***
США, штат Небраска,
г. Норт-Платт
2019 год
Озеро Мэлони очень популярно тем, что люди могут рыбачить там, кататься на лодках и заниматься водным спортом. Мы же всей семьей поехали провести барбекю. Я очень любила, когда Лили называла нас «семья». Я не была ее членом, но Брайан как-то сказал:
— Ты для моей мамы словно дочь. Она мечтала о втором ребенке — девочке. Но здоровье не позволило ей иметь еще детей. Она меня любит, но ты, похоже, стала для нее отдушиной. И ее тяга к тебе так заразительна, что и я смотрю на тебя, как на сестру.
Тогда мы впервые говорили с Брайаном по душам. Он много шутил, а я громко смеялась. А потом пообещал покатать меня на лодке. И вот, когда Шон сообщил, что через два дня уезжает, Брайан вспомнил о своем обещании.
Озеро было великолепным! Я растворялась в свежести воздуха, исходившего от пресной воды. Шон жарил мясо на мангале. Мы с Лили хлопотали вокруг стола, расставляя хлеб и салаты на красную клетчатую скатерть.
Я вдруг осознала, что в моей семье никогда такого не было. Мы ездили на светские мероприятия или в загородный дом в Анталию, где были слуги, официанты или просто телефон под рукой. Но подобных пикников папа никогда не устраивал. Да и мама вряд ли стала бы резать овощи на салаты. И сегодня я искренне пожелала себе еще долго не терять это чувство семьи. В это трудно было поверить, но за короткий месяц семейство Кингсмэнов стало для меня родным.
После вкусного мяса я вместе с Брайаном отправилась кататься на лодке. День был солнечным и безветренным. Чистое небо нависало над нашими головами. Брайан помог мне забраться в лодку, а сам взял гребли и мы медленно отплыли от берега.
— Меня мучает один вопрос, — заговорил Брайан.
— Задавай, — улыбнулась я.
— Ты сказала, что журналистка. О чем пишешь?
Я наблюдала, как напрягаются мышцы оголенных рук от того, как Брайан грёб.
— Пишу о жизни людей в маленьких городах.
— О! Это все объясняет. Значит, наша семья попала под прицел скрытых камер.
Я засмеялась. Какая же я врушка! Два года в бегах научили меня многому — особенно быстро врать.
— Ну, камер, конечно, никаких нет. И имен я не буду называть. Так… обобщенная статья.
На следующий день Брайан взял машину у отца, и мы рванули осматривать город. Я просто влюбилась во все эти зеленые тихие улочки, пахнущие хвоей. Если Господь даст мне шанс, то я не раздумывая останусь здесь.
Брайан показал мне безумные вещи. Мне понравился Коуди Парк. Там была огромная карусель с лошадками, на которой мы с Брайаном прокатились, впав в детство. А еще я уговорила его зайти в зоопарк. Мы повеселились от души.
Вечером я переписывалась с Деном и рассказывала о своих маленьких приключениях. А моя ложь приобрела смысл. Когда я общалась с Деном, все думали, что я печатаю материал для статьи. Мне было легко с ними.
Как-то вечером мы с Брайаном сидели на крыльце, покачиваясь. Я редко позволяю себе пить алкогольные напитки. Но когда Брайан протянул мне банку с пивом, я не отказалась.
— Ты потом вернешься в Данию? — спросил вдруг Брайан.
Мы смотрели, как солнце садится за горизонт. Его лучи окрашивали верхушки деревьев в золотой цвет. И тени становились длиннее.
— Нет. Я поеду искать новые города.
— А когда?
— Еще не решила.
— А поехали со мной в Нью-Йорк?
Я с удивлением посмотрела на Брайана и вдруг поняла, что он серьезно.
— Что мне там делать?
Брайан отпил пива.
— Потусишь со мной недельку. Может, решишь написать о бурной жизни молодежи в крупном городе.
Я расхохоталась.
— Идея просто супер! Но…
— Я серьезно, Элиз. У нас намечается мероприятие. Вечеринка. Я хочу, чтобы ты тоже пошла. Ну… со мной.
Я поджала губы.
— Я, правда, не знаю.
— Элизабет, всего неделя.
Неделя в Нью-Йорке все равно, что рвануть из окопа прямо на поле боя. Нью-Йорк — моя мечта. Но что на это скажет Денис?
ДЕН: Нет.
ЭЛА: Но почему «нет»?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
ДЕН: Это крупный город. Тебя легко найдут.
ЭЛА: Я вообще уже сомневаюсь, что меня ищут. Черт, я в Америке!
Молчание.
Я подогнула под себя ноги и откусила яблоко. Почему я вообще спрашиваю разрешения у Дена? Возьму да поеду.
Брайану я пообещала, что подумаю до утра. Хотела посоветоваться с Денисом. А он разозлился.
Я опять начала писать:
ЭЛА: Прошло два года, а меня так и не нашли. Я за океаном, Ден. Да и… если вдруг что, я успею сбежать.
Пришел файл.
Я открыла его и сглотнула.
Мое фото с Аланом Хейдом. И статья. Мое имя Элизабет Миллер четко светилось на первых строчках.
Отлично!
ЭЛА: Меня узнали?
ДЕН: Да. И теперь ищут Элизабет Миллер по всей Европе. Если они вычислят, что ты покинула Данию (а они вычислят) и уехала в Небраску, то пойдут дальше по следам.
ЭЛА: Почему ты мне раньше не сказал?
ДЕН: Откуда я мог знать, что тебе взбредёт ехать в Нью-Йорк!
ЭЛА: А если я поеду на машине?
ДЕН: Да хоть на лыжах! О П А С Н О!!!
Я больше не стала спорить и уговаривать Дениса. Дала понять, что все уяснила. Проворочалась всю ночь. А утром дала Брайану ответ.
Теперь мы едем в Нью-Йорк, потому что я должна доказать Дену, что никто меня не найдет.
***
Россия, г. Рыбинск, д. Бесово
2017 год
На потрёпанной клеёнке стоял гравированный стакан с теплым парным молоком. Рядом кусок хлеба с маслом, а чуть левее — телефон, который молчит вот уже пять дней.
Старушка в цветном застиранном платье расхаживала по кухне, громко шоркая подошвой домашних тапок. Она тяжело вздыхала.
В доме пахло старостью, деревом, сеном и еще множеством оттенков запахов, которые невозможно распознать и назвать. В первые дни у меня от него щипало глаза, а душу наполняла тоска и нежность. С этим запахом у меня связаны самые лучшие воспоминания о далеком детстве, когда бабушка — мама моей мамы — была еще жива.
Я специально попросила водителя автобуса высадить меня не в самом городе, а около деревушки. Он остановился прямо около таблички «Деревня Бесово».
«Спрячься где-нибудь в тихом месте», — попросил меня Ден. И я не нашла лучшего решения, чем спрятаться в деревне. От дороги я шла долго, чувствуя усталость и жажду. Дома долго не хотели показываться на глаза. Вокруг зеленелись поля, с отращённой высокой травой. А где-то вдалеке можно было увидеть тонкие березки и пушистые ели.
На развилке я постояла, щурясь от солнца, затем свернула на асфальтированную дорогу, и сразу показались крыши. Вокруг ни души, а мне необходимо было узнать, где здесь найти место для ночлега. В конце концов, я приблизилась к зелёному забору, за которым возвышался дом из бревна. Он внушил мне доверие.
Заприметив меня, маленькая дворняга натянула цепь и принялась громко лаять.
Территория дома была ухоженной и чистой. Я увидела колодец в дальнем углу и пару дополнительных построек. Слышалось кудахтанье наседок из какой-то из них.
Я уже собиралась уходить, когда скрипнула дверь, а из нее показалась маленькая щуплая старушка. Ее седые волосы небрежно торчали из-под темно-зелёного платка, едва прикрывавшего голову. Она что-то бормотала, пока шла ко мне по узкой земляной дорожке.
Сначала она не хотела иметь со мной дело, пыталась прогнать. Но меня так мучала жажда, что не было никаких сил терпеть, и я попросила стакан воды. Не желая ходить туда-сюда, старушка пригласила меня в дом и указала на большую кастрюлю с крышкой, поверх которой стоял алюминиевый ковш. Я напилась воды. От усталости у меня кружилась голова. К тому же жара валила с ног. Старушка сказала, что это первый день после ливней.
Ну да. Я везучая!
Обессиленная, я села на стул, который громко скрипнул, и припала лбом к ладоням.
