На мгновение Яромира охватил неподдельный ужас, заставивший все его мышцы встать колом.
Казалось, будто сейчас мир остановился, перестало биться сердце, замерло дыхание.
Он просто не мог поверить своим глазам…
Вечно улыбчивый и слегка наивный Митяй слёзно напросился учеником в бригаду каких-то три месяца назад и подавал большие надежды. К тому же, за это время он стал всем, как младший брат, всегда добрый и необоснованно отзывчивый…
Да, их дело невероятно опасное и предполагает большой профессиональный риск…, но Яромир не мог позволить ему умереть вот так!
Он не мог его потерять!
Тут же, без всяческих колебаний, Яромир бросился следом за чёртом.
В беспамятстве он не осознавал, что ждало его снаружи, потому действовал наобум.
Главное — не упустить сбежавшую тварь!
Благо, рядом с теремом стоял двухэтажный казённый дом, глиняную черепицу которого Яромир с грохотом и треском проломил, прямо рядом с местом падения чёрта.
Тонкое перекрытие между этажами не выдержало удара и Яромир полетел дальше, на первый этаж, проломив собой большой письменный стол и разворотив деревянный стеллаж с записями о должниках.
Ярость настолько захлестнула его, что он не чувствовал боли от сломанных рёбер и вывихнутого плеча. Сейчас его мысли застилала лишь жажда охоты и мести…
Из разодранной щеки и рук струилась кровь.
«Что ж, может это привлечёт ненасытную скотину…» — Яромир тяжело поднялся на ноги и постарался хоть что-то разглядеть через поднявшуюся в воздух пыль.
Мимо, вопя от ужаса, пробегали находившиеся в это время в помещение люди.
Посреди суматохи, Яромир расслышал рядом с собой слабый стон.
Боярского счетовода придавило обломками потолка. Рядом с ним, из-под завалов торчали совсем новые мужские сапоги.
Дрожь побежала по коленкам, но Яромир тут же постарался отогнать дурные мысли. Это не мог быть Митяй…
Яромир хотел было отправиться на поиски чёрта, но чувство долга заставило его остаться и помочь счетоводу выбраться наружу.
Он подхватил отломившуюся балку, подсунул её под доски и, приложив должное усилие, перевернул кучу обломков.
Счетовод, охая и ахая, пополз вслед за остальными, а Яромир осторожно вытащил за ноги не подающее признаки жизни тело.
И с великим облегчением выдохнул, обнаружив, что пострадавшим оказался не Митяй.
— Тварь, тварь! — донёсся истошный женский вопль с лестницы. — Спасите! А-а-а!
Предчувствуя беду, Яромир стремглав бросился туда.
Люди прыгали через перила, толкались и мешали друг другу пройти, от чего Яромиру приходилось прокладывать себе дорогу силой.
Только Яромир поднялся наверх, как перед его глазами предстала ужасающая картина, при виде которой, даже его, повидавшего всякое, замутило.
Стены, заляпанные брызгами крови, оторванные конечности, изувеченные тела и лица людей, искаженные в предсмертной гримасе ужаса.
Чёрт явно пошёл в разнос.
Посреди тёмной комнаты из дыры в потолке бил яркий солнечный свет.
Яромир, прихрамывая на правую ногу, осторожно зашёл внутрь.
Он чувствовал, что чёрт ждал его где-то там, к тому же присутствие твари выдавал противный, кислый запах серы.
И чёрт не заставил себя долго искать.
Из темноты, прямо под солнечный свет, выплыла кривая, окровавленная лапа, сжимающая в кулаке оторванную голову Митяя.
Тут же, следом, под самодовольный гогот продолжавшего скрываться в тени чёрта, на свет вывалилось и обезглавленное тело товарища.
Яромира затрясло.
Гнев, жалость, обида сменялись внутри него безумным круговоротом чувств.
«Теперь в живых останется только один…» — злобно заиграл скулами Яромир и до побелевших костяшек сжал рукоять меча. — Ну, скотина, будь по-твоему!
С противоположной стороны комнаты донеслось одобрительно рычание, и тут же в Яромира полетела голова Митяя.
Неожиданно для себя, от такой наглости чёрта Яромир впал в ступор, и оторванная часть товарища болезненно прилетела прямо в грудь.
Кровь Митяя попала на лицо и в глаза, от чего Яромира чуть было не вывернуло.
Тут же чёрт перешёл в атаку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Копыта громко зацокали по полу и ударились о стену.
Яромир вовремя пришёл в себя и бросился вперёд, как раз тогда, когда когти чёрта лязгнули по деревянным половицам за его спиной.
Только Яромир обернулся, как вновь ощутил приближающуюся опасность.
Он выставил меч наугад и зубы чёрта сомкнулись на лезвии прямо перед его лицом.
От сильного напора чудища Яромир не смог устоять на ногах.
Они сцепились и покатились по полу, свалившись в проделанную Яромиром дыру на первый этаж.
Яромир приземлился прямиком на чёрта и сделал, что пришло первым в голову — ткнул пальцем в глаз твари.
Покрасневший от пыли белок с щелчком лопнул и неприятная до плеча облепила руку Яромира.
Чёрт, взвыв от боли, подбросил его копытами вверх, от чего богатырь больно саданулся спиной о потолочную балку и вновь плюхнулся на пол, подняв в воздух столб пыли.
Неприятно задавило в груди и напал приступ кровяного кашля.
Чёрт же, скуля, бросился в глубь комнаты и спрятался за одним из повалившихся шкафов.
— Живучая гадина… — Яромир, опираясь на лезвие поднялся на ноги. — Выходи, отродье! Ты же за этим сюда явился?!
Он обильно размазал запястьем кровь по щеке и, морщась от боли, поднял вверх руку.
Из-за спины послышался цокот копыт и густое, болезненное кряхтение.
Чёрт, побитый и израненный не меньше, чем Яромир, сбросил скрывавшие его чары.
Весь заляпанный чёрной кровью, с огромной резаной раной на боку и вытекшим глазом, сейчас он выглядел ещё ужасающей, чем в первый раз.
Он злобно рычали и сверлил обезумившим взглядом Яромира насквозь.
За спиной измотанного боем богатыря донёсся шум приближающихся людей.
Первым в казённый дом с мечом в руках ввалился Бедабор. Его раскосые глаза смотрели одновременно и на Яромира и на чёрта, но он решил не вступать в бой сразу, а дождаться дальнейших указаний своего десятника.
Следом, со стороны чёрного хода с грохотом отворилась дверь и из-за угла показался Айромир. Заприметив неведомую доселе тварь, он занял оборонительную позицию и перекрыл ей возможный путь отхода.
Чёрт оскалился, но на этот раз убегать не стал.
Несмотря на всю злость и желание поскорее избавиться от этой бестии, Яромир чувствовал где-то внутри себя некий трепет перед ней. Проскользнуло даже сомнение, что тот водяной с Туманных топей — совсем юнец, по сравнению с этой древней, невероятно умной и изобретательной тварью.
Сейчас он будто увидел перед собой истинное порождение Забвения, что вселяло в сердце богатыря уважение, страх и неумолимую страсть разделать его на кусочки.
Из прохода за Бедабором внутрь вбежали не меньше десяти воинов из числа острожьих, что дежурили в это утро на дворе детинца.
Яромир же не обращал на них совершенно никакого внимания.
Он лишь выжидал, какое дальнейшее действие предпримет древнее чудище и был полностью уверен, что сегодняшнее кровопролитие на этом ещё не закончится…
Чёрт, хоть и оказался в западне, но так просто сдаваться не собирался.
Как и ожидал Яромир, первыми нервы сдали у городской стражи.
Витающий в воздухе запах пыли, серы, крови и человеческих испражнений люто крутил желудки.
— А ну, мужики, чего встали?! — завопил сотник заступившего сегодня караула. — Ату его!
Стражники, следуя приказу своего головы, бросились в опрометчивую атаку, в надежде толпой одолеть кровавую, безжалостную тварь.
— Отставить! — воскликнул Яромир, поймал за шкирку пробегающего мимо ратника и отшвырнул его в сторону, но для других было уже слишком поздно.
Чёрт, будто вспышка молнии в грозу, ворвался в их разрозненный строй.
Тварь ловко прыгала среди неповоротливых воинов, разрывая артерии и вырывая зубами куски плоти.
Тяжелые кожаные доспехи с вшитыми металлическими пластинами отлично годились для боя на улице и защиты от стрел, но лишь только мешали своим владельцам в замкнутом пространстве.
