Сомневаетесь — зайдите на официальный сайт ФРС. Почитайте.[44]
Особенно в дебри уходить не будем. Кто хочет, может прочитать подробности в моей книге «Кризис. Как это делается». Вкратце дело обстоит так: коммерческие банки по территориальному признаку сгруппировались в федеральные резервные банки. Главы этих 12 федеральных резервных (частных коммерческих) банков составляют Совет управляющих ФРС из семи человек. Этот совет управляющих выбирается на 14 лет. На сколько выбирают американского президента? На четыре года. Как выбранный на четыре года может контролировать выбранных на четырнадцать лет? Вернее говоря, кто кого контролирует? Из своего состава они выбирают главу ФРС на срок в четыре года. Которого и утверждает президент США. Штука в том, что президент его не утвердить не может. Он вообще не имеет НИКАКОГО влияния на деятельность ФРС. Потому что Федрезерв — это ООО «ФРС». В составе его совета управляющих нет представителей государства. США не принадлежит ни одного процента акций ФРС. По закону, глава Федеральной резервной системы просто отчитывается перед конгрессом США. Но конгрессмены ничего не могут ему ни приказать, ни указать. Как и президент США. Сомневающихся в этом отошлю к книге бывшего главы ФРС Алана Гринспена «Эпоха перемен». И еще вдогонку напомню, что в США нет ни одного государственного банка.
Мутная система, организация мутная. Все сделано так, чтобы не задумывались о том, почему доллары печатает не государство.
Так почему новый президент не меняет человека, возглавляющего КЛЮЧЕВУЮ ОРГАНИЗАЦИЮ американской, да и всей мировой экономики? Потому что президент США не может его назначить, как не может его уволить. То есть формально назначение главы ФРС подписывает он, но на самом деле решение принимается совсем в другом месте. Наши журналисты этого не знают и потому строят ненужные догадки на ровном месте. Если бы глава США мог менять главу Федрезерва, он бы его обязательно менял. Иначе получается абсурд — пришла команда демократической партии на все посты, а ключевой финансовый пост занимает тот же человек, что совсем недавно верой и правдой проводил курс республиканцев? Против которого выступал Барак Обама и благодаря отрицанию которого получил голоса избирателей!?
За всю новейшую историю Федрезерва не было ни одного случая, чтобы президент не утвердил главу ФРС. Алан Гринспен возглавлял Федрезерв целых девятнадцать лет, с 1987 по 2006 год:
[.] при президенте-республиканце Рейгане;
[.] при президенте-республиканце Джордже Буше-старшем;
[.] при президенте-демократе Билле Клинтоне;
[.] при президенте-республиканце Джордже Буше-младшем.
Каждый новый президент заново назначал его на высший финансовый пост в США.
До него ФРС возглавлял Пол Волкер. При демократе Картере и республиканце Рейгане. При этом сам Волкер был членом… демократической партии, но победивший Рональд Рейган его тем не менее переназначил.
Много интересного можно узнать, просто присмотревшись к ФРС. Именно эта организация организовала Великую депрессию и нынешний кризис, фактически подменив собой в США государство. Это Федрезерв, вернее говоря, его банкиры-учредители назначают американских президентов. При этом, как мы видим, партийность не имеет никакого значения. Потому что республиканцы и демократы — это не что иное, как левая и правая рука одного организма. Который, разыгрывая красивое «выборное» шоу, узурпировал власть в Штатах и через это — практически во всем мире.
1.15. Почему демократия никогда не победит во всем мире[45]
…Страшно неприятная эта штука — деньги. Почему? Да потому, что они нужны всем. И борцам за свободу, и правозащитникам, и журналистам. И даже судьям и адвокатам. Этот прискорбный факт нарушает идиллию. Иной раз видишь по телевизору благообразного политолога или упитанного борца за наши права. Говорит хорошо, убедительно. Кроет почем зря все плохое и хвалит так же горячо все хорошее. А в голове предательский вопрос возникает: а где же этот достойнейший человек деньги получает? Не банальной ли необходимостью получить презренные денежные знаки обусловлены его пафос и обличительная сила? И сразу меркнет ореол борца, исчезает нимб вокруг его головы. «Деньги не исправляют несправедливостей природы, а усугубляют их», — когда-то сказал писатель Леонид Андреев.
Деньги, они и вправду все портят…
Как приятно и легко жить в понятном мире. В котором все уже разложено по полочкам, все разжевано до состояния кашицы. Есть в этом мире силы добра — это Запад. Есть даже целая Империя Добра — это США. У этой доброй страны, озабоченной исключительно правами человека во всем мире, есть очень много стран-друзей. Все они воспитанные, политкорректные и больше всего на свете любят, чтобы люди всей земли жили в мире, достатке и счастье.
И поэтому тех, кто не хочет жить в мире, достатке и счастье, Империи Добра и ее друзьям приходится бомбить. Но только для того, чтобы они перестали быть плохими и, став, наконец, хорошими, зажили в мире, достатке и счастье.
Все просто и ясно в понятном мире. Думать не надо, анализировать не надо. Но как отличить плохих от хороших? Чтобы сложностей не возникало, плохих покажут по независимому ни от кого телевизору и назовут плохими. О них расскажут свободные газеты, никому не подчиняющееся радио и никем не финансируемые глянцевые журналы. У западного обывателя проблем с определением плохих не возникает. Все покажут, все объяснят. И критерий хороший придумали. В плохих государствах — в них демократии нет. Или ее мало, или недостаточно много. А раз они плохие, эти государства, то на вопрос, кто готовит все плохое, происходящее на планете, ответ напрашивается сам. Эти нехорошие страны все и готовят. У них же, как у гоблинов Мордора из сказок Толкиена, других задач и проблем нет — они только и думают, как бы помешать свободному и счастливому миру жить в тепле и уюте.
Но образы из книжного Средиземья не очень подходят для современных реалий. Тогда, словно по команде, в газетах и ТВ появляются новые слова-штампы. Например — страны-изгои. Первая мысль, которая появляется, когда я слышу этот термин, — ато что-то библейское. Где они были, эти страны? В каком раю? Какое яблоко надкусили? Кто их оттуда изгнал? Ничего не понятно. Причем не только автору этой книги, но и маститым политикам. Как российским, так и, что уж совсем удивительно, — и западным. То есть тем самым, кто эти термины активно употребляет, кто их придумал и запустил в оборот. 27 июня 2007 года в эфире радиостанции «Эхо Москвы» беседовали генсек НАТО Яап де Хооп Схеффер и член Совета Безопасности России, председатель Совета Федерации Сергей Миронов. Говорят о проблеме Косово, расширения НАТО, размещении ПРО в Европе, о предложении Путина о совместном использовании находящейся в Азербайджане Габалинской РАС.
Я. де Хооп Схеффер: Единственное, в чем мы (НАТО и Россия) Не сходимся, это в отношении к странам-изгоям. Мы считаем, что от них исходит угроза, потому что они могут разработать ядерную технологию, ракетную технологию (и т. д.).
С. Миронов: А кто определил, что есть страны-изгои? Кто у нас определяет, какая страна — изгой, а какая — не изгой? Вы можете Мне сказать?
Я. де Хооп Схеффер: Есть угроза. Есть страны, на которые эта угроза направлена, и то, что вы предлагаете использовать Габалинскую РЛС, мне кажется, говорит о том, что вы тоже считаете эту угрозу угрозой. Мы видим, что происходит в Северной Корее, мы видим развитие ракетной технологии. Но я хотел бы, чтобы мне объяснили, потому что если в России есть восприятие, что это опасно, я должен учитывать это восприятие, но никто пока мне не смог объяснить, в чем заключается реальная угроза для России десяти неядерных ракет-перехватчиков в Польше?
А кто определил, что есть страны-изгои? Кто у нас определяет, какая страна — изгой, а какая — не изгой? Вы можете мне сказать?
Не клеится разговор: словно слепой с глухим беседует. Наш Миронов их Схефферу конкретные вопросы задает. А ответа нет, уходит от ответа глава НАТО. А лучший способ «ухода» в такой ситуации, как политиков и ораторов учат, — вместо ответа самому задать вопрос собеседнику. Именно этот финт и демонстрирует де Хооп Схеффер. Почему на такой простой вопрос генсек НАТО не отвечает? Вопрос-то ключевой — как врагов определяете, как угрозу замечаете, господин глава военного блока, который собирается не существующие в природе ракеты стран-изгоев своими ракетами у наших границ устранять.
Почему? Потому что и сам ответа не знает. Нельзя же сказать: «Я с товарищами в изгои и определяю». Тех туда назначаю, кто мне не нравится из-за того, что не хочет плясать под нашу дуду. Нельзя и «не знаю» сказать. Был бы ответ — просветил бы нас вместе с главой Совета Федерации России, глядишь, и не боялись бы этих ракет каши политики.
