сделала глубокий вдох. Ей хотелось стабилизировать себя по крайней мере физически. Она понимала, что её ложь слишком далеко её завела, но развязка состоялась, как бы тяжело ей не было. Девушка решила остановиться и осмотреться по сторонам. Она шла по небольшой тропинке идущей по краю обрыва. Пэм увидела красоту вокруг неё. Луна была полной и ярко подсвечивала морскую гладь. Пройдя немного дальше, девушка заметила небольшую тропинку, ведущую вниз. Спустишься Пэм оказалась на небольшой пляжной полосе, расположенной в уединенной бухте. Девушка легла на спину на песок в позу йоги – шавасана, больше известная как труп и пыталась достигнуть полного расслабления и медитации, слушая звуки волн. Пэм понимала, что сейчас это не сработает и от полного бессилия и злости на саму себя, просто очень громко закричала. Когда её душевный порыв был исполнен, девушка услышала чей-то голос.
– Вы так мне всю рыбу распугаете, – обратился к девушке мужчина с удочкой, стоящий на камне. Но Пэм его не заметила, когда спускалась так как было темно и она просто не ожидала кого-либо увидеть в таком глухом месте и в такой час.
– Простите, – смущенно сказала Пэм и села на песок, глядя на мужчину, – я не помешаю вам если просто молча тут посижу? – спросила Пэм.
– Располагайтесь! – сказал мужчина. Пэм сидела и смотрела на море и старалась ни о чем не думать, а просто наслаждаться моментом. Ей не хотелось идти обратно в замок, она просто хотела побыть одна, ну или почти одна. Пэм не хотела видеть никого из того замка, ни Элейн, ни Эдварда, ни Джулию никого из друзей. Сейчас она была на эмоциях и ненавидела их всех, особенно Дэниса, который пригласил всех в замок мистера Коннолли, и зачем-то позвал Стэфана. Она думала о том, кто из их пары с Эдвардом больший мерзавец, она сама, которая изменяла или Эдвард, который флиртовал с другой. Внезапно от этих мыслей девушка рассмеялась, от абсурдности её собственных умозаключений. Конечно она понимала, что виновата только она. После того как она впервые увидела Стэфана на отдыхе в Новом Орлеане, он ей не понравился, и когда отдых подошёл к концу, она сунула ему в карман визитку своей тётушки, которая занималась лечением зависимых. Ей просто хотелось ему помочь, и кроме жалости и сочувствия она ничего к нему не испытывала, пока однажды не решила навестить тётушку в другом городе. Зайдя к родственнице на работу, Пэм увидела, как из её кабинета выходит Стэфан. Она сделала вид, что не заметила его, но он первый заговорил с ней, «Пэм? Так вот кто подложил мне визитку! А я дошёл до ручки и решил ей воспользоваться, сегодня седьмой сеанс!», – гордо заявил парень и пригласил девушку на кофе, поболтать о Новом Орлеане, о лечении, об алкогольных зависимостях. В этот день у тётушки был ещё пациент и Пэм нехотя согласилась. Но очень быстро она поняла, что Стэфан другой, он не такой каким был в Новом Орлеане, он стал эмпатичным, оказался очень эрудированным, мог поддержать любой разговор и это её подкупило. Роман со Стэфаном был для неё неким остросюжетным приключением. Она начала с ним видеться за спиной у Эдварда и это было ошибкой. Конечно Эдвард чувствовал, что его перестали любить, и сам со временем охладел, что и привело к сегодняшнему итогу. Пэм усвоила этот урок, но всё ещё не могла определить значение Стэфана в своей жизни, был ли он большой любовью или служил лишь дополнением к её жизни с Эдвардом, разрушившись которая унесёт и Стэфана далеко в историю.
– Как понять, где лишь страсть, а где настоящая любовь? – задала себе в слух вопрос Пэм.
– Одно проходит, а второе нет, – ответил рыбак, подумав, что девушка спрашивает его.
– А вы на каком из двух этапов? – с любопытством спросила Пэм у возрастного незнакомца.
– У меня почти тридцати лет была жена, которую я очень любил, но пару лет назад её не стало. Вот уже около трех месяцев у меня страсть, – сказал мужчина и загадочно улыбнулся.
– Вы начали жить заново, это отлично что у вас кто-то появился, – сказала Пэм, радуясь за рыбака, так как не все могут найти в себе силы жить дальше после утраты близкого человека.
– Да, между нами я зову её Дульсинея! – гордо сказал мужчина и по-доброму рассмеялся.
– Вы фанат Сервантеса? – спросила Пэм мужчину, пытаясь понять почему он называет свою возлюбленную именем девушки из романа «Дон Кихот».
– Нет, я так ей зову, потому что она тоже дама моего сердца, как и Дульсинея была дамой сердца идальго! – ответил мужчина, закидывая удочку.
– Очень романтично! – сказала Пэм, которой хотелось такого простого разговора с незнакомым ей человеком.
– Да, мы оба романтики. И моя Дульсинея работает в огромном замке, в отличие от героини Сервантеса, – сказал мужчина.
– Погодите, в огромном замке? Не в том ли случайно, что расположен тут? – спросила Пэм, понимая, как тесен мир.
– Да, она работает там горничной, с тех пор как замок купил мистер Коннолли, – ответил мужчина, заинтересованный реакцией девушки.
– Её зовут Элейн? – спросила Пэм, не понимая, как такое возможно и начиная поддаваться злорадству в адрес Эдварда.
– Конечно нет! Я люблю женщин своего возраста, её зовут Морин! Элейн дочь моего друга, с которым судьба сыграла злую шутку под названием Альцгеймер. Недавно я забирал его из дома, в который его всё время тянет! Он уснул на участке, а когда его разбудили, ему стало плохо. Хозяева сразу же позвонили мне, я приехал и занес его в дом, ему полегчало, но потом всё равно отвез его в больницу. К обеду позвонил Элейн, она приехала его забрать. А вы откуда знаете Элейн? Вы не местная, – сказал рыбак, переключив внимание со своей Дульсинеи на своего друга, а затем и на Пэм. Девушке вдруг стало жалко Элейн, проходить такой сложный этап в жизни как болезнь отца казалось Пэм невыносимой.
– Очень жаль вашего друга. Да, я не местная. Мы с друзьями живём в замке по приглашению хозяина, которого мы так и не видели с момента приезда, – ответила Пэм.
– Вот оно что, – смущенно сказал мужчина, приняв Пэм за типичную богачку.
– Не рассказывайте хозяину обо мне и Морин, мы иногда с ней уединяемся в тайном помещении, которое спроектировал её бывший муж для хозяина. Боюсь он может этого не одобрить, – испуганно, но не теряя достоинства попросил мужчина, виня себя за излишние откровения с девушкой.
– О нет, что вы! – смущенно ответила Пэм, не желая больше
