могла.
— Серов вам зачем?
— Так я за него замуж собралась, — объяснила парнишке и тут же пироженку в красивой коробочке подвинула. — Кушай, ребенок, кушай.
— Я не ребенок, — фыркнул Скороходов, но коробочку тут же умыкнул, пряча под стол.
— Не ребенок, — согласно закивала.
— Мужчина, — многозначительно прибавил Илюша и я тут же закивала. Да хоть Сталин, только дай пройти на территорию базы СОБРа. — Но вас все равно не пущу!
— Как не пустишь? — опешила я.
— Вот так, — пожал плечами Илья и показал указательным пальцем вверх. — Приказ.
— Не пустишь, значит, — недобро прищурилась я, давая шанс на отступление, но мальчик был неумолим. Головой отрицательно замахал и от окошка отодвинулся, как будто боялся, что ему сейчас, оставшимися пироженками прилетит. Видимо, слава замазанного, покоя не дает.
— Ладно, — отступила от окошка и всю выпечку гордо вручила Илье. — Бери-бери. Сотрудников угостишь.
— А вы…?
— А я пошла, — махнула рукой и заулыбалась так, что сразу стало понятно: затеваю гадость. Масштабную такую, со всем размахом.
Скороходов тоже оценил и улыбочку, и взгляд. Оценил и впечатлился. Так впечатлился, что рука самопроизвольно к телефону потянулась, но я отрицательно покачала головой.
— Не стоит, — усмехнулась и, развернувшись на шпильках, отправилась покорять неприступное здание базы СОБРа. Хотели маньяка?! Получите-распишитесь. Не жалуйтесь.
Майор Завьялов Артем Михайлович лениво перелистывал документы, вертя ручку пальцами. Работы было много и утомляла она похлеще спортзала и тира. Кто бы еще лет пять назад сказал, что начальником будет — не поверил и рассмеялся, а сейчас сидит такой важный в кабинете и отчаянно хочет назад, к ребятам. Он ведь и так поднабрал и сидеть устал, кресло протирая своей давно уже не мускулистой задницей. А там учения, операции, настоящая жизнь.
Телефон на столе заголосил и командир тут же схватил трубку, как спасательный жилет от рутины, успевшей изрядно его измотать.
— Майор Завьялов на проводе, — строгим голосом произнес Артем.
— КПП беспокоит, товарищ командир. У нас тут, похоже, ЧП, — послышался неуверенный голос Скороходова на том конце провода.
— Какое ЧП? — вот и почему он не удивлен. Скороходов, — ходячая неприятность, в чистом виде.
— Валентина приходила, — неуверенно начал солдат.
— Ага, — довольно ухмыльнулся Артем. — Сергеевна. Ну? Требует пропустить?
— Никак нет, — Скороходов сделал драматическую паузу, заставив Артема Михайловича, предвкушающего веселье, подобраться. — Я сказал, как вы и приказывали, что не пущу. А она….
— Скандал устроила?
— Никак нет, товарищ майор. Ушла.
— Как ушла? Куда ушла? — опешил Завьялов, не ожидая такого поворота событий.
— А, неее, — хмыкнул Скороходов. — Не ушла….
— Так ушла или нет? — стал злиться командир, пытаясь понять, что же в конце концов хочет сказать ему подчиненный.
— Я думал, что ушла, а она не ушла, — хрюкнул от сдерживаемого смеха Илья. — Простите, товарищ командир. Просто, срочно включите пятую камеру. Наша Валентина Сергеевна через забор лезет…
***
Гоша вытер влажные, после душа волосы полотенцем и, взглянув на себя в зеркало, почесал подбородок. Зуд не утихал, но Георгий махнул на него рукой и пошел одеваться. Все же стоило утром побриться, но ночь была беспокойная и сны в высшей степени снились дурацкие. А всему виной Валентина, которая даже ночью покоя не давала и тянула к нему свои ручки, стремясь схватить и утащить в болото. Тьфу ты! Ведьма какая-то, а не баба.
Только сейчас, подумав о чем-то сверхъестественном, Гоша заметил, что вокруг не было ни души. В принципе, так даже лучше и спокойнее, но подозрение не утихало.
Потому, одевшись, Серов выскочил из душевой и, быстрым шагом направился по коридору, прямиком в кабинет командира. Не мог же он настолько задуматься и пропустить сигнал тревоги?!
Уже на подходе понял, что сигнала не было точно, а весь народ толпится в кабинете начальника и сотрясает стены диким хохотом. Нет, Гоша тоже не прочь развлечься, но не в рабочее же время!
— Что тут происходит? — громыхнул так, что все взгляды оторвались от экрана командирского монитора и устремились на него. Минуту стояла гробовая тишина, а затем, первым не выдержал Завьялов и захохотал. Мужской коллектив едино поддержал начальника.
— Ой, Гоша- Гоша, — покачал головой Артем Михайлович и быстро нажал на кнопку выключения монитора. — Так, все по рабочим местам, поржали и хватит. Серов сюда иди.
Мужики повздыхали, но послушно двинулись на выход, то и дело хихикая, как заправские школьницы, флиртующие с молодым преподавателем.
— Дай угадаю, — потер лицо Серов и присел за стол напротив Артема Михайлович, когда в кабинете, кроме них двоих, никого не осталось. — Валя?
— Уже Валя? Плодотворно, я погляжу, ты девушку до КПП довел, — ехидно протянул начальник Серова и повернул к нему монитор, не забыв его предварительно обратно включить. — Любуйся, к чему любовь приводит.
— А я говорил, надо то дерево срезать к х*рам, — философски заметил Георгий. — А сидит то она давно так?
— Минут десять, — пожал плечами Завьялов. — Иди, герой, спасай.
— Пошел ты, — беззлобно отозвался Серов и, встав, действительно отправился на помощь, хотя больше всего хотел оставить ее на заборе. Так, по крайней мере, она до него не доберется, но совесть была грызущей заразой и не дала бы воплотить мечты в реальность. А жаль…
— Долго ты там сидеть собралась? — поинтересовался Гоша, вскинув голову к верху и приложив ребро ладони к голове. — Или гнездо надумала вить?
— Только с тобой, милый, — улыбнулась я, и ножками замахала в воздухе. Любуйся, пока есть возможность. Ножки у меня — загляденье!
— Обойдешься, — фыркнул Георгий. — А если серьезно: слезать думаешь?
— Думаю, но не могу. Я высоты боюсь!
— А какого рожна ты на забор полезла? Тогда не боялась? — похоже, кто-то злиться начинает и кипеть, аки свистящий чайник. А я что? Я ножками махаю, да плечами пожимаю. Хотел почувствовать себя мужчиной? Пожалуйста. Снимай меня теперь, герой одиночка.
— Неа. Любовь преодолевает страх.
Хорошо сижу, далеко гляжу. Ветерок волосы развевает, солнышко припекает, птички поют — заливаются, а внизу — мужчина мечты. Красота…Лепота…
— Прыгай, давай. Любовь у нее, — хмыкнул Гоша и руки выставил вперед.
— Точно поймаешь? Или я сейчас прыгну, а ты — шаг в сторону. Была Валя и нет Вали.
— Будешь много болтать, так и сделаю. Прыгай! — приказал Серов, и кто я такая, чтобы ослушаться?! Глаза зажмурила, ручки в кулачки сжала и прыгнула. Если не поймает, буду призраком ночью приходить и проклинать.
Поймал, родимый мой. Поймал! Ручищами своими сжал, что аж дыхание перехватило и глаза непроизвольно распахнулись. И смотрит насмешливо так, по-доброму, будто и не его поганый рот гадости всякие говорил. До чего же милый, так бы и ударила! Ибо нечего честных и хороших девушек
