— Вы хотите пригласить меня прогуляться по палате? Но вам пока рано ходить…»
***
Муза отложила рукопись.
— Мне понравилось. Если выбросить еще несколько страниц, из-за которых провисает сюжет, то выходит очень даже хорошо. И главное — финал добрый. Полюбив друг друга, снова возвращаются в тот мир, откуда оба сбежали по разным причинам. Но — возвращаются победителями. Вера в светлое — это людям нравится.
Муза допила кофе и поднялась из-за стола.
— Ну все, дорогой, я побежала. Подредактируй немножко и пошли еще куда-нибудь.
— Ты надолго?
— Я не знаю. Как получится.
— Скоро мне обещали перевести премию. Половина твоя.
— Еще успеем об этом поговорить. А пока я пошла.
Муза разбудила дремлющего на диване Барсика, целомудренно поцеловала Сергея в щеку и ушла.
А он снова собрал в кучу листы и принялся работать. Завтра понедельник, надо управиться на выходных.
Повесть была готова к вечеру. Поменьше размером, чем победившая в премии — 44 страницы. Но главное — не размеры, а сама история. Если увлекает, если интерес держится на протяжении чтения — то это значит, что книга удалась.
Было немного грустно, оттого что Муза появится не завтра и не послезавтра. Он желал видеть ее каждый день. Но, наверное, она права. Их главная цель — соавторство. И больно осознавать, что любовь в этом случае — лишь инструмент. Эх, вот бы наоборот. И писать-то начинал ради этого, ради любви. А тут выходит, что все стало с ног на голову. Не творчество ради любви, а любовь ради творчества. Неправильно это.
В понедельник на его счет пришло сто тысяч рублей. Первые деньги, заработанные творчеством. Удивительно, сколько ни пытался писать, ничего не выходило, а повесть, написанная в соавторстве с Музой, сразу вывела в люди.
Кроме денег, пообещали публикацию в сборнике и продвижение в соцсетях. А у него ни одной страницы в соцсетях. Весь вечер создавал страницы в «Фейсбуке», «ВКонтакте», «Твитере» и «Инстаграме». В «Фейсбуке» два человека даже добавились и похвалили повесть, которую читали на сайте премии «Перо». Это успех!
Посмотрел, сколько подписчиков у других писателей, и понял, что два человека — это насмешка. Тут действительно необходимо профессиональное продвижение.
Во вторник, перечитав повесть еще раз, отправил в толстый журнал «Мир». Популярный журнал, лет сорок назад — миллионные тиражи, а сейчас не больше десяти тысяч.
Через три дня ответили.
«Здравствуйте, уважаемый Серж. Спасибо, что выбрали наш журнал. Мы публикуем победителей премии «Перо» в первую очередь. Однако не гарантируем немедленной публикации, текст должен пройти через нескольких редакторов.
Срок рассмотрения рукописи около трех месяцев, но решение может быть принято раньше или позже указанного срока. О принятом решении редакция сообщит».
И снова вернулся к обычной жизни. Утром вставал и ехал в автобусе на службу. Там сидел до пяти вечера, а после возвращался домой. К печатной машинке не прикасался, понимал — без Музы ничего не выйдет. Занимался разными делами — прогуливался вечером по городу, читал книги, смотрел кино или готовил ужин.
Так прошли две недели, и еще две. Никто не писал, Муза не появлялась.
К концу третьей недели пришел ответ из журнала. Писал главный редактор. Говорил, что повесть требует доработки, и если автор согласен поработать, то ему отправят файл с замечаниями.
Автор был готов поработать и немедленно согласился. Работа над повестью длилась еще две недели. Футболили друг другу файлы по электронной почте, редактор вносил правки, Сергей с некоторыми соглашался с другими спорил и наконец пришли к компромиссу. В итоге ему сообщили, что повесть «Рай — районная больница» должна выйти в следующем номере.
3
В этот же день объявилась Муза.
— Поздравляю с публикацией!
— Это твоя заслуга, а не моя.
— Нет, мы это сделали вместе. Это сделала наша любовь.
Сидели на кухне и пили чай. Муза предложила сходить в театр. Сергей хотел было снова полезть в шкаф за свадебным костюмом, но вспомнил, что его подруга сотворит из воздуха одеяние получше.
Оделся повседневно. Все как и в прошлый раз. Сели в такси, которое по дороге незаметно трансформировалось в экипаж и привезло в незнакомый район города. Теперь-то Сергей понимал, что это другой мир. Муза умела управлять мирами.
— Где мы? — спросил, когда, одетые, как настоящие джентльмен и леди, стояли у площади, вымощенной булыжниками.
— Это твой город. Город твоей мечты.
— Это ты его… хм… сотворила?
— И да, и нет. Он существует самостоятельно. Но без меня ты не увидел бы, я тебе открыла пусть к этому городу. Лишь в этом моя заслуга.
Подошли к театру. Здесь собирались люди. Все одеты по последнему писку моды девятнадцатого века — мужчины в строгих костюмах с галстуками. Барышни затянуты в тугие корсеты, подчеркивающие привлекательные формы.
— Обрати внимание, — сказала муза и указала взглядом. — Вон там стоит Гюстав Флобер. Беседует с Бальзаком и Стендалем. А в стороне Верлен и Рембо.
Люди стояли со своими дамами, которые тоже общались между собой.
— А кто такие Верлен и Рембо?
— Как? Ты не знаешь? Это известные французские поэты! А невдалеке от них — разговаривают Чосер и Шекспир. Их-то хоть знаешь?
— О Чосере я смотрел фильм «История рыцаря». Но как могут беседовать люди, родившиеся в разных веках?
— Это особый город. Ты тоже из другого века. Как и многие здесь. Вас объединяет одно. У всех есть муза.
— И все они… — Сергей замолчал.
— Как мы? Да. Всем помогает писать любовь. Но некоторым авторам помогает ненависть. Таких много. У них нет музы.
— Наверное… это очень сильные авторы, раз могут писать без чужой помощи.
— Нет, у них тоже есть … ну, можно назвать музой. Но они друг друга не любят. В ненависти тоже рождаются хорошие произведения.
— А есть такие, кто совсем одни? Без любви или без ненависти?
— Есть… но им в
