— Нет, по Марксу я рассуждаю. Мне политэкономию тоже сдавать, вот подковался. Чем квалифицированнее труд, тем выше прибавочная стоимость. Простые операции машина должна делать.
— Всё, закрываем совещание. Перекусить пора, командует хозяйка.
И мы посидели еще немножко и ещё, но всё так и не одолели. Домой мы на последней электричке ехали. Автобусы уже все ушли. И кабы не Волга с красивым номером и тут бы пролетели. А ночевать мы обещались дома. Образец и документы сдали на завод, поэтому папке меня на закорках нести не в напряг. Держусь, не сплю. Разговариваем.
— Па, ну как прошло? Что думаешь?
— Свалили полдела, сын. Обопнемся, осмотримся и дальше пойдем. Хозяйство есть кому оставить, барахла не нажили особо, метнемся в общагу, не хуже барака, не отвык ещё?
— Не, так мне, когда сидеть то. Бабушка то с нами не поедет. Мамка снова в контору? — уточняю тему.
— Ну так оно, пойдешь в коллектив, не по улицам же мотаться. Да и к школе готовится. Опять же кореша новые появятся.
— Ну так оно, город знамо дело веселее, — соглашаюсь.
Вот и свороток наш вот и дом, заждалась мама уже.
1966 Во Владимир.
Погода портится, так и дома есть чем заняться. И кубиков больше стало. Книжки я и как гантели применяю. Отжиматься пока совсем не получается. Теоретически оно понятно, но в лучшем случае от стеночки и то раз пять не больше, ладно хоть подрос чуть, а то башка перевешивала, даже приседать напряжно. Хотя мне и так нагрузок хватает. Точнее хватаюсь за все подряд. Даже картоху помогал убирать в игрушечное ведро литра на два. Однако и оно полное тяжеловато. Ну тут торопиться некуда. А вот руки надо развивать. Моторику и точность движений. Я и в прошлый раз рисовать любил, а теперь вообще зудит. И запечатлеть всё что вижу и что— то из прошлого будущего показать. А главное люди.
Карандаш намного больше способен показать и сохранить чем фото. Та ещё волшебная палочка. Руку набиваю. Круги, прямоугольники, изометрию подтягиваю. Отец за диплом всерьез взялся, заодно и мне карандаши точит. Линейку у него стащу, чертить пытаюсь. Тоже работа, упахиваюсь, солнце садится, и я в постель. Расту во сне, каждую минуту в дело. Подумать и днём времени достаточно. Опять с бабушкой словечком перекинуться, сказки послушать. Внук я или так, прогуляться выбежал?
Мама тоже сказок знает, но то к ночи, и ей передохнуть и со мной пообщаться. И пора уже стиральную машинку покупать, тоже время экономит. Хоть и говорила, что в конторе проще, да видать не очень. И сверх положенного сидит, благо я уже подрос и с бабушками нормально взаимодействую. Фух, вон какое слово огоревал, даже вслух проговорил. За год повторной жизни мои уже попривыкли. Большие глаза на мои выражовывания не делают и почти не спрашивают откуда мол дровишки? Благо народу есть, перекрестно отбрехиваюсь.
Тут и новая радиола в строку и журнал «Кругозор» с пластинками. Я уже во всю диджею, даже Вальке не всегда разрешается, а мне можно. Дядька экзамен принял и добро дал. Батянька у нас меломан. Обменный фонд на костях держит. Ну это на старых рентгеновских снимках музыку пишут. В Собинке на рынке он постоянный клиент. Теперь на глаз распознает если тишина или туки— туки записаны. Раз погорел, так корешей подбил, даже Люстрий на стрелку ездил, барышника учить. Так что деньги не за воротник, а на музыку тратятся. Опять же в Кругозор и рассказы стали писать. Так что культура.
Женя сговаривает вкладчику телевизор купить. Он халтурит помалу. Радио, телевизоры чинит. Вот у клиента и хочет ломучий Рекорд сторговать. Чинить он его уже умеет. И отец не отстаёт. По мотоциклам пошёл. Что ИЖ 56, что тракторный пускач, разница не велика. А коробку передач перебрать и вовсе семечки. Что там в трехступке. Я и тому, и тому под руку лезу. Учусь, навыки и авторитет нарабатываю. Особо по радио. У меня и прибор свой есть. Два щупа, мегомный резистор и неонка. Ну про это мне не интересно. Вот лампы другой раз поменять сил не хватает, это да. Здоровые они, только двумя руками и могу выдернуть. Хорошо новые телеки все уже на пальчиковых. А неонок отец где— то раздобыл и теперь все окрестные электрики с пробниками Ваганов и Ко. Потому и телевизор можем позволить и младшей тетке велик и старшей новую помаду и чего там для красоты. Ну тут они с мамкой в доле. Мало родня, так и сдружились. Вот и тут изменения от той итерации. Ой чую список составлять пора. И задачи распределять, не стоит время терять. Время не ждёт, скоро съезд.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Буквы я уже огоревал, практически всё читается. Вот только спалиться боюсь. Или шифроваться как— то нужно. Но это точно подозрение вызовет.
Как-то всё завертелось. Жизнь скачками понеслась. Отца вместо двух недель в два дня с кирпичного уволили. Потому как письмо из обкома с припиской от директора тракторного сыграло. Под расчет и премию получил. Всю, занят был полностью потому и не лишили ни разу. Бабки довольны, сын— зять при бабках, да ещё в область на работу поехал. Вернее, они с мамкой упылили, меня не взяли. Приехали довольные, аж светятся оба. Комнату в заводском общежитии дали и через месяц мама тоже на завод работать выходит. Вот и мы в область откочевываем. Это я так пацанам вещал. Почему так долго? Так не было больше волшебных писем. А главное, мне предстояло в детсад ходить. Блииин, мне вольному перцу в строй. Да ещё в таком раннем возрасте? о прошлом разе я только в школе на всю социализировался. Не, не представляю, с такой мыслищей надо переспать. А вы шо подумали, в три года и три месяца, всё так серьезно.
Получается, что и ладно стиралку не купили, куда бы с ней? Хотя и бабушке сгодилась бы. А так чемодан, рюкзак и сумка всё нажитое. Моё всё со мной, бабНастя мне котомку смастерила. Ну кубики конечно не взял, куда их.
Остановка, одно название, дрын а на нем фанерка с расписанием. Крышу ещё не скоро поставят. Дождь бусит мелкопакостно, временами твёрдым обращается. Хотя давно уже пора и снегу лечь. Ноябрь остатки подбирает. А нам весело, в новую жизнь едем. В мегаполис, хотя какое там, старинный город. Не такой пока и большой по меркам двадцать первого века. Всё — таки мне малость тревожно. Не ожидал что так резко перемены попрут. Хотя сам этот ком и столкнул. Опять же как там ближайшие родичи без племянникова пригляда. Очень я на них надежд возлагаю. Да и кое какие точки хочется по жизни пройти обязательно. Людей замечательных не пропустить. Много от них зависит, многие мне в прошлой итерации помогли. Опыт он сын ошибок трудных. Не стоит себе и другим жизнь усложнять. Или не стоит заморачиваться? Хороших людей всё равно больше.
— Эй, молодежь, — тормозит возле нас Москвичок, — не мокните, залезайте. Дрыгнулся Ваш автобус, почитай сразу за Собинским своротком.
— Да следующего дождемся, — отвечает отец.
— С дитем и поклажей? Два рейса в раз? Лезьте кому говорят.
А что, мы с понятием. Лезем. Пока вещи в багажник складываются я уже ноги оббиваю и на переднем пассажирском. Привычка из прошлой жизни. Вот и батя ловко под меня поднырнул.
— Ты, паря, тракторист смотрю.
— Чего так? — удивляется отец.
— А ботинки оскреб и сел грамотно, но не по-шоферски, загар опять же и малец с понятием, — поясняет водитель.
— Глазаст, сам то и по жизни шоферишь?
— Гоняем помалу, но далеко. Сейчас вот в отпуске, родичей навещал. Так-то я на тракторном приписан.
— Отоно чё, Михалыч, — встреваю в разговор.
— Ржут дядьки, — и я не отстаю.
— Чё, угадал? — дознается батя.
— В точку.
— Мать говорит, голый разум, — мамка вступает.
— Да, устами младенца. А давайте ещё посмеемся?
— Давайте, смех штука полезная.
— Ну тогда вы на тракторный едете? Да?
— Ну дядька Михалыч ты догада, — подначиваю слегка.
Снова все смеемся, а я и вовсе закатываюсь.
— Неуж правда? — удивляется Михалыч.
— Правда, правда, — хором родители отвечают.
— В общагу? — переспрашивает водитель.
— Ага.
