Читаем без скачивания Реинкарнатор - Рыженкова Юлия

Однако сейчас именно красивая женщина предлагала ему стать инспектором Ордена. Ему! Инспектором! Инспекторы были «голубой кровью», и лишь в самых смелых детских мечтах Колесов рассчитывал на эту должность. Никто не знал, по каким критериям новичков отбирают для того или иного управления, но большинство сходилось во мнении, что роль играют психоэмоциональные особенности кандидатов. С его нелюбовью к общению он рассчитывал на место в архиве.

О процедуре приема в Орден, о которой рассказывала куратор, Костя знал давно. Теперь на три месяца у него испытательный срок, он считается кандидатом со всеми правами и обязанностями полноправного члена Ордена. Командор загрузит его работой, а затем оценит не только качество и скорость ее выполнения, но и эмоциональное состояние, взаимодействие с коллегами и асур знает что еще. Эдакая игра в инспектора с полным погружением. Во время этого испытательного срока ему придется работать со всеми управлениями Ордена, и соответствующие командоры также будут его оценивать. Через три месяца за него должны поручиться минимум два члена Совета московского горкома Ордена. Если нет, то все, игра окончена. Большинство кандидатов вылетают именно на этом этапе, и второй шанс им уже никто не дает. Если же поручители найдутся, то испытательный срок продлится еще девять месяцев. За это время надо заручиться поддержкой двух третей членов Совета, и только в этом случае он станет полноправным членом Ордена.

– Все так сложно, потому что уйти из Ордена можно лишь в течение этого года, после – невозможно, – пояснила куратор. – Именно поэтому так долго длится период взаимной притирки, узнавания, принятия решения. И мы, и вы должны быть абсолютно уверены, что устраиваем друг друга. Есть какие-то вопросы?

Один вопрос у Кости все же нашелся:

– Как мне узнать, кто входит в Совет? Ну чтобы заручиться его поддержкой.

– Никак, – улыбнулась Мирзоева, и в это мгновение из холодной бизнес-леди превратилась в живого человека. – Не надо никого уговаривать выступить поручителем. Вообще на три месяца забудьте об этом. Просто делайте свою работу так, как можете, все остальное – наша забота. Не беспокойтесь, члены Совета найдут способ оценить вас.

Костя кивнул. Разумно. Орден создает эдакое стекло с односторонней прозрачностью: кандидата видно отлично, сам же Орден скрыт в тени – это решает сразу несколько задач. Причем невозможность выслужиться перед высокими чинами – не главное. Скорее дело в безопасности организации, нежелании раскрывать своих людей и тайны перед теми, кого тут не будет после испытательного срока.

– Если возражений нет, то заполните заявление с просьбой вступить в Орден. – Эльвира Рашидовна протянула ручку и пододвинула бланк. Костя пробежал его глазами: «…прошу рассмотреть мою кандидатуру… выражаю желание вступить…» Оставалось лишь вписать свое имя, номер паспорта, поставить дату и роспись.

– И еще подпишите соглашение о неразглашении. Вы подтверждаете, что ничего из относящегося к секретной информации никому не расскажете. Думаю, вы понимаете: нам не нужна открытость.

Эльвира Рашидовна пододвинула еще одну бумажку. Костю интересовали пункты об ответственности. Штраф за нарушение соглашения составлял его годовую зарплату.

– А что относится к секретной информации?

– Об этом подробно расскажут ваш командор и юрист. Кстати, в ближайшее время нужно будет съездить на двухдневные начальные курсы для инспекторов. Недалеко, на нашу базу в Подмосковье. Точную дату я скажу позже, пока сама не знаю.

Костя черканул подпись и вернул документ.

– Это ваш пропуск на вход. Носите его всегда с собой, – Эльвира Рашидовна протянула белую карту безо всяких надписей, похожую на гостевой пропуск. – Завтра я выдам вам безлимитную банковскую карту. Зарплаты как таковой у нас нет, мы не коммерческая и не государственная организация, но это не значит, что члены Ордена должны голодать.

Костя мысленно присвистнул. Ничего себе! Безлимитная карта! Похоже, его восторг отразился на лице, так что Мирзоева предупредила:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Чересчур не радуйтесь. В конце месяца придется отчитываться по всем расходам и за нецелевое использование прилетят такие штрафы, что сто раз пожалеете! Ладно, на самом деле я вас пугаю и все не так страшно, – одними уголками губ улыбнулась она. – Просто тратьте в разумных пределах. На еду – без проблем, на одежду тоже. А вот покупать машину, отдых на Хайнане или коллекционное вино не стоит. Потом не расплатитесь.

Костя кивнул, вновь мысленно соглашаясь с действиями Ордена, который обеспечивал своих людей всем необходимым для нормальной жизни, чтобы они не отвлекались на другую работу ради денег. Роскоши не будет, но о базовых ежедневных потребностях голова не болит.

– Пойдемте, устрою небольшую экскурсию по офису. Покажу, где какое управление находится, расскажу, кто чем занимается.

Некоторое представление об общей структуре Ордена, о его лидерах имели все. Во главе Ордена стоял Совет из девяти магистров территориальных комитетов. Те хоть и не были публичными персонами, но нет-нет да и мелькали на телеэкране. В последнее время все чаще в связи с законопроектом об отмене обязательной реинкарнации. Магистры выступали категорически против, уверяя, что люди не представляют, чего лишают себя лично и человечество в целом. И в этом Костя их всецело поддерживал: кто, как не он, знал, каково жить без памяти!

Если бы Далай-лама выступил также против – законопроект бы сняли с голосования. Пусть не Далай-лама, но глава хотя бы одного из основных направлений буддизма. Увы, но религиозные деятели от комментариев отказывались, как и российская буддистская община. Ну спасибо, хоть не поддерживали сомнительный проект…

О структуре региональных комитетов, из которых и состояли территориальные, уже мало кто знал. Известно, что их возглавляли приоры, и все значимые решения принимались членами Совета соответствующего уровня.

По дороге на второй этаж Эльвира Рашидовна рассказывала о том, что Орден учредил несколько институтов по изучению реинкарнации и записи кармы по всему миру, в частности, московский НИИ реинкарнации.

Эльвира Мирзоева возглавляла Управление по связям с внешними организациями, то есть с госорганами, станциями «скорой» помощи, религиозными и другими подобными организациями. Так что звонок Сергеича мог прийти только к ней. Кроме того, ее управление занималось подбором и обучением кандидатов на вступление в Орден.

Половину третьего этажа занимал аналитический центр. Официально он назывался Управлением службы информации, но все использовали гораздо более простое и понятное название – архив. Мирзоева рассказала, что у них есть доступ к централизованной картотеке всех записанных пластин, а когда Костя узнал, что картотека включает в себя не только российские пластины, но и все мировые, то ахнул. Такой базы нет ни у одного Министерства реинкарнации ни в одной стране!

Орден вообще не ограничивал себя странами. Он вырос из буддизма и считался вне политики, хотя при этом выступал серьезным лоббистом своих интересов во многих правительствах. Теркомы занимались территориями, которые далеко не всегда совпадали с границами государств, наоборот, часто сразу несколько стран находились в ведомстве одного магистра. В этом проявлялась религиозная сторона Ордена. Тхеравады же придерживаются не только на территории Испании и Португалии, а махаяны – не только во Франции и Германии. Множество последователей этих и других буддийских школ рассредоточено по всему миру, и дацаны строят без оглядки на государственные границы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Впрочем, Орден хоть и вырос из буддизма, развивался в другом направлении. Формально это до сих пор религиозная организация, однако духовными или философскими вопросами она не занимается, ее волнуют сугубо практичные вещи: контроль и безопасность записи кармы и загрузки пластин в Купола. И поэтому вот уже почти пятьсот лет она остается непререкаемым авторитетом для всех сангх и государств, хотя юридически не имеет никакой власти.