Полоний
Истинная правда.Он просит августейшую четуПожаловать к спектаклю.
Король
С наслажденьем.Мне радостно узнать, что у негоТакие интересы. Джентльмены,И дальше поощряйте эту страсть.Пусть не хандрит.
Розенкранц
Приложим все усилья.
Розенкранц и Гильденстерн уходят.
Король
Моя Гертруда, удались и ты.За Гамлетом негласно подослали.Он здесь столкнется как бы невзначайС Офелией. Шпионы поневоле,Мы спрячемся вблизи с ее отцомИ разузнаем, в чем несчастье принца:Любовь ли это точно или нет.
Королева
Сейчас я удалюсь. А вам желаю,Офелия, чтоб ваша красотаБыла единственной болезнью принца,А ваша добродетель навелаЕго на путь, к его и вашей чести.
Офелия
О, дал бы Бог!
Королева уходит.
Полоний
Офелия, сюда.Прогуливайся. Государь, извольтеВсемилостиво скрыться. Дочь, возьмиДля вида книгу. Ваша встреча будетНечаянностью. – Все мы хороши:Святым лицом и внешним благочестьемПри случае и черта самогоОбсахарим.
Король (в сторону)
О, это слишком верно!Он этим, как ремнем, меня огрел.Ведь щеки шлюхи, если снять румяна,Не так ужасны, как мои делаПод красными словами. О, как тяжко!
Полоний
Он близко. Отойдемте, государь.
Король и Полоний уходят. Входит Гамлет.
Гамлет
Быть иль не быть, вот в чем вопрос.Достойно льТерпеть без ропота позор судьбыИль надо оказать сопротивленье,Восстать, вооружиться, победитьИли погибнуть? Умереть. ЗабытьсяИ знать, что этим обрываешь цепьСердечных мук и тысячи лишений,Присущих телу. Это ли не цельЖеланная? Скончаться. Сном забыться.Уснуть… И видеть сны? Вот и ответ.Какие сны в том смертном сне приснятся,Когда покров земного чувства снят?Вот в чем разгадка. Вот что удлиняетНесчастьям нашим жизнь на столько лет.А то кто снес бы ложное величьеПравителей, невежество вельмож,Всеобщее притворство, невозможностьИзлить себя, несчастную любовьИ призрачность заслуг в глазах ничтожеств,Когда так просто сводит все концыУдар кинжала? Кто бы согласился,Кряхтя, под ношей жизненной плестись,Когда бы неизвестность после смерти,Боязнь страны, откуда ни одинНе возвращался, не склоняла волиМириться лучше со знакомым злом,Чем бегством к незнакомому стремиться?Так малодушничает наша мысльИ вянет, как цветок, решимость нашаВ бесплодье умственного тупика.Так погибают замыслы с размахом,Вначале обещавшие успех,От долгих отлагательств. Но довольно!Офелия! О радость! ПомяниМои грехи в своих молитвах, нимфа.
Офелия
Принц, были ль вы здоровы это время?
Гамлет
Благодарю: вполне, вполне, вполне.
Офелия
Принц, у меня от вас есть подношенья,Я вам давно хотела их вернуть.Возьмите их.
Гамлет
Да полно, вы ошиблись.Я в жизни ничего вам не дарил.
Офелия
Дарили, принц, вы знаете прекрасно.С придачею певучих нежных слов,Их ценность умножавших. Так как запахИх выдохся, возьмите их назад.Порядочные девушки не ценят,Когда их одаряют – и изменят.Пожалуйста.
Гамлет
Ах, так вы порядочная девушка?
Офелия
Милорд!
Гамлет
И вы хороши собой?
Офелия
Что разумеет ваша милость?
Гамлет
То, что если вы порядочная и хороши собой, вашей порядочности нечего делать с вашей красотою.
Офелия
Разве для красоты не лучшая спутница порядочность?
Гамлет
О, конечно! И скорей красота стащит порядочность в омут, нежели порядочность исправит красоту. Прежде это считалось парадоксом, а теперь доказано. Я вас любил когда-то.
Офелия
Действительно, принц, мне верилось.
Гамлет
А не надо было верить. Нераскаян человек и неисправим. Я не любил вас.
Офелия
Тем больней я обманулась!
Гамлет
Ступай в монастырь. К чему плодить грешников? Сам я – сносной нравственности. Но и у меня столько всего, чем попрекнуть себя, что лучше бы моя мать не рожала меня. Я очень горд, мстителен, самолюбив. И в моем распоряжении больше гадостей, чем мыслей, чтобы эти гадости обдумать, фантазии, чтоб облечь их в плоть, и времени, чтоб их исполнить. Какого дьявола люди вроде меня толкутся меж небом и землею? Все мы кругом обманщики. Не верь никому из нас. Ступай добром в монастырь. Где твой отец?
Офелия
Дома, милорд.
Гамлет
Надо запирать за ним покрепче, чтобы он разыгрывал дурака только с домашними. Прощай.
Офелия
Святые силы, помогите ему!
Гамлет
Если пойдешь замуж, вот проклятье тебе в приданое. Будь непорочна, как лед, и чиста, как снег, – не уйти тебе от напраслины. Затворись в обители, говорю тебе. Иди с миром. А если тебе непременно надо мужа, выходи за глупого. Слишком уж знают умные, каких чудищ вы из них делаете. Ступай в монахини, говорю тебе! И не откладывай. Прощай.
Офелия
Силы небесные, исцелите его!
Гамлет
Наслышался я и про вашу живопись. Бог дал вам одно лицо, а вам надо обязательно переменить его на другое. Иная и хвостом, и ножкой, и языком, и всякую Божью тварь обзовет по-своему, но, во что ни пустится, все это одна святая невинность. Нет, шалишь. Довольно. На этом я спятил. Никаких свадеб. Кто уже в браке, пусть остаются в супружестве. Все, кроме одного. Остальные пусть воздержатся. Ступай в монахини!
Уходит.
Офелия
Какого обаянья ум погиб!Соединенье знанья, красноречьяИ доблести, наш праздник, цвет надежд,Законодатель вкусов и приличий,Их зеркало… все вдребезги. Все, все…А я? Кто я, беднейшая из женщин,С недавним медом клятв его в душе,Теперь, когда могучий этот разум,Как колокол надбитый, дребезжит,А юношеский облик бесподобныйИзборожден безумьем? Боже мой!Куда все скрылось? Что передо мной?
Король и Полоний возвращаются.
Король
Любовь? Он поглощен совсем не ею.К тому ж – хоть связи нет в его словах,В них нет безумья. Он не то лелеетПо темным уголкам своей души,Высиживая что-то поопасней.Чтоб вовремя беду предотвратить,Пришел я к следующему решенью:Он в Англию немедля отплыветДля сбора недовыплаченной дани.Быть может, море, новые краяИ люди выбьют у него из сердцаТо, что сидит там и над чем он самЛомает голову до отупенья.Как думаете вы?
Полоний
Что ж – это мысль.Пускай поплавает. Но я, как прежде,Уверен, что предмет его тоски –Любовь без разделенья. – Ну, дочурка?Не повторяй, что Гамлет говорил.Слыхали сами. – Что же, ваша воля.Я думаю, когда пройдет спектакль,Устроим встречу принца с королевой,Пусть с ним поговорит наедине.Хотите, я подслушаю беседу?А если не узнаем ничего,Сошлите в Англию иль заточите,Куда рассудите.
Король
Быть по сему.Влиятельных безумцев шлют в тюрьму.
Уходит.
Сцена вторая
Там же. Зал в замке.
Входят Гамлет и несколько актеров.
Гамлет
Говорите, пожалуйста, роль, как я показывал: легко и без запинки. Если же вы собираетесь горланить ее, как большинство из вас, лучше было бы отдать ее городскому глашатаю. Кроме того, не пилите воздуха этак вот руками, но всем пользуйтесь в меру. Даже в потоке, буре и, скажем, урагане страсти учитесь сдержанности, которая придает всему стойкость. Как не возмущаться, когда здоровенный детина в саженном парике рвет перед вами страсть в куски и клочья, к восторгу стоячих мест, где ни о чем, кроме немых пантомим и простого шума, не имеют понятия. Я бы отдал высечь такого молодчика за одну мысль переиродить Ирода. Это уж какое-то сверхсатанинство. Избегайте этого.
Первый актер
Будьте покойны, ваша светлость.
Гамлет
Однако и без лишней скованности, но во всем слушайтесь внутреннего голоса. Двигайтесь в согласии с диалогом, говорите, следуя движениям, с тою только оговоркой, чтобы это не выходило из границ естественности. Каждое нарушение меры отступает от назначения театра, цель которого во все времена была и будет: держать, так сказать, зеркало перед природой, показывать доблести ее истинное лицо и ее истинное – низости, и каждому веку истории – его неприкрашенный облик. Если тут перестараться или недоусердствовать, непосвященные будут смеяться, но знаток опечалится, а суд последнего, с вашего позволения, должен для вас перевешивать целый театр, полный первых. Мне попадались актеры, и среди них прославленные, и даже до небес, которые, не во гнев им будь сказано, голосом и манерами не были похожи ни на крещеных, ни на нехристей, ни на кого бы то ни было на свете. Они так двигались и завывали, что брало удивление, какой из поденщиков природы смастерил человека так неумело, – такими чудовищными выходили люди в их изображении.
