Джесси улыбнулась этой мысли, она так хотела увидеть свой ресторан, о котором столько писал отец. Он описывал его детально, от элегантных хрустальных канделябров, до толстых персидских ковров. Она была уверена, что «Милый Ангел» был главным источником доходов отца.
Острый запах гнили отвлек Джесси от размышлений. Экипаж тарахтел по улицам Китай города. Джесси читала раньше об этом районе, и сейчас, после похорон отца, он показался ей еще более привлекательным. Улицы были переполнены пешеходами и рикшами. Джесси наклонилась к окну, чтобы не пропустить ни одной подробности. Ей все очень нравилось до тех пор, пока экипаж не свернул на боковую улицу, которая показалась ей немного неприличной. Впервые Джесси заволновалась.
— Кучер, — окликнула она, выглядывая из окна, — вы уверены, что едете правильно? Мне кажется, вы говорили, что знаете, где находится «Милый Ангел»?
— Уже недалеко, мэм, — ответил тот. — А вы уверены, что вам нужно именно туда?
— Конечно, уверена. А что?
— Просто спрашиваю, — кучер пустил лошадь рысью. Они проехали немного вдоль улицы, затем повернули и оказались в более старом районе. Был слышен хриплый женский смех вперемежку с бренчанием дешевого пианино. Несколько пьяных вывалились из дверей ближайшего салона и, спотыкаясь, держась друг за друга, потащились по дощатому тротуару. Один из мужчин, увидев Джесси, сказал что то своим товарищам. Когда экипаж проехал мимо, они громко захохотали и, приподнимая шляпы, низко кланялись. Джесси отвернулась, стараясь не слышать их грубые выкрики.
Тем временем экипаж выехал на еще более обшарпанную улицу. Джесси почувствовала, что от страха у нее похолодело внутри.
— Кучер, остановитесь, — приказала она. — Я думаю, здесь какая то ошибка.
Возничий тут же остановил экипаж. Джесси выглянула из окна.
— Я думаю, что мы едем не туда. «Милый Ангел» находится по адресу, указанному в этом письме, — она подала ему письмо Джейка. — Это один из лучших ресторанов города.
— Да, все правильно, — ответил кучер. — Монтгометри стрит, 9 18. Туда мы и едем. Но это совсем не ресторан. «Ангел» — самый лучший игорный салон и публичный дом с этой стороны залива.
— Что?!
— Простите, мэм, но это так.
— Я уверена, вы ошибаетесь!
— Нет никакой ошибки, мэм. Я сам там был несколько раз. Конечно, только в игорном салоне, вы понимаете. Моя жена не одобрила бы всего остального.
Джесси откинулась на спинку сиденья. Отчаянье и гнев охватили ее. Публичный дом! Боже мой! Неужели ее отец обманывал ее? Как он мог? Должно быть, ему было стыдно признаться, каков был его бизнес. Вот почему Вестон смеялся в порту, а Мак Каферти настаивал на встрече с ней. Черт бы их побрал! Черт бы их всех побрал!
— Вас отвезти обратно в отель, мэм? — обратился к ней кучер.
Джесси вцепилась в складки своей юбки. Если она не появится, Вестон посчитает, что она струсила, как он и ожидал. Ну, уж нет! Публичный дом — это совсем не то, чем она собиралась заняться, но это была ее собственность.
Умерла еще одна ее голубая мечта. «Ну и что?» — упрекнула она себя. «Ты чувствуешь себя подавленной и разочарованной? Ну и что? Ты разочаровывалась и раньше».
Джесси успокаивала себя, пытаясь окончательно не потерять голову. Она постарается выйти из этого положения наилучшим образом. Ее отец знал, что она не растеряется. Неважно, что Вестон рассчитывает на ее неспособность вести дела и надеется, что она продаст свою часть собственности. Этого не будет, поклялась она себе. Над Вестоном можно одержать верх только при помощи силы духа. Джесси выпрямилась, сделала глубокий вдох, успокаивая дыхание и биение сердца. Она появится на этом ужине, независимо от того, что Вестон там приготовил.
— Нет. Поехали в «Милый Ангел». У меня там заказан ужин.
— Как скажете, мэм, — они продолжили свой путь.
Джейк нетерпеливо шагал взад и вперед, засунув пальцы в карманы жилета. На улице стемнело, Джесси опаздывала уже на пятнадцать минут. Ему надо было самому заехать за ней в отель, но она ведь решила изображать из себя бизнесмена! Кроме того, вчера утром он так разозлился, что забыл, что нужно быть джентльменом. А теперь вот вынужден гадать, приедет она или нет.
Район Тендерлон, где находился «Милый Ангел», с наступлением темноты был опасен для молодой невинной девушки. Но, однако, была ли Джессика Таггарт действительно невинна? Она проехала через всю страну без компаньонки, сама договорилась с МакКаферти представлять ее интересы, не посоветовавшись ни с Джейком, ни с адвокатом отца. Она была упряма и избалована — и совершенно одна в опасном городе.
Выглянув в двадцать пятый раз на улицу, Джейк заставил себя остановиться у бара. Черт побери, должно быть, подъехав к салону, она увидела, что он из себя представляет, бросилась назад в отель и отправила срочное письмо МакКаферти с просьбой продать ее часть бизнеса. Он надеялся, что это было именно так. И все же, если она не появится здесь через пятнадцать минут, он сам поедет за ней в отель.
Выпив порцию виски, Джейк снова направился к двери. Увидев подкативший экипаж и выходившую из него элегантно одетую молодую леди, он вздохнул с облегчением. Все же он очень беспокоился. Теперь, когда она была в безопасности, он мог продолжать свою игру. Главное, убедить ее, что вести дела в этом «ресторане» — неприлично для леди. С довольной улыбкой Джейк застегнул сюртук и направился поприветствовать Джессику Таггарт.
— Ну что же, мистер Вестон, — сказала Джессика, легко выпрыгнув из экипажа. — Приятно видеть вас снова.
— Уверяю вас, мисс Таггарт, для меня истинное наслаждение видеть вас здесь сегодня вечером.
Воздух был наполнен запахами стряпни Вонга. Когда они прошли по дощатому настилу к двери, Джесси вопросительно посмотрела на импровизированную кухню, но ничего не сказала. Джейк внимательно наблюдал за ней, ожидая ее реакции на эти экзотические благоухающие запахи острых приправ.
— Какой приятный вечер, — сказала она.
— Просто замечательный, и очень подходящий для ужина в «Милом Ангеле», — ответил Джейк с удовлетворенной усмешкой. Как ни был он настроен против этой упрямой девчонки — дочери Генри Таггарта, Джейк вынужден был признать, что она была красавицей — гораздо красивее, чем он мог себе представить, увидев ее впервые в измятом черном дорожном платье. Из за темно сиреневого платья, которое она надела в этот вечер, ее зеленые глаза казались еще больше. Сиреневый цвет выгодно подчеркивал нежную кожу лица, все это волновало Джейка. Он не мог оторвать глаз от ее прелестной груди, обрисованной плотно облегающим корсажем. Душа его застонала. Ну почему она не была маленьким гадким утенком, каким он ее себе представлял!
