Но он и не собирался. Вот это удача! Он целовал Бейли Синклер; он не собирался никуда уходить. Его ладонь легла в углубление ее талии, едва коснувшись нижнего закругления одной мягкой груди.
Затаив дыхание, Бейли, казалось, ждала продолжения. Но он погладил ее по плечу, сомкнув пальцы на затылке, на буйном беспорядке волос, наклоняя голову красавицы назад, чтобы устроить ее поудобнее в своих крепких объятиях.
И Бейли недвусмысленно ответила на его любовный призыв, прильнув к нему, наклонив голову так, что их губы слились, отчего Ноа потерял способность думать о чем-либо, кроме жарких объятий сексуальной Бейли…
И тут зазвонил его сотовый, разбивая вдребезги тишину, и Бейли отпрянула, будто ее ударили, выскользнула из рук – дальше, еще дальше! Ему вдруг стало неловко. Ноа вытащил телефон.
– Фишер, – отозвался он.
– Тут кое-что интересное, – сообщил Броуди. – Моя пассажирка, которая собиралась в Аспен, исчезла.
Ноа скосил глаза на Бейли.
– Неужели?
– Точно. Просто взяла и сбежала, не сказав ни слова.
Ноа не сводил глаз с Бейли. Иисусе, неужели они только что целовались или он теряет рассудок?
– Наверное, у нее изменились планы.
Бейли смело выдержала его взгляд. Ее щеки порозовели. «Прошу вас», – беззвучно выдохнула она, прижимая пальцы к губам.
Эти губы еще хранили влагу их поцелуя.
Да, они целовались. И Ноа понял, что на самом деле она хотела сказать. Вовсе не «поцелуйте меня еще раз», а «не выдавайте».
– Как прошел полет? – поинтересовался Броуди.
– Кроме того, что заклинило шасси?
– Вот дерьмо.
– Да, это было увлекательно.
– Еще что-нибудь увлекательное?
– Куча всего.
Броуди, один из самых сообразительных парней, которые встречались Ноа в этой жизни, на минуту замолк.
– Столь же увлекательное, как удар молнии, крушение на горном склоне или… неожиданный пассажир?
Ноа нацепил солнечные очки на переносицу.
– Быстро догадался.
– Вот дерьмо, – повторил Броуди. – Неужели правда?
Ноа не ответил. Бейли смотрела на него, и вся душа ее выражалась в этом взгляде.
Да, душа у нее была огромная.
– И что произошло? – спросил Броуди.
– Спроси что-нибудь полегче.
– Ты в порядке?
Ноа сверлил Бейли взглядом. Как и она его. Женщина была словно натянутая струна. Казалось, она на грани нервного срыва. Скажи он сейчас «у-у!», и бедняга хлопнется в обморок.
– Как всегда.
Броуди тихо рассмеялся:
– Отлично. Ладно, я просто откачу самолет обратно в ангар и выставлю ей счет за обслуживание. За оба самолета. Ты же знаешь: сумасбродства богатых и знаменитых частенько идут мне на пользу.
– Да. – Ноа выключил телефон. Бейли не шелохнулась.
Выждав минуту, он поднялся на ноги.
– Я должен закрепить самолет. – Ноа помолчал, приподняв бровь. – Или вы собираетесь задержать меня с помощью шариковой ручки?
Бейли достало совести покраснеть. Она тоже встала.
– Нет.
Ноа смотрел, как она извлекает из-под кресла рюкзак.
– Я застану вас на месте, когда вернусь?
Она вдруг принялась дергать «молнию» на рюкзаке.
Стиснув зубы, Ноа схватил ее за плечи и встряхнул. В его больших ладонях она казалась очень хрупкой. Слабой. С чем-то ей предстоит встретиться лицом к лицу?
– Позвольте выразиться по-другому. Сидите здесь, пока я не вернусь.
Ноа опустил руки, пока еще мог это сделать, смерил ее последним долгим взглядом и покинул самолет.
Холодный воздух бросился ему в лицо. Он находился в сердце гор Сьерра-Невада, с их острыми, крутыми вершинами, на высоте чуть больше шести тысяч футов над уровнем моря. По бокам расчищенного бетона взлетной полосы громоздились сугробы пушистого снега. Кругом, на триста шестьдесят градусов, одни заснеженные пики. Зрелище, от которого захватывало дух.
Именно за этим он сюда прибыл. Снег, лыжи, лыжные красотки, пиво и сон. Зачем ему чокнутая наследница с глазами, которые невозможно забыть, со склонностью запугивать людей с помощью шариковой ручки?
Ноа повозился с крепежом и побеседовал с техником насчет переборки выпускного механизма шасси, все это время внимательно наблюдая за самолетом. Его красавица собирается дать деру – это Ноа знал наверняка.
Ну разумеется! И минуты не прошло, как Бейли вышла из самолета с таким видом, будто она его владелица. Вместо неопрятной простушки, какой она притворялась, на свет явилась роскошная, шикарная Бейли Синклер. Мешковатый свитер исчез. Высоко поднятая голова, вздернутый подбородок, а глаза сверкают, будто она королева пчел. В руках сумка. Сейчас она щеголяла в дизайнерских джинсах, которые льнули к ее телу, как возлюбленный; на ногах красовались шикарные сапоги по колено. Обтягивающий красный кардиган – ну просто ослепительная сирена; все в ней кричит о богатстве и утонченной роскоши. Волосы красавица затянула в гладкий конский хвост, а на губы она нанесла блеск, и теперь ее рот…
Ему нельзя смотреть на ее рот. Какое ему дело, как блестят эти губы или даже то, что они говорят. Он не купится на ее сказки, что бы она ни пыталась ему впарить.
Но она не уйдет так просто. Сначала пусть ответит.
Мэдди позвонила заранее и заказала топливо и ангар, где «пайперу» предстояло провести ночь. Еще секретарша арендовала для него джип. Мэдди обладала уникальной способностью – что угодно отыскивалось, заказывалось и доставлялось в мгновение ока. Через год после того, как они основали авиакомпанию «Скай Хай Эйр», без нее уже просто не могли обойтись – ни Ноа с товарищами, ни клиенты компании. Теперь ему оставалось забраться в джип и дать по газам. И Бейли мечтала, чтобы он поступил именно так.
Вот ведь беда. У него всегда плохо получалось то, чего от него ждали другие. Он направился назад к самолету и перехватил беглянку как раз в тот момент, когда дорогущие сапожки коснулись бетона.
– Спасибо, что подвезли, – сказала она, уставясь взглядом куда-то в его плечо.
Как, удивлялся Ноа, мог он сразу не узнать этот нежный, мелодичный и в то же время вызывающе сексуальный голос? Ветер бросил длинные пряди волос ей в лицо, и она отвела их побелевшими от холода пальцами.
– Я никогда этого не забуду.
У них было прошлое, исключительно деловые отношения, и в этом прошлом он всегда называл ее не иначе как «миссис Синклер».
Однако теперь между ними возникли отношения, которые решительно нельзя было назвать деловыми, и Ноа не мог заставить себя обратиться к ней как к «миссис Синклер». Ни за что.
– Бейли, погодите.
– Нет. Я должна…
Ноа положил руку ей на плечо, и тогда она взглянула ему в лицо. В этих глазах он прочел такой страх, такой ужас, что обнял ее обеими руками. Он решил, что не отпустит Бейли, сам не зная почему.
