Старая экономка положила морщинистую руку на лоб Неду, произнесла молитву по-гэльски, потом сказала:
– Его нужно вытереть насухо и согреть. Вносите его в дом, мейнштир, Донни поможет вам поднять его по лестнице.
С помощью конюха Дэр внес пострадавшего в комнату наверху и положил на постель. Миссис Стоуэлл до воспользовалась своими портняжными ножницами, чтобы разрезать мокрые куртку и рубашку. Миссис Джулиан тем временем подбросила побольше сухих брикетов торфа в камин, разожгла огонь посильнее и спросила:
– Есть поблизости человек, разбирающийся в медицине?
– Доктор Керфи, – ответила миссис Стоуэлл, стаскивая с Неда чулки. – В Баллакилигане, это по дороге на Салби.
Дэр не сразу сообразил, что намерена делать англичанка, но, услышав, как она быстро спускается по лестнице, поспешил догнать ее, она уже стояла у выхода, успев взять со столика шляпу и перчатки.
– Вы не знаете дороги и не найдете дом в Баллакилигане.
– Так объясните мне, как его найти, – спокойно предложила она.
– Поеду я. Останьтесь здесь и постарайтесь быть полезной, это лучшее, что вы можете сделать.
Едва Дэр вышел из дома, за ним, издавая все тот же адский гогот, побежал озлобленный гусь. Дэр вскочил в двуколку и оглянулся. Зрелище изысканно одетой Ориа-ны, пытающейся взмахами своей полупрозрачной юбки отогнать сердитую птицу, вызвало у него, несмотря на тяжесть на сердце, невольную улыбку.
Доктор Керфи был дома и занимался прополкой салата-латука на грядках.
– Нед уже заговорил? Открыл глаза, пришел ли в себя? – стал он задавать вопросы.
– Нет. Он дышит, но слабо. Лежит в Гленкрофте. Доктор отряхнул землю с ладоней.
– Пойду соберу инструменты.
К тому времени как они добрались до коттеджа, у Феджак вся морда была в пене, а бока блестели от пота. Миссис Джулиан вышла их встретить.
– Нед приходил в себя, – сообщила она, – но на очень короткое время. Скорее поднимайтесь наверх, сэр Дэриус. Я позабочусь о вашем пони.
Пока врач осматривал Неда, Дэр стоял у окна и наблюдал за тем, как Ориана быстро и умело обтирает Феджак куском холстины. Он никак не мог взять в толк, где эта лондонская дама научилась ухаживать за лошадьми. Но что он, собственно, знает о ее жизни? Только то, что она была замужем и овдовела. И могла бы выйти замуж еще раз. Если бы захотела.
С кровати до него донесся невнятный стон.
Доктор Керфи, ощупывая верхнюю часть левой руки Неда, сказал:
– Я должен наложить повязку на место перелома до того, как Нед обретет полную чувствительность. Миссис Стоуэлл, мне нужны полотняные бинты и вода, смешанная с уксусом. Я покажу вам, как бинтовать предплечье.
– Когда он придет в сознание? – спросил Дэр.
– Это вопрос времени, но я думаю, к ночи. Если же есть травма мозга... – Врач помолчал и добавил более сердечным тоном: – Но я не теряю надежды и вам не советую, сэр Дэриус.
Таким образом, чтобы наблюдать и ждать, он, Дэриус, должен был остаться в Гленкрофте.
Когда миссис Джулиан присоединилась к наблюдательному посту в комнате раненого, Дэр заметил на одном рукаве у нее мокрые пятна, и на юбке тоже. Щеки у нее мило раскраснелись от хлопот и беготни. Выслушав мнение врача, она опечалилась, но не сказала ни слова и только кивнула с понимающим видом.
– Я не уверен, что он скоро встанет, – предупредил доктор Керфи.
– Он может оставаться здесь сколько понадобится. Сэр Дэриус, если необходимо освободить коттедж, я сделаю это безотлагательно.
Ее благородство пристыдило Дэра.
– Я не имею намерения причинять вам еще и такие неудобства, – сказал он и, чтобы не смотреть ей в глаза, наклонился и взял безвольную руку Неда в свою.
Пальцы юноши дрогнули, потом слабо сжали руку Дэра.
– Голова болит, – прошептал Нед.
– Ничего, ничего, – обрадованно произнес врач. – Это обнадеживает. – Он приложил ладонь ко лбу больного. – Недди, мальчик мой, лежи спокойно. Ты упал и поранил плечо. У тебя перелом. – Последние слова он повторил по-гэльски.
Нед открыл глаза и обвел взглядом лица присутствующих.
– Мама, – проговорил он.
– Разум его затуманен, и это продлится еще некоторое время, – понизив голос, пояснил доктор Керфи.
– Твоей мамы нет, – сказала миссис Стоуэлл. – Здесь сэр Дэриус, а я буду ухаживать за тобой. Ведь я нянчила тебя совсем малышом, когда бедняжка Доррити была на работе. Но ты сейчас этого не помнишь.
– Имбирный пряник. Вы мне дали пряник.
– Это верно. И если ты будешь вести себя так, как велит доктор, и лежать спокойно, пока он не вылечит твою руку, я испеку для тебя столько пряников, сколько ты захочешь.
– Да. А я буду играть на своей скрипке для вас и мейнштира Дэриуса.
Никто, разумеется, не счел возможным напомнить ему, что до того времени немало воды утечет.
Присутствие Неда Кроуи в доме изменило спокойное течение жизни Орианы, теперь у нее была масса дел. Так же как сэр Дэриус и миссис Стоуэлл, она прилагала все усилия, чтобы облегчить положение больного и соблюсти строгие предписания доктора Керфи. Она вообще привыкла быть занятой, и ее несколько тяготили дни полного безделья и праздные вечера. В Лондоне она обычно обедала с друзьями у себя дома или у кого-нибудь из них, и если сама не выступала на сцене, то посещала другие театры. Во время скачек светская жизнь ее становилась особенно оживленной.
В то время как баронет кормил Неда супом с ложки, а миссис Стоуэлл хлопотала на кухне, Ориана рвала старые простыни на бинты для свежих повязок. Позже экономка приносила в комнату Неда поднос с едой и бутылку вина для сэра Дэриуса. Ориана, как правило, обедала в одиночестве, глядя в окно на темнеющие склоны Скайхилла. Короткий час отдыха она проводила, сидя на неудобном стуле в гостиной и перечитывая сонеты Бена Джонсона. Единственное удобное кресло она велела отнести наверх – баронету оно было нужнее, чем ей.
По пути к себе в спальню Ориана заглянула в комнату больного. Сэр Дэриус сидел в кресле, сняв куртку и положив обутые ноги на сундук с одеялами. Сидел и смотрел на распростертое на узкой кровати неподвижное тело Неда, до подбородка укрытое простыней.
Ориана хотела уйти незаметно, но наступила на скрипнувшую под ее ногой половицу.
Темноволосая голова резко дернулась в ее сторону.
– Входите.
Ориана решила не обижаться на его повелительный тон.
– Я не могу предложить вам рома или бренди, но здесь еще осталось вино. – Она взяла со стола пустой стакан и наполнила его для Дэра. – Я пошлю завтра Донни к вам домой за сменой одежды и за всем, что еще понадобится.
– Что у вас за книга?
– Мой любимый поэт. Хотите оставлю вам?
– Вряд ли я смогу сосредоточиться на чтении. Наклонившись, Ориана коснулась его сапога:
