Алексей Захаров
Глобальные манипуляции
На вопросы журнала отвечает директор спецпрограмм Московского центра защиты от стресса Алексей Захаров.
– Алексей Валерьевич, на одном из заседаний «Русского интеллектуального клуба» вы изложили оригинальную концепцию формирования трендов в общественном сознании. Почему вы занялись изучением этих вопросов?
– Я военный психолог, занимаюсь экстремальной психологией. С начала 1990-х годов мне пришлось много воевать (осетино-ингушский конфликт, чеченские войны, расследование крупных терактов). После распада СССР идеологический фундамент нашего общества рассыпался. Не секрет, что для советского человека идеология была заменой религии. Психология как наука также была поглощена идеологией. Советская психология в основном развивалась в сфере образования. Не случайно Центр психологии экстремальных ситуаций, которым я руководил в 2003–2009 годах, был сформирован при Российской академии образования.
Спецслужбы и маркетинг
В 1990-е годы россияне оказались психологически в очень сложной ситуации, так как были утеряны мировоззренческие основы общества. Мне приходилось работать с участниками военных конфликтов и экстремальных ситуаций. Психологов, которые занимались тем же самым, в нашей стране было всего несколько десятков человек. В результате общения и анализа ситуации мы с коллегами выявили ряд закономерностей в работе наших противников с населением. Многие из этих технологий отрабатывались еще в период холодной войны против СССР, а затем распространились на весь мир. Теперь воздействие идет на население практически всех стран.
Не секрет, что политические интересы тесно связаны с экономическими. Технологии информационной войны оказались весьма востребованным коммерческим инструментом. Нужно было просто поменять цели и задачи воздействия. Теперь с помощью наработок военных и спецслужб людей убеждают покупать товары и голосовать за нужных политиков. Разведчики США, Великобритании и ФРГ стали активно продавать свои технологии. При этом они сохраняют за собой контроль над практическим применением этих технологий манипулирования общественным сознанием.
– Технологии информационных войн и маркетинга абсолютно идентичны?
– В принципе да. Идеологи холодной войны отмечали, что самым сложным в реализации успешного информационного воздействия на человека является преодоление барьеров, которые устанавливает его сознание. Не секрет, что культурные традиции разных народов сильно отличаются друг от друга. В частности, это касается смеховой культуры (китайцу, например, сложно понять американский юмор). Именно поэтому они сделали ставку на работу с подсознанием. В основе природы человека лежит три базовых инстинкта: выживания, продолжения рода и доминирования. Эти инстинкты занесены в генетический код и определяют как социальную, так и биологическую жизнь человека. Воздействие на эти базовые, подсознательные инстинкты позволяет легко пробиться через механизмы защиты, которые устанавливает сознание.
Приведу простой пример. Когда будете проходить мимо кафе «Макдоналдс», обратите внимание на запах – там всегда пахнет ванилью. На биологическом уровне у вас включается рефлекс голода, и вы начинаете искать источник «вкусного» запаха, то есть действовать управляемо. А в системы вентиляции многих казино и ночных клубов закачивают кислород, который действует возбуждающе на нервную систему человека. В результате ему не хочется спать.
Не секрет, что в последнее время шопинг стал массовым заболеванием, превратившись в одну из форм зависимости наряду с алкоголизмом, наркоманией и игроманией. Человек, находящийся в состоянии зависимости, легко управляем. А механизм формирования зависимости всегда одинаков. Поэтому алкоголика легко можно сделать наркоманом, игроманом и т. д. Знаете в чем секрет излечивания алкоголизма в организации анонимных алкоголиков? Они просто меняют зависимость от алкоголя на зависимость от группы. Когда человек приходит в группу и говорит: «Я – алкоголик», он расслабляется, и другие члены группы снимают с него стресс. Однако как только человек перестает посещать заседания группы, у него возникает «ломка» и он опять начинает пить. Этот факт был проверен неоднократно. На этом же принципе построены секты.
– То есть речь идет о психологической зависимости?
– Она начинается как психологическая, но постепенно превращается в физиологическую. Формирование всех видов зависимости имеет один и тот же механизм. В мозгу человека находится центр удовольствия, четко фиксирующий любой процесс в организме, который снимает напряжение и доставляет удовольствие. Не важно, что является источником этого расслабления и облегчения: алкоголь, таблетки, игра. В это время в организме идут химические процессы, которые запоминаются. Постепенно возникает привыкание на физиологическом уровне. Есть, например, «адреналиновые наркоманы», которые ничего не употребляют, просто они создают для организма экстремальные ситуации, которые сопровождаются выбросом адреналина, и человек получает удовольствие. Не верьте надписям на снотворных или антистрессовых препаратах «Не вызывает привыкания». Еще раз повторю, всё, что приводит к расслаблению организма и снятию стресса, вызывает привыкание.
Зависимость
Для того чтобы получить возможность манипулировать человеком, нужно сделать его зависимым. А любая зависимость разрушает личность, так как выводит человека на узкую программу действий. Отклонение от этой программы сразу вызывает абстиненцию («ломку»). На получение удовольствия направлена вся система развлечений. В первую очередь кино, телевидение, музыка. Все они обращены к трем базовым инстинктам, о которых я говорил. Именно поэтому на ТВ и в кино так много секса. Вся реклама построена на инстинктах. Человек, который что-то покупает, реализует два основных инстинкта (доминирования и продолжения рода). Ведь он покупает вещь для того, чтобы «быть круче», то есть доминировать и в результате кому-то понравиться.
Второй вариант формирования зависимости – это расслабление после перенапряжения. Какие-то группы людей специально перенапрягают, вгоняют в беспросветную депрессию, а потом открывают для них некий выход («окно»). Если человек очень много работает без нормального отдыха, то у него накапливается стресс, который постепенно перерастает в физиологическую травму. Организму нужно чем-то компенсировать это давление, найти способ расслабления: алкоголь, наркотики, шопинг, игра, общение в группе и т. д. Этот способ четко фиксируется центром удовольствия мозга, и в результате формируется зависимость.
Как работают обе эти системы, можно проследить на примере арабских мусульманских стран. Там одним из главных факторов компенсации стресса является ислам. Причем зачастую стресс специально создается за счет давления со стороны стран Запада. Ответ на внешнее давление всегда один и тот же – протест, поиск виноватого. А виноватый тут как тут – Запад. Всё это произошло не случайно. После развала СССР Западу (в первую очередь США) понадобился новый враг, чтобы оправдать колоссальные затраты на армию и спецслужбы. Этот враг должен быть страшным, чтобы пугать обывателей западных стран, но не опасным для элиты. Именно поэтому появился «международный исламский терроризм», который элиты западных стран используют для запугивания собственного населения и решения геоэкономических и геополитических задач.
– А почему главные новости на телевидении всех стран – это катастрофы, связанные с человеческими жертвами? Зачем жителю Саратова знать, что в Аргентине разбился самолет?
– Дело в том, что организм человека на физиологическом уровне очень сильно реагирует на смерть других индивидов. Он пугается. Если вы увидите смерть другого человека, то ваш организм испугается так, будто убивали его. Это инстинкт самосохранения. Главное для ТВ – нанести человеку травму, которую он будет стремиться компенсировать, вот тут и формируется зависимость. Компенсация может быть двоякой: либо расслабиться с помощью чего-то, либо сорвать зло на ком-то другом и таким образом испугать еще одну группу людей. Постоянные психические травмы постепенно приводят к сужению сознания. Человек зацикливается на свой травме, начинает видеть жизнь в черных красках, и самым простым выходом ему уже кажется самоубийство. Я часто сталкивался с подобным, когда работал с участниками боевых действий или жертвами террористических актов. Чтобы вывести человека из страшной депрессии, ему необходимо показать выход в направлении позитивной деятельности. Это может быть помощь другим пострадавшим, какая-то созидательная работа. Благодаря таким действиям человек забывает о своей травме, у него происходит расширение сознания и жизнь наполняется смыслом. Он начинает получать удовольствие, у него повышается самооценка, и это опять-таки фиксируется мозгом.
