Читаем без скачивания Дикая (СИ) - Шёпот Светлана

С помощью ножа Елена Николаевна кое-как откромсала довольно широкую ленту, сделав более широкой посередине. По идее, это место должно было прикрывать лоб. Вырезанный далее из шкуры круг задумывался верхом шапки.

Закончив с подготовкой, Елена Николаевна выдохнула и расслабилась, с удивлением понимая, насколько была напряжена.

Оторвав взгляд от кусочков шкуры, она обратила внимание на людей. Некоторые с любопытством поглядывали в ее сторону, но подходить и что-то спрашивать не торопились.

Фыркнув, Елена Николаевна встала и направилась к наметенным около двери сугробам. Воду зимой здесь можно было добыть только из снега, но растопить его было не на чем, приходилось употреблять в первозданном виде.

Торопиться было некуда. К тому же не хотелось заболеть из-за неосторожности.

Закончив с «питьем», она вернулась на свое место и продолжила работу.

Не было никаких сомнений, что шапку она будет носить мехом внутрь. Кожа животного была плохо обработана, и Елене Николаевне даже думать не хотелось о состоянии головы при соприкосновении с подобным.

Сразу пускать в ход жилы она не стала. Сначала проделала небольшие дырочки с помощью ножа и костяной иглы. И то и другое было тупым и неудобным, но справиться удалось.

После этого этапа работы Елена Николаевна снова передохнула. Руки, не привычные к такому напряжению, слегка покалывало. К тому же полумрак пещеры утомлял глаза.

Дав телу необходимый отдых, она продолжила.

Сначала сшила края налобной части. Потом приставила к получившемуся кругу верхнюю часть и с помощью жил соединила.

Завязав все углы, подняла шапку выше и повертела в воздухе. Выглядело отвратительно. Несмотря на все усилия работать аккуратно, с имеющимися инструментами сделать что-то более выдающееся не представлялось возможным. К тому же до этого дня Елена Николаевна действительно никогда не шила шапок.

Не став долго «любоваться» своим творением, она просто надела его, с восторгом понимая, что все получилось даже лучше, чем предполагалось. Шапка крепко держалась на голове. И это главное!

Из любопытства Елена Николаевна вывернула головной убор мехом наружу и снова надела. Как и ожидалось – лишенная меха часть неприятно терлась об уши и любой доступный кусочек открытой кожи. Потерпеть, конечно, можно, но зачем страдать?

Будь у нее материал для подкладки – другое дело, а без него мучиться ни к чему.

Не надо думать, что местные люди не носили ничего на голове. Это совсем не так. До шапок дело пока не дошло, но удобные шкурки они на себя накидывали, когда выходили из пещеры.

Елене Николаевне стало интересно, как скоро племя заинтересуется новым предметом гардероба и решит сделать себе нечто подобное.

Она не знала, сколько времени прошло после завтрака, но люди снова начали собираться около костра на трапезу. Мелькнула мысль, что они питаются слишком часто, но потом Елена Николаевна поняла, что соплеменники стремятся съесть как можно больше мяса, пока оно не протухнет окончательно.

Поджаривая свой кусок, она вздохнула. Было немного жаль местных людей с их крайне скудным меню.

Зима здесь длилась долго. До ближайшей реки далеко. Лес под боком, но какая от него польза, если холодное время года занимает больше девяти месяцев?

Ни фруктов, ни овощей. Изредка люди находили и ели ягоды. Но случалось это крайне редко. Да и то баловались этим в большинстве своем дети и женщины.

Елена Николаевна не хотела так жить. Это удручало. Она представляла себе, как скоро организм взбунтуется из-за недостатка полезных веществ.

Но что делать? Наверное, ответ был только один – двигаться ближе к югу. Даже во времена постоянной зимы ближе к экватору должно было быть комфортнее и теплее. Странно, что люди все еще живут здесь, не пытаясь отыскать более удобные места для проживания.

С другой стороны, кто их там ждет? Если юг населяют другие племена, то им вряд ли понравится, что на их территорию пришли чужаки. Хотя не обязательно драться за одно место. Людей катастрофически мало, а мир большой. Места должно хватить всем. Тем более что население обычно довольствуется ограниченной территорией.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Видимо, дело не только в страхе, что на новом месте их никто не ждет. В эти времена вообще путешествовать крайне опасно. Суровый климат и многочисленные хищники испугают кого угодно.

Да, племена каждый год собираются в пещеру, но только в теплое время года, будучи полностью уверенными, что к холодам вернутся домой. Хищники, конечно, были и остаются проблемой (ежегодно во время перехода кто-нибудь погибает), но это никогда не останавливало людей. А вот дальше заходить никто не хочет.

Елена Николаевна понимала, насколько может быть опасно такое путешествие, но все равно не хотелось оставаться в столь угрюмом и скудном месте.

Может быть, во время сбора удастся отыскать желающих отправиться в новые края?

К ее огорчению, вероятность этого стремилась к нулю. Местные люди не хотели рисковать.

После еды мужчины пришли в движение. Елена Николаевна встрепенулась.

Это был ее шанс побывать снаружи. В одиночестве она не хотела выходить. Да и не хватило бы сил отодвинуть камень, загораживающий вход. Он был действительно огромным и тяжелым.

Быстро дожевав, она метнулась к своим вещам. Для начала засунула за пояс штанов нож (не слишком безопасно, но больше деть его было некуда). Потом натянула на голову шапку. И в конце повязала на плечи шкуру, в которую куталась, когда только очнулась в этом мире.

Было тяжело, но она видела, что так делают мужчины. А значит, снаружи достаточно холодно, чтобы не пренебрегать лишним теплом.

– С вами, – произнесла она, вставая рядом со входом.

– Опасно, – предупредил Брох, муж Бубы.

Сердце Елены Николаевны дрогнуло.

– Охота? – осторожно уточнила она. Если мужчины собираются охотиться, то она, конечно же, не пойдет.

– Палки, – качнул тот головой и выжидательно на нее посмотрел.

Она слышала, как женщины возмущаются ее поведением, но Елене Николаевне было все равно. Она улыбнулась.

– Иду, – уверенно выдала она и возбужденно переступила с ноги на ногу.

Брох хмуро на нее глянул, но ничего говорить не стал. Он, как и другие мужчины, казался немного растерянным из-за такого поворота событий.

Обычно в самые холодные месяцы года женщины и дети не покидали пещеру без сильной необходимости.

Многие мелкие животные в этот период предпочитали укрываться в норах, поэтому хищники во время холодов становились более злыми. Если летом плотоядные звери могли позволить себе небрежность, то зимой они постоянно находились в движении в поисках пропитания. Поэтому мужчины предпочитали выходить из пещеры как можно реже и только по уважительным причинам.

Женщины начинали покидать убежище только после того, как самый холодный период оставался позади, а природа оживала. В такие дни они под присмотром ходили за хворостом или искали в округе что-нибудь полезное. Например, оставшиеся после зимы скелеты павших животных или интересные камни.

Но даже летом, когда средняя температура составляла пять, максимум десять градусов тепла, люди оставались осторожными. Относительное тепло и ожившая природа не исключали вероятности быть задранными неожиданно выскочившим из-за груды камней хищником.

Вероятнее всего, Бубе категорически отказали бы в желании прогуляться по морозу. Но она не была Бубой. Елена Николаевна не знала, расстраиваться из-за такого равнодушия или радоваться ему. В итоге решила просто проигнорировать этот факт. Какая разница, кто что думает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Когда камень был отодвинут в сторону, Елена Николаевна подождала, пока на улицу не выйдут два брата, а потом выскользнула сама. Последним вышел Брох.

Снаружи на нее немедленно набросился морозный воздух. Он был настолько чистым и хрустальным, что казалось, будто дышишь чем-то сладким и восхитительным.

Стерев слезы, накопившиеся в уголках глаз из-за того, что приходилось смотреть на яркое белое пространство после полутьмы пещеры, Елена Николаевна потерла руки и подумала, что к следующему разу следует сшить варежки.