себе сепуку (по-русски это звучит харакири, хотя если Вы кому-нибудь из японцев скажете слово харакири, Вас не поймут). Разрезать коротким мечом крест-накрест живот — это был способ уйти из жизни, сохранив свою честь, репутацию, достоинство, сохранив свое лицо. Сегун понимал, что Кира поступил подло. Сегун и весь двор, и вся Япония сочувствовали Асано. И все знали, что он честный, порядочный человек. Но японцы не могли нарушить закон. Приехав к себе в воеводство, Асано сделал себе сепуку. Единственное, о чем он жалел перед смертью, что не убил подлеца Киру. И вот именно с этого момента начинается легендарная история 47 ронинов.
Для того чтобы понять весь драматизм ситуации, в которой оказался 321 самурай, служивший опальному Асано, необходимо знать, что в Японии есть три уровня преданности — преданность семье, преданность дайме и преданность сегуну или императору. Каждый самурай давал клятву в преданности семье, дайме и сегуну. После того, как Асано ушел из жизни, сделав себе сепуку, самураи, служившие ему верой и правдой, превратились в ронинов, то есть в самураев, у которых нет хозяина, или бродячих самураев. Они собрались вместе и долго спорили, как им поступить. Кто-то сгоряча предлагал закрыть замок и объявить войну сегуну, тем самым проявить уважение и благодарность к Асано, сражаться до последнего удара сердца с войсками сегуна и положить свои головы за честь и преданность своему любимому командиру. Начальник личной охраны Асано Оиси Кураносукэ убедил своих товарищей разойтись. Он объяснил им, что вместе с клятвой семье, Асано, они все давали клятву сегуну. И проявив уважение к Асано, сражаясь с войсками сегуна, они нарушат клятву, которую одновременно давали сегуну.
Самураи разошлись по свету, превратившись в ронинов — бродячих самураев, самураев, которым некому служить, самураев без хозяина. Сам же Оиси Кураносукэ собрал сорок шесть самых преданных друзей и они договорились ровно через 2 года собраться ночью у дворца негодяя министра Киры и отомстить за Асано. Почему они выбрали такую тактику? Дело в том, что негодяй Кира понимал, что месть неминуема. И в этот момент горстка храбрецов не смогли бы его достать. Он окружил себя войсками, окружил телохранителями и ждал мести со стороны Оиси Кураносукэ. Он был полностью готов к ответному удару. Но Кураносукэ с товарищами обманули негодяя, они разбрелись по стране. Кураносукэ вел самый беспорядочный образ жизни, он всем своим видом показывал, что он — сломленная личность. Он много выпивал, бродил по стране, своим поведением успокаивая бдительность шпионов подлого министра. Один раз был такой случай, что, напившись до беспамятства, Оиси Кураносукэ валялся в грязи. Мимо проходил самурай и плюнул на него, сказав, что ты позоришь не только память Асано, но и звание самурая. На что Кураносукэ никак не отреагировал.
Прошли два года. Подлец министр успокоился и беззаботно жил в своем замке под охраной всего лишь 60 телохранителей. В Токио редко бывает снежная погода. Обычно раз в три, в четыре года выпадает снег. В эту ночь, вошедшую в историю как ночь сорока семи ронинов, из разных концов Японии, с разных сторон, собрались сорок семь самураев-ронинов под предводительством Оиси Кураносукэ. Никто не забыл о данной клятве. Все сорок семь самураев знали, что их ждет смерть, знали, что это их последние часы жизни. Никто из них не дрогнул, для них честь была превыше жизни. Ведь по кодексу Васюдо — кодексу законов самураев, самурай всегда между смертью и жизнью выбирает смерть. Сорок семь храбрецов приготовились к штурму. Оиси Кураносукэ ударил в барабан, который японцы называют тайку, и храбрецы пошли на штурм замка. Охрана не смогла оказать сопротивление, потому что не была готова, их застали врасплох. План Кураносукэ удался полностью. Из сорока семи самураев никто не погиб, негодяй министр получил по заслугам. Кураносукэ отрубил его голову, положил ее в ведро и они пошли к храму Сенгадзуки, самому знаменитому храму Японии. В этом храме был похоронен Асано, их командир. Уже в то время, 300 лет назад, храм Сэнгаку-дзи был одним из самых известных храмов. И то, что сегун разрешил похоронить тело храброго Асано в этом храме, еще раз подчеркивало его уважение к честному воину. 47 ронинов пришли на могилу к своему любимому Асано, положили голову подлеца Киры, и все 47 самураев сделали себе сепуку. Это был единственный выход из сложившейся ситуации, ведь они пошли против министра сегуна, а значит пошли против законов сегуната.
Когда Япония узнала об этом поступке, все 47 героев были похоронены в этом храме. Благодарные японцы возвели герою Кураносукэ бронзовый памятник, который до сих пор встречает гостей у входа в самый знаменитый храм. Если бы один из самураев сделал себе сепуку, а таких самураев за всю историю, наверное, были тысячи, Вы бы могли подумать, что это какой-то исключительный храбрец. Но когда между честью и жизнью 47 героев выбирают честь, становится совершенно очевидно, что все мы обладаем огромным мужеством, все мы обладаем огромным потенциалом.
Величайший подвиг всех времен и народов
Дорогие друзья, сейчас Вы наполните свою душу еще большим величием и героизмом.
В 1941 году под Москвой разгорелось самое кровопролитное сражение за всю историю человечества. Гитлер разработал дьявольский план уничтожения Москвы под названием «Тайфун». Цель этого плана была ужасающе жестокой: окружить Москву, убить всех детей, женщин, стариков, сравнять город с землей и затопить водой, чтобы не было даже упоминания о великой столице России. Но на пути этого нечеловеческого замысла встала горстка мальчишек...
История великого подвига началась 5 октября 1941 года в девять часов утра. В это время с московского аэродрома вылетел летчик на разведку и с ужасом обнаружил в 220 километрах от Москвы по Варшавскому шоссе прорвавшуюся колонну танков длиной двадцать пять километров. Это были отборные элитные войска 57-го моторизованного корпуса под командованием генерала фон Бока. Вернувшись, летчик взволнованно доложил: «Немцы прорвали оборону наших войск и стремительно движутся к Москве». Командование отказалось верить. Отправили еще двух летчиков проверить данные первого. Асы на бреющем полете пролетели так близко к земле, что видели выражения лиц фашистов. Вернувшись с боевого задания, летчики подтвердили худшее.
Сталин был в шоке. Вся стратегия Сталина заключалась в том, чтобы воевать на чужой территории. Оборонительные рубежи не были готовы. Катастрофа! Сталин срочно вызывает Жукова из Ленинграда. Георгий Константинович с самолета сразу садится в машину и едет на передовую. По пути он проезжает свое родное село, где
