Два единства
Из переполненной Господним гневом чашиКровь льется через край, и Запад тонет в ней.Кровь хлынет и на вас, друзья и братья наши! —Славянский мир, сомкнись тесней…
«Единство, – возвестил оракул нашихдней, —Быть может спаяно железом лишь и кровью…»Но мы попробуем спаять его любовью, —А там увидим, что прочней…
А. В. Пл<етне>вой
Чему бы жизнь нас ни учила,Но сердце верит в чудеса:Есть нескудеющая сила,Есть и нетленная краса.
И увядание земноеЦветов не тронет неземных,И от полуденного знояРоса не высохнет на них.
И эта вера не обманетТого, кто ею лишь живет,Не все, что здесь цвело, увянет,Не все, что было здесь, пройдет!
Но этой веры для немногихЛишь тем доступна благодать,Кто в искушеньях жизни строгих,Как вы, умел, любя, страдать,
Чужие врачевать недугиСвоим страданием умел,Кто душу положил за другиИ до конца все претерпел.
«Да, вы сдержали ваше слово…»
Да, вы сдержали ваше слово:Не двинув пушки, ни рубля,В свои права вступает сноваРодная русская земля.
И нам завещанное мореОпять свободною волной,О кратком позабыв позоре,Лобзает берег свой родной.
Счастлив в наш век, кому победаДалась не кровью, а умом,Счастлив, кто точку АрхимедаУмел сыскать в себе самом, —
Кто, полный бодрого терпенья,Расчет с отвагой совмещал —То сдерживал свои стремленья,То своевременно дерзал.
Но кончено ль противоборство?И как могучий ваш рычагОсилит в умниках упорствоИ бессознательность в глупцах?
«Брат, столько лет сопутствовавший мне…»
Брат, столько лет сопутствовавший мне,И ты ушел, куда мы все идем,И я теперь на голой вышинеСтою один, – и пусто все кругом.
И долго ли стоять тут одному?День, год-другой, – и пусто будет там,Где я теперь, смотря в ночную тьмуИ – что со мной, не сознавая сам…
Бесследно все – и так легко не быть!При мне иль без меня – что нужды в том?Все будет то ж – и вьюга так же выть,И тот же мрак, и та же степь кругом.
Дни сочтены, утрат не перечесть,Живая жизнь давно уж позади,Передового нет, и я как есть,На роковой стою очереди.
«Впросонках слышу я – и не могу…»
Впросонках слышу я – и не могуВообразить такое сочетанье,А слышу свист полозьев на снегуИ ласточки весенней щебетанье.
«От жизни той, что бушевала здесь…»
От жизни той, что бушевала здесь,От крови той, что здесь рекой лилась,Что уцелело, что дошло до нас?Два-три кургана, видимых поднесь…
Да два-три дуба выросли на них,Раскинувшись и широко и смело.Красуются, шумят, – и нет им дела,Чей прах, чью память роют корни их.
Природа знать не знает о былом,Ей чужды наши призрачные годы,И перед ней мы смутно сознаемСебя самих – лишь грезою природы.
Поочередно всех своих детей,Свершающих свой подвиг бесполезный,Она равно приветствует своейВсепоглощающей и миротворной бездной.
Памяти М. К. Политковской
Elle a été douce devant la mort[7]
Многозначительное словоТобою оправдалось вновь:В крушении всего земногоБыла ты – кротость и любовь.
В самом преддверье тьмы могильнойНе оскудел, в последний час,Твоей души любвеобильнойНеисчерпаемый запас…
И та же любящая сила,С какой себе не изменя,Ты до конца переносилаВесь жизни труд, всю злобу дня, —
Та ж торжествующая силаБлаговоленья и любви,Не отступив, приосенилаЧасы последние твои.
И ты, смиренна и послушна,Все страхи смерти победив,Навстречу ей шла благодушно,Как на отеческий призыв.
О, сколько душ, тебя любивших,О, сколько родственных сердец —Сердец, твоею жизнью живших,Твой ранний поразит конец!
Я поздно встретился с тобоюНа жизненном моем пути,Но с задушевною тоскоюЯ говорю тебе: прости.
В наш век отчаянных сомнений,В наш век, неверием больной,Когда все гуще сходят тениНа одичалый мир земной, —
О, если в страшном раздвоенье,В котором жить нам суждено,Еще одно есть откровенье,Есть уцелевшее звено
С великой тайною загробной,Так это – видим, верим мы —Исход души, тебе подобной,Ее исход из нашей тьмы.
«День православного Востока…»
День православного Востока,Святись, святись, великий день,Разлей свой благовест широкоИ всю Россию им одень!
Но и святой Руси пределомЕго призыва не стесняй:Пусть слышен будет в мире целом,Пускай он льется через край,
Своею дальнею волноюИ ту долину захватя,Где бьется с немощию злоюМое родимое дитя, —
Тот светлый край, куда в изгнаньеОна судьбой увлечена,Где неба южного дыханьеКак врачебство лишь пьет она…
О, дай болящей исцеленье,Отрадой в душу ей повей,Чтобы в Христово ВоскресеньеВсецело жизнь воскресла в ней…
Бессонница
(ночной момент)
Ночной порой в пустыне городскойЕсть час один, проникнутый тоской,Когда на целый город ночь сошлаИ всюду водворилась мгла,Все тихо и молчит; и вот луна взошла,И вот при блеске лунной сизой ночиЛишь нескольких церквей, потерянных вдали,Блеск золоченых глав, унылый, тусклый зевПустынно бьет в недремлющие очи,И сердце в нас подкидышем бываетИ так же плачется и так же изнывает,О жизни и любви отчаянно взывает.Но тщетно плачется и молится оно:Все вкруг него и пусто и темно!Час и другой все длится жалкий стон,Но наконец, слабея, утихает он.
«Бывают роковые дни…»
Бывают роковые дниЛютейшего телесного недугаИ страшных нравственных тревог;И жизнь над нами тяготеетИ душит нас, как кошемар.Счастлив, кому в такие дниПошлет всемилосердый БогНеоценимый, лучший дар —Сочувственную руку друга,Кого живая, теплая рукаКоснется нас, хотя слегка,Оцепенение рассеетИ сдвинет с нас ужасный кошемарИ отвратит судеб удар, —Воскреснет жизнь, кровь заструится вновь,И верит сердце в правду и любовь.
Примечания
1
О источник слез… (лат.). Грей.
2
Игра в прятки (франц.).
3
Молчание! (лат.)
4
Проблема (франц.).
5
Вилла (итал.).
6
Непостоянная, как волна (франц.).
7
Она была кроткой перед лицом смерти (франц.).
