 2001 году он был осужден за подделку рецептов на наркотические препараты. Его поймали на использовании пустых рецептурных бланков медицинского центра Борджес, где он проработал много лет, для покупки обезболивающего «Викодин» в местной аптеке. Суд отправил его в реабилитационный центр для наркозависимых. Больше судим он не был.
7. Если на минуточку закрыть глаза на множество факторов, которые могут усложнить статистический анализ, шансы, что «золотая жила» генетического материала на колготках Джейн могла принадлежать кому-то, кроме Лейтермана, составляют что-то около 171,1 триллионов к одному.
На этом список мог бы и закончиться и, возможно, что-то объяснить. Но он продолжился:
8. 9 декабря 2003 года, примерно за восемь месяцев до того, как пришли результаты генетического анализа, указавшие на Лейтермана, КОДИС выдал еще одно имя по тому же делу — Джона Дэвида Руэласа.
9. ДНК Руэласа взялась не с колготок Джейн, а из аккуратной капельки крови, которую обнаружили на тыльной стороне ладони Джейн в 1969 году. Капелька особо приметилась одному из копов, поскольку не была размазана, в отличие от остальной крови на ее теле. В ходе вскрытия судмедэксперт сковырнул эту капельку и поместил ее в плотный конверт, где она провела следующие тридцать с чем-то лет.
10. Как только обнаружилось совпадение ДНК, полиция отправилась на поиски Руэласа. Им оказался тридцатисемилетний заключенный, получивший от двадцати до сорока лет тюрьмы за то, что до смерти избил свою мать, Маргарет Руэлас, 25 января 2002 года.
11. Руэлас, по-видимому, избивал свою мать много лет; последнее нападение стоило ей одиннадцати сломанных ребер, «отбитого до синевы» лица и жизни.
12. 20 марта 1969 года, в ночь убийства Джейн, Джону Дэвиду Руэласу было четыре года.
13. Из тюрьмы Руэлас сообщает полиции, что что-то знает об убийстве Джейн, но готов рассказать, только если они будут ходатайствовать, чтобы ему скостили срок. Но поскольку Руэласу на момент преступления было всего четыре, а теперь не терпелось выйти пораньше, никто не верит ни единому его слову. Что касается тех, кто занимался его воспитанием в 1969 году, то его мать (очевидно) мертва, да и отец, Дэвид Руэлас, был убит когда-то в семидесятых. Его забили насмерть молотком, завернули в политый бензином ковер, подожгли и зашвырнули в мусорный контейнер. Это дело также остается нераскрытым.
14. По телефону детективы признают, что совпадение образца ДНК с ДНК Джона Руэласа не лезет ни в какие ворота. Но наука есть наука, и у них нет выбора, кроме как посчитать, что маленький мальчик каким-то образом «соприкоснулся» с телом Джейн в ночь ее убийства. В 1969 году семья Руэласов жила в центре Детройта — примерно в тридцати пяти милях от кладбища Дентон, то есть, прямо скажем, не за углом (Лейтерман, в свою очередь, жил неподалеку). Но детективы говорят, что мысль о том, что «маленький Джонни» может быть каким-то образом причастен к убийству Джейн, не так невероятна, как кажется на первый взгляд, учитывая
