Так что Абрамовичу было нужно принять меры безопасности против слишком придирчивой администрации. И постановление от 5 декабря 2007 года, должным образом подписанное префектом департамента, разрешало Абрамовичу производить эти работы вполне законно. Но этому разрешению противоречило мнение местной водной комиссии, которая была против проекта строительства. И вот резво приступивший к делу князь бизнеса увяз в сложных переплетениях истинно французского административного крючкотворства, против которых его миллионы оказались бессильны. Это уже что-то из Кафки! Ходят даже слухи, что разрешение на строительство было дано ему в обмен на его участие в восстановлении отрезка тропы таможенников, которая проходит вдоль его поместья.
Напрасные старания! Мэр, который словно с неба свалился, идет в контратаку. Он начинает тщательно разбираться в этом деле, выходит из себя и заявляет: «Если у мэра нет власти над этой территорией, то возникает огромное противоречие: с одной стороны, мы подписали с государством хартию по охране окружающей среды и включили Мыс в охранную зону „Натура-2000“, с другой – выдали это разрешение». Роман Абрамович ничего в этом не понимает. Но мэр настаивает на своем и обращается к префекту с мольбой о помощи – подает ему, за собственной подписью, вежливую просьбу о временной остановке работ. На смену рыбаку приходят яхтсмены: они заявляют о возможных опасностях для судов, рыбаков и ныряльщиков. В марте 2008 года префект по морским делам окончательно запретил строительство. «Даже если кто-то богат, он не может обойти закон!» – радовался по этому поводу Лионетти, который уже налагал арест на имущество министров Борлоо и Барнье. Абрамович сдается.
Обжегшись на молоке, дуют на воду. А в этой истории действительно было чего испугаться многим антибцам. Они привыкли к причудам богачей и стали очень придирчиво защищать и оберегать свой полуостров. Каждый квадратный метр земли здесь редкость и потому ценится на вес золота – как же иначе, если на него много желающих. Абрамович не единственный, кто с первого взгляда влюбился в эту землю. Со времени самого большого когда-либо отмеченного во Франции нарушения правил городского строительства – дела о вилле Пеллерена, которое названо так по фамилии инициатора этого нарушения – подрядчика строительных работ из парижского квартала Дефанс. Эта история произошла еще в 1990-х годах. Пеллерен тогда убедил Управление по морскому оборудованию их департамента увеличить – за государственный счет, то есть за счет налогоплательщиков – высоту маяка на оконечности полуострова Илетт. С какой целью? А чтобы владелец виллы мог совершенно безнаказанно изменять высоту любой части своего дворца, не загораживая луч маяка. На одном из счетчиков электроэнергии была обнаружена загадочная наклейка с надписью: «Комната президента», из-за которой тогда ходили слухи, что вилла предназначалась президенту Миттерану[32].
Однако, при всей своей настороженности, местные жители стойко переносят эти превратности судьбы. Они уже привыкли жить рядом с новыми соседями и сталкиваться на улицах с этими сверхбогатыми русскими, на которых сами могут много заработать. Некоторые из русских, когда выходят в город, окружают себя целой армией телохранителей, количество которых не оставляет никаких сомнений в толщине кошелька охраняемой персоны. Торговцы чувствуют запах денег. И действительно, выходя из своих вилл на Мысе, нувориши тратят деньги без счета… Однако эти сделки окружены глубочайшей тайной. Те немногие, тщательно отобранные, торговцы из Антиба и Жуана, которые обслуживают русских, опасаются быть откровенными. «Они очень, очень хорошие клиенты, но больше я ничего не могу вам сказать: это слишком большой риск», – заявляет один торговец. «Таких клиентов трудно приобрести, а из-за малейшего лишнего слова их можно потерять», – говорит другой. Однако продавец на рынке вспомнил, как один человек купил у него колбасы на триста евро, чтобы взять ее с собой в Москву. Сама по себе это не рекордная цена, но все же это требование удивило колбасника. «Он пришел со своим шофером, но оделся бедно, чтобы его не узнали», – вспоминает торговец. А другой человек, торгующий фруктами и овощами, отмечает, что русские всегда берут много товара. «Они хотят самое лучшее и платят наличными», – добавляет он. По словам рыночных торговцев, эти покупатели берут месклан (смесь салата и ароматных трав. – Пер.) ящиками, сыр килограммами, заказывают себе целые грузовики вишни и земляники. Владелец ресторана из Вильфранш-сюр-Мер подшучивает над этими клиентами: «Когда приходят, они хотят все, что есть в карте, – все блюда сразу, чтобы попробовать». Женщина, которая работает в одном из тех сказочных замков, куда они приезжают отдыхать из городов, рассказывает вполголоса: «У них в ванных комнатах краны золотые, а серебра столько, сколько обычный человек не может даже себе представить».
Это объясняет, почему раньше вдоль решеток, ограждающих поместья некоторых миллиардеров, ходили патрули вооруженной охраны. Охрана есть и теперь, но стала менее заметной и более секретной благодаря камерам и инфракрасным лучам.
Мишель Шевийон, председатель профсоюза владельцев гостиниц в Каннах, куда входят сто сорок четыре гостиницы, предоставляющие 99 % мест для туристов в этом городе и его окрестностях, по-прежнему питает слабость к клиентам из Залива. «Они не составляют большинство среди наших клиентов, но в августе в Каннах преобладают именно они. У них большая покупательная способность, и они много потребляют». Нужно сказать, что средние расходы арабской семьи в роскошной гостинице могут достигать 15 000 евро в день!
Перед Казино стоит без присмотра «феррари» с монакскими номерами, несколько автомобилей «порше-кайен» припаркованы напротив «Кристала», каблуки-шпильки проваливаются в песок: берег моря в Жуан-ле-Пен обманчив. Новые богачи не уничтожают старые традиции. Жуан-ле-Пен еще помнит свадьбу Дейва Стюарта (бывшего участника дуэта Eurythmics) и его «сладкие мечты» (самая известная песня дуэта называется Sweet Dreems. – Пер.) праздник для шестисот гостей на острове Муреа (поразительно красивый остров во Французской Полинезии, популярное место проведения элитных свадеб. – Пер.), на пляже, где бывали Rolling Stones и Элтон Джон. Боно (знаменитый ирландский рок-музыкант. – Пер.), который появляется на Берегу почти везде, даже имеет на этом пляже постоянное место возле вольеры с птицами. Кейт Мосс и Джонни Депп шумели немного больше, чем следует, и Деде, владелец пляжа, заставил их уйти с праздника, после чего они перед ним извинились.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
