Тристан вернулся в каюту, осторожно положил Беттину на постель и долго стоял, глядя на прекрасное неподвижное лицо. Как она поведет себя, когда очнется? Испугается? Вновь набросится на него? Уж лучше бы набросилась. Ужасно будет видеть, как эта красавица пресмыкается перед грубой силой. Он хотел покорить Беттину, обломать за тот короткий срок, что она проведет на корабле, но почему-то понимал — это не удастся ни одному человеку, пока в ней теплится жизнь. Беттину можно заставить покориться, но согнуть ее волю невозможно.
Появившаяся в дверях Мадлен переводила беспокойный взгляд с капитана на бесчувственную питомицу. Жюль, откашлявшись, дал ей знак войти.
— Старуха сказала, что умеет лечить. Не думаю, что ты будешь возражать, если она посмотрит твою рану. Сам знаешь, я очень неловок, а у нее руки гораздо нежнее.
— Согласен, при условии, если и она не попытается перерезать мне горло.
— С радостью бы сделала это, но не могу, месье, — отозвалась Мадлен.
Тристан тихо хмыкнул:
— По крайней мере честно. Как тебя зовут?
— Мадлен Доде.
— Ну, Мадлен, ты видела, что произошло? — спокойно начал Тристан.
— Да, месье. Я вышла на палубу как раз перед тем, как она… она потеряла сознание.
— Счастье для нее, что ты не кричала, — объяснил Тристан, заметив распухшие губы, которые Мадлен искусала, чтобы заставить себя молчать. Иначе Жюль не услыхал бы меня и Беттина получила не меньше двух ударов, пока я бы успел остановить казнь.
— Благодарение Богу, вы вовремя пришли в себя, месье, — отозвалась Мадлен и склонившись над ним, начала промывать рану.
— Тогда ты знаешь, почему мой друг хотел высечь Беттину… то есть засечь ее до смерти.
— Да, матросы думали, что она убила вас. Я пыталась ее уговорить, но она не слушала. Девочка всегда была своевольной и упрямой, но такой, как сегодня, я ее никогда не видела!
Тристан расхохотался, глядя на бесчувственную девушку, но тут же задумчиво нахмурился.
— Расскажи мне о ней. Откуда такой бешеный нрав? Словно уличная шлюха или трактирная служанка, а не благородная леди!
— О нет, Беттина — леди, месье, — негодующе ответила Мадлен. — Но в детстве она была лишена самого дорогого — отцовской любви. Это и привело к строптивости и взрывам бешенства, так что отец отослал ее в монастырскую школу, и там девочка провела большую часть жизни.
— Она должна была стать монахиней?
— Нет, это школа для девочек.
— И чему же она научилась там — молиться? — шутливо спросил Тристан.
— Конечно, узнала о Боге, выучилась читать и писать, ухаживать за ранеными и больными, быть терпеливой, любящей и держать…
Тут Мадлен замолчала, поняв, как смехотворно звучат ее слова.
Тристан снова засмеялся.
— Хочешь сказать, держать себя в руках? И она была хорошей ученицей?
— Превосходной. Но только если она хочет добиться чего-нибудь, то идет напролом. Поверьте, месье, я еще никогда не видела ее в такой ярости! Беттина по природе добра и нежна, совсем как мать. Когда девочка наконец перестала пытаться завоевать отцовскую любовь, она была вполне довольна жизнью. Одна ее улыбка приносила радость людям!
— Да, особенно мне, — заметил Тристан.
— Вы ведь знаете почему, капитан. — Это вы… вы…
— Обесчестил ее. Да, она мне так и сказала.
— Вы не должны были прикасаться к ней! — рассерженно отрезала Мадлен. — Не имели права! Но вам нужно было во что бы то ни стало овладеть Беттиной, поэтому и решились на обман. Она с покорностью принимала свою судьбу до тех пор, пока не узнала правды.
— Я только не хотел причинять ей лишних страданий, мадам. Но скажите, она действительно хочет выйти за этого графа? Влюблена в него?..
— Ее отец устроил этот брак. Мнения Беттины никто не спрашивал, но она обязана выполнить родительскую волю. И знает это. А любовь… нельзя любить человека, которого не видел ни разу в жизни, — пояснила Мадлен.
— Значит, она даже не знает, как выглядит ее жених? И возможно, мне придется собственными руками отдать девушку какому-то старому жирному козлу, за которого она предпочла бы вовсе не выходить?!
— Нет, капитан, — покачала головой Мадлен. — Граф де Ламбер молод и красив. Я видела его.
Слова служанки почему-то расстроили Тристана.
— Ну что ж, довольно, — резко сказал он. — Мне нужно немного отдохнуть, избавиться от головной боли. Последи, чтобы все было в порядке, Жюль. Когда я понадоблюсь, буду здесь.
— Отдыхать! Если тебе так нужен отдых, позаботься лучше, чтобы девчонка не очнулась, — хмыкнул Жюль и проводил Мадлен на камбуз, показав, что нужно делать.
Тристан тем временем, налив вина в кружку, откинулся в кресле и уставился на Беттину. До острова Сен-Мартен не так уж далеко, дней пять при попутном ветре. Совсем мало времени, чтобы насладиться этой красотой. За все двадцать шесть лет жизни он не встречал никого прекраснее Беттины Верлен… Прекраснее и строптивее.
Глава 9
Глаза Беттины медленно открылись. Девушка огляделась, но тут же испуганно вскочила, вспомнив о том, что произошло на палубе. Почему она все еще жива? Кто ее спас? И спина не болит, и крови не видно!
Безжалостный озноб охватил тело; в ушах все еще звучало ужасное щелканье плети. Господи, неужели ей каким-то образом удалось избежать казни? Должно быть, потеряла сознание, и матросы ждут, пока она придет в себя, чтобы продолжить избиение. Беттина никогда не предполагала, что ее могут засечь за убийство капитана. Она сумела бы вынести все… все, кроме пыток. Зачем она убила Тристана? Не так уж много мучений пришлось ей перенести в его объятиях… а впереди ждали свобода и долгая спокойная жизнь. Так легко забыть прошлое и вновь стать счастливой! К чему рисковать жизнью ради мести? Ведь этот человек — пират, от него нельзя ожидать ничего, кроме лжи и обмана. Беттина тихо застонала. Что теперь будет? Неужели Жюль готовит для нее еще более ужасную смерть? Нужно попытаться выбраться из этой каюты, прыгнуть в море и покончить счеты с жизнью. Плавать Беттина умела, но сил надолго не хватит, да и акулы скоро прикончат ее. Не такого конца ожидала она, но даже эта гибель лучше, чем медленная смерть под плетью.
Не тратя времени на размышления, Беттина свесила ноги с кровати и встала. Но тут же замерла; тихий стон сорвался с губ. Первой мыслью было, что она, скорее всего, увидела призрак. Но приглядевшись, девушка заметила сверкающие озорным весельем глаза, ясные-ясные, как летнее небо, явно принадлежавшие живому человеку.
Кровь прихлынула к щекам. Ей не удалось его прикончить! Тристан жив, именно поэтому она здесь, целая и невредимая!
Тристан молча наблюдал за девушкой, выдерживая время, предоставляя ей терзаться беспокойством и сомнением. Он сидел, вытянув длинные ноги, поставив на колени кружку с вином. И улыбался!
Охваченная яростью, Беттина оцепенела.
— Ты! — вскрикнула она. — Ты! Ведь ты мертв! Но запомни: если не удалось в этот раз, выйдет в следующий!
— Тебе, видно, очень хочется почувствовать, как плеть впивается в спину? — нежно спросил он, ставя кружку на стол.
Девушка мгновенно побледнела. Ведь она сама укоряла себя за то, что убила Тристана! Такой смерти он не заслуживал!
— Хочу слышать твой ответ, Беттина, — немного громче сказал Тристан. — Готова пройти через это испытание еще раз? Вспомни, что пришлось бы тебе вытерпеть, не приди я в себя вовремя?
Потемневшие глаза девушки казались драгоценными изумрудами, излучавшими ненависть. Ничего, есть другие способы отомстить, и она постарается их найти. Но это подождет, пока Беттина не будет в безопасности.
— Отвечай, черт возьми!
Тристан с силой впечатал огромный кулак в стол, заставив девушку подпрыгнуть от неожиданности.
— У меня нет ни малейшего желания умереть под плетью! — взорвалась она. Тристан улыбнулся.
— Значит, я могу спокойно жить в своей каюте?
— Зато я не желаю здесь оставаться. Думаю, ты и сам захочешь избавиться от меня после всего, что я сделала.
