звукам шагов, вошли всего двое. Ладно, пусть они получат свой хлам, и продолжу дело.
Я осторожно выглянул из-за шкафа, чтобы разглядеть, кто там припёрся.
Высокий офицер лет тридцати пяти. На голове полицейская фуражка со значком быка, в руке тросточка, которой он постучал по стойке. Он был не один. Рядом молодой блондинчик с наглой и довольной улыбочкой. В левом ухе серебряная серьга, модная причёска, синие джинсы и джинсовая рубашка. Довольно модно для здешних мест.
Я видел его в нашем строю, ещё на построении. Йонас и Марианна отошли от стойки в сторону, будто собирались переодеваться, а офицер обратился к кладовщику:
— Барни, отли-и-ично выглядишь.
— Спасибо, — пробурчал бугай.
— Знаешь, кто-о это? — указал офицер на блондинчика. — Внук коменданта Ки-и-ина! Выдай ему фо-о-рму по размеру! И для спортивных заня-а-атий не забудь! — произнёс он, растягивая гласные. Может иностранец?
— Нужна заявка по форме номер двести два, — мрачно ответил кладовщик. — Без неё спортивную форму не выдаю.
— А когда у тебя в последний раз была реви-и-и-зия? — приподнял офицер бровь, явно бросив лёгкую угрозу.
Бугай нахмурил брови, затем прокряхтел:
— Уже несу.
В этой лёгкой словесной битве он проиграл. И попёрся прямиком ко мне! Я едва успел перекатиться за другой шкаф, собрав ещё мокрой после дождя рубашкой кучу пыли. Полы здесь лет сто не мыли!
Раздался щелчок. Открылся замок стальной дверцы шкафа. Толстый кладовщик бормотал себе под нос ругательства и что-то выбирал. Через двадцать секунд вытащил пару комплектов и две пары обуви. Захлопнул дверцу и ушёл.
Я тут же прокрался к этому же шкафу. Замок кодовый. Если бы у меня было специальное средство, побрызгал бы на кнопки и увидел жировые отпечатки. А так… бесполезно. Ладно, продолжаю план. Нужно взломать дверь в самые закрома кладовой. В шкафах, наверняка, только часть добра, всё самое вкусное там.
— Можно было и побыстрее, — недовольно хмыкнул молодой блондинчик в джинсах.
Вот тебе и внук коменданта — наглый сопляк. Никакой дисциплины и уважения к простым работягам. У меня смутное подозрение, что до этого пацанчика наш одноглазый сержант точно докапываться не будет.
Ладно. Похрен. Я взял одну отмычку в зубы, вторую сунул в замочную скважину и прислушался. Ага, ясно, замок здесь довольно простой, без излишеств. Ещё немного… Сука! Кончиком отмычки не смог зацепить язычок внутри и обронил её внутрь! Дурацкие пальцы, как можно быть такими неловкими?! Вынул изо рта запасную. Снова ввёл её в замочную скважину. Один штифт. Второй. По лбу скатилась капля пота. Третий… есть! Готово! Плавный поворот, и замок отщёлкнул. А я, как расхититель сокровищниц, прополз на четвереньках внутрь. Свет попадал в тёмное помещение кладовой. Перед глазами предстали череда шкафов с кодовыми замками и куча вещевых мешков.
Бах!
Снова входная дверь.
Пришёл кто-то ещё. Скоро сюда повалит целый поток курсантов. Нужно торопиться! Но сначала проверим, что на этом стеллаже. Вот бы фонарик… Я с трудом разглядел на верхней полке форму полицейских офицеров. С погонами, на которых изображены какие-то треугольники, звёзды и круги, золотые аксельбанты и значки в виде бычьих голов. А ниже — куча коротких тросточек с круглыми набалдашниками. Толку от них мало, только выделываться, нося под мышкой. Просмотрев и другие стеллажи прытко, словно обезьяна, при этом понимая, что со своим новым хилым телом движения выглядели скорее как у пьяной цапли. В общем, кадетской формы тут нихрена нет! Чё делать? Скользнув глазами по одежде офицеров, кое-что придумал…
* * *
— У меня есть только пятьдесят, — упорно продолжал торговаться Йонас Саттана.
— Ладно, парень, — сдался кладовщик. — По пятьдесят на каждого, и получите свою форму.
Я появился словно рыцарь Готэма. Внезапно. Прямо за спиной кладовщика.
— Кахм! — кашлянул я громко.
Бугай дёрнулся. Резко обернулся и чуть не упал от неожиданности. Ещё бы. Словно ниоткуда взявшийся офицер полиции собьёт с толку любого. А я ещё и тростью постукивал о ладонь, словно вот-вот собираюсь воспользоваться ей для наказания. Бугай вперился в значок на моём кителе и сглотнул. Я же прикрыл нижнюю часть лица оторванной тканью от складской рубахи, как шарфом. Ещё и фуражку натянул на брови. Узнать меня было невозможно.
— А что это мы тут де-е-елаем? — спросил я, копируя интонации того наглого офицера, сделав вид, что родом из тех же мест. — Готовимся к реви-и-изии?
Не один Большой Бык способен сыграть свою роль убедительно. Кое-что и я могу.
— Да чего вы все сразу про ревизию-то, господин капитан? — с улыбкой возмутился кладовщик, явно лебезя перед моим внешним видом. — Сколько нужно?
— Три комплекта фо-о-ормы, — я постучал тросточкой по стойке и показал на охеревающих сейчас Йонаса и Марианну. — На этих двоих, и ещё на одного, который куда-то запропастился. Где Каттани? — потёр я подбородок, уставившись на Альбанеллу.
Та заморгала глазами. В голове девчонки явно буйствовали мыслительные процессы:
— В туалете, господин капитан! — выпалила она, сверкнув глазами.
— Гадёныш, — хмыкнул я и повернулся к кладовщику. — Третий комплект на один размер побольше, обувь на два-а размера.
— Понял, — бугай гневно засопел носом и пошёл к шкафу. Доски пола яростно заскрипели. А эти двое вылупились на меня.
— Я чего-то не по-о-онял, — сказал я и поправил фуражку. — Почему вы не по стойке смирна-а-а?
— Виноваты, господин капитан! — откликнулся Йонас, грамотно сыграв роль.
— Исправимся! — выкрикнула Марианна.
Кладовщик бухнул на стойку три комплекта. Тут и чёрная спортивная форма из штанов и толстовки, с удобными, должно быть, кроссовками. И форма кадетов. Настолько новая, что даже была запечатана в пластиковый пакет. Шикарно.
— Приятно-о иметь с вами дело-о-о, — обратился я к кладовщику, постучал по стойке тросточкой, после чего обошёл её и громко произнёс. — За мной, курсантики.
Мы явно под адреналиновыми волнами происходящего направились на выход.
Бах!
Распахнулась дверь, и на склад влетел сержант Саттана. Сука! Меня чуть инфаркт не схватил. Ну и рожа у него. Не теряясь в острой ситуации, шагнул в сторону его глазной повязки, уменьшив возможность сержанта хорошо разглядеть меня.
— Господин капитан, — поприветствовал меня он, не поворачиваясь. После чего посмотрел на Йонаса.
— Сержант Сатта-ана, — произнёс я и вышел наружу, пока он не понял, кто я такой.
Марианна вышла за мной, а сержант с Йонасом остались внутри.
— Форму получил? — хриплым голосом спросил сержант, но всё же спокойнее, чем раньше.
— Так точно.
— Тогда чего встал?! Бегом в общежитие, а потом на построение, курсант!
— Есть, сержант! — Йонас покраснел и торопливо выскочил за нами.
— Ты — псих, Каттани! — шикнула Марианна, легонько стукнув меня в плечо.
— Как ты смеешь поднимать руку на мать
