«Музыка. Бьют барабаны…»
Музыка. Бьют барабаны.Трубы победно трубят.Меди зазывной,ПризывнойБуйствует буйно набат.Музыка. Бьют барабаны.Трубы победно трубят…
Массы несметные, полные бури, отваги,Выше вздымая к лазури багряные флаги,Горе столетий поправ,Позабыв,С заревом зорь от застав,Точно единый порыв,Движутся медленно, гулкоВ улицы и переулкиЦентра, кидая призыв:«Други, вперед! На зенит!Пойте! Пусть песнь громозвенит!»
Музыка. Бьют барабаны.Трубы победно трубят.Меди зазывной,ПризывнойБуйствует буйно набат.Музыка. Бьют барабаны.Трубы победно трубят.Массы все ближе и ближе к трибуне подходят.Город бетонный от топота гулкого ног,Струны стальные колебля, что в дали уходят,Гулко поет в акведуки, поет и в железные трубы,Точно Гомер, всей вселенной и просто и грубоВесь погружаясь в восторг.Зданья кричат. Открываются двери и окна.В куртки, костюмы и платья убравшись прозрачные,Брачные,Путаясь в знойного, жгучего солнца волокна,Новые братья навстречу любезно выходятС алыми, рдяными лентами через плечоВ ногу, в плечо,Песнями, гимнами славя себя горячо,Буйство масс окрыленных,В солнце влюбленных,Центр замыкая собою в кольцо.
Музыка. Бьют барабаны.Трубы победно трубят.Меди зазывной,ПризывнойБуйствует буйно набат.Музыка. Бьют барабаны.Трубы победно трубят…
Массы на площади. Празднество. Шум. Ликованье.Братья любимые, сестры в минуты свиданья,Фабрики, молоты, сверла забывши и муки,Взяли смелее друг друга за грубые руки,Зная глубоко, что каждый для каждого друг.Крепко смыкаются возле трибуны вокругБратства — коммуны — союз круговой неразрывныйИ, торжествуя под гулы набатаМеди призывной,Ленина ждут, что любезнее брата,Радостно, буйно,Солнцами глаз улыбаясь, с трибуныВсем им расскажет словами мессии:О коммунизме Советской России,О мировом торжестве пролетариата…Музыка. Бьют барабаны.Трубы победно трубят.Меди зазывной,ПризывнойБуйствует буйно набат,Музыка. Бьют барабаны.Трубы победно трубят.
Иван Молчанов
Станция Няндома
«На север, на север, на север!» —Вагоны, качаясь, поют;И северный ветер рассеялПопутную песню свою.
Все глуше,Все мимо и мимо,Метелям и вьюгам сродни,Мелькают одни за другимиОлонецких станций огни.
Лежит в нихЛесная усталостьИ северной ночи печать.И ты среди них затерялась, —Ну как мне тебя не узнать?..
Леса — без конца И без края,Чугунка — две темных струи.И тенью по ним пролетаютДавнишние годы мои!
Вот — утлыеКрыши поселка,Седеющие в мороз.Не здесь ли затравленным волкомЯ дальнее детство пронес!
А вот и депо,И на крыше,Едва покосившийся вбок, —Не стал он не ниже, не вышеКрикливый деповский гудок.
Бывало,Чуть брезжить станетХолодный и тусклый рассвет,Тягучую песню затянетГорластый деповский поэт.
Меня онНичем не обидел:Он часто будил и трубил.Но как я его ненавидел,О, как я его не любил!
Его переливы,Как плети,Ложились ко мне на кровать…В одиннадцать лет на рассветеМучительно трудно вставать!
ВоспоминаньяГорячейМеня захлестнули волной…Скупой кривоногий подрядчик,Ты снова стоишь предо мной.
И я, в пропотевшей рубахе,Мечусь, незаметен и сер.И нудно тяжелые плахиСо скрипомПолзут за барьер.
Валежник,Березник,Осинник…Из сил выбиваясь, крепись!С шести до шести за полтинникЗапродана тусклая жизнь…
Далекая станция.ГлухоРевет паровозная медь…Мне есть о чем вспомнить, старуха,Но… не о чем пожалеть!
Вот, разве,Тот день не пройти нам:Он светлым единственным был:В тот день с боевым карабиномЯ в жаркую юность ступил.
В тот деньНе задаром растраченМой пламень, мой пыл боевой:В тот день кривоногий подрядчикС пробитой упал головой!
ДалекойВысокой картинойТот день, как живой, засиял…Ах, что я?Да разве один яТак право на жизнь добывал?
1928
Дьяков Петр
I
Над зубцами ельника, по краю,Разлилась багрянца полоса.Где-то за деревней, замирая,Девичьи звенели голоса.
Где-то с переборами тальянкиПесня угасала на ветру.Там — гулянка…Но не до гулянкиТрактористу Дьякову Петру.
Вот звезда над полем задрожала,Опустилась на деревню мгла.Полоса невспаханной лежала,Молодого пахаря ждала.
Не шумят березы у околиц,Тихо дремлет ива у плетня…Выводил на поле комсомолец,Выводил железного коня.
Под покровом ноченьки ковровойМоториста скука не возьмет:Выезжал он с песенкою новой,С той, какую милая поет:
II
«По дорожке неровной,По тракту ли, —Все равно нам с тобой по пути…Прокати нас, Петруша, на тракторе,До околицы нас прокати!
Прокати нас до речки, до мостика…В нашем ясном, хорошем краюЗапевайте-ка, девушки песенкиПро колхозную долю свою.
Не примяты дождем, не повыжженыУрожайные наши поля;Кулаки на селе разобижены,Что ушла навсегда их пора.
Огрызаются, лютые, лаются,Им нерадостен наш урожай…Кулачье до тебя добирается:Комсомолец, родной, не плошай!
По дорожке неровной,По тракту ли, —Все равно нам с тобой по пути…Прокати нас, Петруша, на тракторе,До околицы нас прокати!»
III
Песня наливается и крепнет:Не сорвется голос молодой.Далеко оставлена деревня,Утонула в дымке голубой.
Рыхлым черноперым черноземомК борозде ложится борозда…«Стой, Петруха!» —Кажется, знакомыйГолос прозвучал из-за куста.
«Стой, Петруха, побалакать надо,Поквитаться надо за дела…»В эту ночь кулацкая засадаТракториста с вечера ждала.
«Поквитаться надо, посчитатьсяНам с тобой, бедняцкий де-пу-тат!..С солнышком собаке не видаться,Ну-ка, поворачивай назад!..»
IV
Замолчала во поле машина…Тракториста с головы до ногКто-то облил теплым керосином,Спичку чиркнул…Вспыхнул огонек.
Цепенела в поле синь густая,Сиротела полоса…Отблеском зловещим налитая,В эту ночь от края и до краяВ семь цветов окрасилась роса.
1929
Полярная весна
Бреду по мхам, по темным травам,По кочкам выцветшим бреду.Налево, прямо и направо —Конца болотам не найду.
Зеленый май весенним ливнемВсе расцветил. Как даль светла!Передалась теплынь земли мнеИ песней на сердце легла.
Есть где-то юг. Теперь он жарок.Шумят над морем тополя.А здесь мильонами цигарокДымится мшистая земля.
Иду по мхам и вязнут ноги…Заночевавшее в лесах —Как лось большой, ветвисторогий —Пасется солнце в небесах.
А небеса бескрайно сини…Конец метелям, вьюгам, сну.На тощей, зыбчатой осинеВстречают ласточки весну.
Теплом наполнен день безбрежный.…К тебе любви моей полет!Ведь и олень сегодня нежноПодруге клич призывный шлет.
1924
