Гу Няньсянь. Цзунхэнцзя яньцзю (Исследование школы политической стратегии). Тайбэй, 1969.
Лань Ялин. Гуй Гу-цзы цзунхэн чжихуэй (Мудрость выстраивания стратегических союзов у Гуй Гу-цзы). Пекин, 2013.
Линь Гэндун. Гуй Гу-цзы бинфа (Военное искусство Гуй Гу-цзы). Тайнань, 1993.
Сюй Фухун. Гуй Гу-цзы яньцзю (Исследование «Гуй Гу-цзы»). Шанхай, 2008.
Фан Личжун. Гуй Гу-цзы. Чуаньтун вэньхуа пуцзи душу (Общедоступные книги для чтения по традиционной культуре). Чанчунь, 2011.
Фан Пэнчэн. Гуй Гу-цзы: шуйфу таньпань ды ишу (Гуй Гу-цзы: искусство убеждения в переговорах). Тайбэй, 1999.
Цай Цзянь. Гуй Гу-цзы цюань цзи (Полное собрание сочинений Гуй Гу-цзы). Т. 1–4. Фучжоу, 2011.
Чжан Пин. Ляо Пэн. Гуй Гу-цзы дацюаньцзи (Полный свод сведений о «Гуй Гу-цзы»). Пекин, 2011.
Чжао Янь. Гуй Гу-цзы ды чжихуэй (Мудрость Гуй Гу-цзы). Пекин, 2009.
Чэнь Инлюэ. Гуй Гу-цзы саньшилю уди шэньчжа (36 упраздняющих вражду божественных приемов Гуй Гу-цзы). Тайбэй, 1973.
Глава первая. Открытость и закрытость[4]
Комментарий Тао Хунцзина: «Искусство разговора таково: порой открываешься, чтобы показать свое согласие с собеседником, порой же закрываешься, чтобы дать знать о своем несогласии с собеседником».
Обозревая все произошедшее с древних времен, мы видим, что великие мудрецы в этом мире между Небом и Землей были впереди всех людей и управляли вещами, давая им имена и созерцая раскрытие и закрытие Инь и Ян[5]. Так они постигали принципы жизни и смерти, предвидели рождение и гибель всего сущего, проникали в исток человеческого разумения, читали знамения всех перемен и превращений[6]. Поэтому они прочно владели принципами всех явлений.
Посему мудрецы Поднебесного мира с древности до нынешнего времени держались единого пути. Перемены же и превращения[7] невозможно исчерпать, но каждое из них имеет свою правду: они предстают то как Инь, то как Ян, то мягким, то твердым, то раскрытием, то закрытием, то сжатием, то растяжением. Так мудрецы, обладая единым принципом, управляющим всем сущим, определяли то, что идет впереди и что идет следом, взвешивали силу и возможности каждого, устанавливали способности и умение, достоинства и недостатки каждого[8].
Между достойными и ничтожными, разумными и неразумными, храбрыми и трусливыми[9] имеется различие. В таком случае в отношениях с людьми можно открываться или закрываться, наступать или отступать, кем-то пренебрегать, а кем-то дорожить.
Посредством недеяния можно иметь власть над людьми. Для этого нужно определить то, чем человек обладает и чего у него нет, и выяснить[10], когда он искренен и когда притворяется. Надлежит присмотреться к его желаниям, чтобы постичь его пристрастия и замыслы. Выслушивая его речи, возражай ему, дабы узнать, каковы его действительные намерения. Постигнув же его замысел, закройся сам, а его вынуди открыться, чтобы узнать, к чему он на самом деле стремится[11].
Порой следует закрываться и таить чувства в себе[12], порой же следует открываться и выдавать свои намерения. Открываться и выдавать свои намерения надо тому, кто вам сочувствует. Закрываться же и таить чувства в себе следует перед тем, чью искренность вы желаете испытать. Нужно ясно определять для себя, что можно и чего нельзя делать, с кем действовать сообща, а кого отдалить. Обособление и единение имеют свои правила — тут надо принимать в расчет замыслы окружающих.
Избрав для себя открытость в действиях, нужно уметь смотреть широко. Избрав скрытность в действиях, нужно уметь хранить тайны. И в том, и в другом случае самое главное — внимать «неприметно-малому»[13]. Тогда можно действовать сообразно Пути.
Позволяя другому раскрываться, можно определять[14] его чувства. Позволяя другому быть скрытным, можно оценить его искренность. В таком случае можно правильно определить соотношение сил и понять, что сделать легко, а что — трудно. Тогда можно составить план действий. Вот о чем должен размышлять мудрый муж. А если определить соотношение сил и составить план действий не удается, мудрый должен, в соответствии с обстановкой, создать для себя другой прием.
А потому, избрав своим принципом открытость, следует иногда кого-то открыто изгнать, а кого-то — открыто приблизить. Избрав же своим принципом скрытность, следует порой скрытно привлечь к себе кого-то, а порой скрытно от кого-то отдалиться. Быть то открытым, то скрытным — это путь Неба и Земли.
Раскрытие и закрытие являются движителем превращений Инь и Ян и смены четырех времен года, благодаря чему вся тьма вещей претерпевает превращения. Устройство мироздания и всякое движение в нем, будь то противостояние или соединение, исход или возвращение непременно происходят из этого[15].
Раскрытие и закрытие — это великое превращение Пути и смысл[16] всякой речи. Надлежит со всем тщанием вникнуть в этот смысл и в это превращение[17], тогда постигнешь тайну великого повеления[18], секрет успеха и поражения. Ибо уста суть врата сердца, а сердце — господин духа. И намерения, и желания, и мысли, и расчеты исходят из врат сердца. Посему надлежит ясно различать открытость и закрытость и хорошо знать, что открывать, а что держать при себе.
Раскрытие — это открытость, речь и сила Ян. Закрытие — это скрытность, молчание и сила Инь. Когда силы Инь и Ян находятся в согласии, все в мире от начала до конца свершается надлежащим образом.
Вечная жизнь, безмятежная радость, богатство и знатность, почет и слава, громкое имя, любовь, выгода, удовольствие, вожделение относятся к Ян и соответствуют «началу». Смерть естественная и насильственная, печаль и страдания, нищета и унижение, утраты и разорение, разочарование и увечье, наказание и казни относятся к Инь и соответствуют «концу». Все, что имеет своим образцом Ян, означает «начинание». Поощрительные речи способствуют начинаниям в делах. Все, что имеет отношение к Инь, означает «окончание». Осуждающие речи способствуют пресечению скрытых планов.
Путь раскрытия и сокрытия претворяется посредством начал Инь и Ян[19]. С тем, кто привержен началу Ян, нужно говорить о возвышенном, а с тем, кто привержен началу Инь, нужно говорить о низменном[20]. В разговоре о низких предметах следует обращать внимание на ничтожное. В разговоре о возвышенных предметах следует указывать на великое. Тогда, если нужно, не останется ничего скрытого и, если нужно, не будет ничего явленного, и любая цель станет доступной[21]. Можно будет убедить в своей правоте и одного человека, и свою семью, и все царство, и целый мир.
Занимаясь мелким делом, иди до предела малого, а, занимаясь великим делом, иди до предела великого[22]. Усиление и ослабление, уход и приход, созидание нового и возвращение к прежнему управляются силами Инь и Ян.
Пребывая в Ян, двигаешься и что-то делаешь. Пребывая в Инь, покоишься и бездействуешь. Ян — это деятельность и исход вовне. Инь — это воздержание от действия[23] и уход вовнутрь. Ян, достигнув своего предела, превращается в Инь; Инь, достигнув предела, переходит в Ян.
Благодаря деятельности, сопряженной с Ян, в совместном рождении всего сущего выявляется совершенство (дэ)[24]. Благодаря покою, сопряженному с Инь, в совместном завершении всего сущего выявляются формы. Когда, пребывая в Ян, стремишься привлечь к себе Инь, им овладеваешь посредством благодеяния[25]. Когда же, пребывая в Инь, стремишься привлечь к себе Ян, привязываешь его к себе, применяя силу[26]. Инь и Ян взаимодействуют между собой благодаря чередованию открытости и закрытости.
Таков путь Неба и Земли, сил Инь и Ян. И таков же закон речи, способной убеждать людей[27].
Сие стоит прежде всего прочего в мире и потому зовется «вратами круга и квадрата»[28].
Глава вторая. Ответ и соответствие[29]
Комментарий Тао Хунцзина: «Искусство слушать предполагает, что порой, будучи несогласным с партнером, нужно ему возразить, а порой, когда партнер вследствие трудностей меняет свое мнение, нужно уметь соответствовать этим переменам».
В древности великие водители мира[30] жили одной жизнью с Бесформенным[31]. Посему они обращали свой взор назад, дабы обозреть прошедшее, и обращали свой взор на себя, дабы постичь будущее. Они смотрели назад, чтобы познать древность, и обращались к текущим делам, чтобы знать настоящее. Всматриваясь назад, можно понять других; обращаясь к текущим делам, можно познать себя.
Ежели должное положение вещей[32] не соответствует тому, что творится в мире, обращайся к прошлому и в нем ищи ответ. Умение помыслить о случившемся и постигнуть должное приносит понимание, свойственное мудрым. В это нужно тщательно вникнуть.
Речь другого человека — это деятельность. Мое молчание — это покой. Следуй чужим речам и вслушивайся в чужие слова[33]. Коли речи кажутся неразумными, доискивайся до причины, и смысл сказанного непременно раскроется.
