Читаем без скачивания Охота на обезьяну - Далия Трускиновская

– Понюхайте, – предложил Сережа. – Нет, вы понюхайте.

Вместо нее принюхался Артем.

– Старик трезв, но без сознания, – внушительно сказал он. – Где тут может быть телефон?

– Артем! – позвал его Сережа, когда он, отстранив мужчину с женщиной, пошел вдоль стен на поиски. – Пусть они сами посмотрят. Нужно деда на пол переложить. А то я искусственное дыхание сделать не смогу.

– Бросьте одеяло на пол, – велел Артем женщине. – А ты, мужик, помогай…

Она брезгливо взяла и разложила на полу одеяло. Потом, когда Алекса укладывали и простыня соскользнула, она отвернулась. И вдруг, увидев в углу комнаты телефон, устремилась к нему.

– Дай носовой платок, – потребовал Сережа у Артема.

– Держи.

Сережа оказывал помощь грамотно – зажав старику рот, нагонял воздуху через ноздри, потом несколько раз с силой нажимал на грудину.

– Не поломай деда, – сказал Артем. – Дай-ка я тоже…

Он знал, что искусственное дыхание очень утомляет того, кто проводит эту процедуру.

– Артем, хошь верь, хошь нет, но он только что был тут с женщиной! – вдруг сказал Сережа, пытаясь нащупать у старка пульс.

Не желая сбивать дыхание, Артем кивнул. Ему тоже почему-то пришло на ум именно это. Они посмотрели на мужчину в толстом свитере. Он пожал плечами, глянул на жену, воевавшую с раздолбанным телефоном, и хмыкнул.

– Женщина-то женщина, а куда же она подевалась?

– Испугалась и удрала? – выдвинул версию Сережа. – Слушай, Артем, у него пульса нет…

Артем испугался – делать искусственное дыхание заведомому покойнику ему еще не приходилось. Он пощупал руки деду Алексу – руки были прохладные.

Приложил ухо к груди…

– Да ну тебя! – сказал он с облегчением. – Сердце бьется, а пульса нет?

Давай, дыши сам!

И предоставил место на полу Сереже.

Но если здесь была женщина, то где же может быть панк? Задав себе этот вопрос, Артем обвел взглядом просторную комнату.

Одна дверь вела из прихожей, через эту дверь они втроем вошли, женщины не видели. Другая дверь вела неизвестно куда. Вряд ли женщина там спряталась, впрочем, дуры – они разные бывают. Из прихожей, скорее всего, можно было попасть в кухню, в туалет, возможно, тут была даже ванная.

Нет, не родилась еще дура, которая с перепугу просидит полчаса в темной ванной, в то время как рядом будет умирать от приступа ее любовник. И все-таки – где же панк?

Женщина дозвонилась до скорой и дала адрес.

– Сказали – едут, – и она положила трубку.

– Лошадиная доза снотворного. Он сперва от этой дозы ошалел, метаться начал, потом выключился, – объяснл ситуацию молодой бородатый врач. – Вот, за ковер хватался, за полку… Вы никаких упаковок не находили? На столе, на полу?

– Сейчас поищем.

Артем, Сережа и муж взвинченной женщины пошли, как псы, по комнате, изучая каждую бумажку на полу, на стульях, на подоконниках. Деда Алекса уже уложили на носилки и потащили вниз – в машину.

– Лошадиная – это много? – поинтересовался Артем.

– Смотря чего… В милицию нужно будет позвонить.

– Туда еще зачем? – из дальнего угла осведомился Сережа.

– Ну, суицид же… Попытка самоубийства, – объяснил врач. – Вы ищите, ищите упаковки! Надо же понять, чем он накачался!

– Этого еще недоставало, – проворчал Артем. – Выходит, мы теперь – свидетели?

– Выходит, что так. Я в милицию позвоню сам. Потом… А вы скажите, где вас при необходимости искать.

– Мы артисты, сегодня – здесь, завтра – там, – сказал Артем, которому везло на бестолковых следователей. – А вот эти двое – местные жители.

– С чего вы взяли? – удивилась женщина. – Мы тут проездом! Хотели в гости, чаю со стариком попить, и на тебе! Нездешние мы! Виталий!

– Постойте! – воскликнул врач, но солидная парочка улетучилась со свистом. Только дверь в прихожей хлопнула.

– Кто это такие? – спросил врач у Артема.

– А Бог их знает. Может, и впрямь нездешние. Мы перед дверью встретились.

Звонили, стучали, наконец забеспокоились – мало ли что, старик все-таки… – в четвертый раз начал рассказывать про Сережино путешествие Артем.

– Как зовут старика?

Артем и Сережа переглянулись.

– Его все Алексом зовут.

– Алексей, что ли? А дальше?

– Понятия не имеем, – ответил за двоих Артем.

– Ясно, – буркнул врач. – Нужно поискать – где-то ведь лежат его документы.

Сережа немедленно пошел в дальнюю комнату, и не успел Артем толком расспросить врача про симптомы отравления разными снотворными, как он появился с чем-то плоским, чуть ли не в квадратный метр величиной.

– Документ, – сказал Сережа, разворачивая эту штуку к врачу и Артему. – Думаю, вам этого хватит.

– Ничего себе документ! – обрадовался Артем. И записал во внутренний клоунский блокнот, что здоровенный многоцветный диплом с картинками об участии в какой-то веселой выставке, застекленный и висящий на стене, может пригодиться в какой-нибудь репризе.

Главное, что им требовалось в этом дипломе, – так это фамилия, имя и отчество деда Алекса.

– Не паспорт, но сойдет, – решил врач. – Год рождения… М-м-м… ему лет семьдесят, пожалуй?

– Я думаю, поменьше, – осторожно сказал Артем.

– Шестьдесят пять?

– Может, и так.

– Ладно, – врач собрал и уложил в папку свои бумажки. – Меня ждут, поехал! Идем!

– Сережа! – позвал Артем.

Сережа, оказалось, пошел на розыски туалета, нашел его и даже использовал по назначению.

– А дверь захлопнем, – деловито заметил врач уже на лестнице. – Похоже, дед жил один. Мало ли что…

Все трое спустились к «скорой», врач еще раз уточнил координаты Артема и Сергея, после чего машина резво рванула вперед и с воплями понеслась по ночной, но все еще оживленной улице.

– А интересное самоубийство, – сказал Сережа. – Упаковок-то от снотворного даже в мусорнике нет.

– Ты всю кухню осмотрел? – поняв, что туалет был предлогом, спросил Артем.

– И в унитаз заглянул. Ничего там такого не плавало.

– Действительно, интересное самоубийство… Но если так – где же наш ненаглядный панк?

Сережа задумался.

– А ты заметил – на столе был разрезанный торт, одна чашка, варенье и три чайные ложки? – поинтересовался он.

– Вафельный торт, бутылка, рюмка, большая чашка… – стал вспоминать Артем. – Про ложки не помню. Но странный прощальный ужин для будущего самоубийцы.

– Почему?

– Бутылка не допита.

– А что, положено? – удивился Сережа.

– Я бы допил.

История попахивала уголовщинкой.

Конечно, дед Алекс мог с неведомого горя выпить пару рюмок, выматериться и кинуть в рот горсть таблеток, предварительно уничтожив упаковки. А потом раздеться догола и лечь в расхристанную постель?

Очевидно, Сережа был прав – Алексу помогли. Почему, ради чего – это уже, как говорится, второй вопрос. Неизвестный помощник мог растворить таблетки в чае с вареньем, напоить Алекса, потом унести чашку на кухню, вымыть и поставить в кухонный шкаф. Этот же помощник, не подумав, мог сунуть в карман упаковки. Вот тогда все сходилось.

Уйти от Алекса несложно – захлопнуть дверь, даже не прикасаясь к ней руками.

И остается понять – кому помешал старый чудак.

Сережа рассуждал про вход в чердачную мастерскую. В поисках документа он сунул нос в ювелирное хозяйство Алекса и был поражен сверлами на шнурах, как в зубоврачебном кабинете. Дальняя комната была невелика и имела какую-то дверь, но на ту дверь у Сережи уже не хватило времени.

А Артем ломал голову – рассказать Сереже историю с золотом или промолчать. Сережа – человек прямой. Если он поймет, что золото могло лежать у Алекса и что панк теоретически пришел за этим золотом, то вывод он сделает элементарно… И поди сбей его потом с позиции!

– Начнем сначала, – сказал Артем, когда Сережа в своих рассуждениях вплотную подошел к панку. – Мы ведь даже не знаем, как Андрей с Алексом договорились. Ушли они из парка вместе? Или Андрей должен был подойти к Алексу попозже? Или, может быть, они все переиграли, и Алекс пристроил Андрея ночевать к кому-то из друзей?

– Чтобы Андрей не помешал его бурной личной жизни! – сердито прокомментировал Сережа. – Ну и уложил бы его на чердаке! Погода теперь теплая, не замерз бы…

– Да, еще и личная жизнь… Знаешь, старик перед таблетками точно себе чего-то напозволял…

– Вот и мне так кажется. А почему?

– Потому что голый?

– Да не только…

Артем действительно не понимал, откуда у них обоих одновременно вдруг такое чувство. В той комнате была женщина. Прямых доказательств они найти не могли, но они это откуда-то знали. Вот, скажем, торт. Какой мужчина в здравом уме и твердой памяти ужинает дешевым вафельным тортиком? Если мужчине хочется сладкого, он скорее откроет литровую банку домашнего варенья, как на столе у Алекса, и навернет оттуда сколько надо столовой ложкой.