Аманда вздрогнула. Жизнь. Любовь. Смерть. Три великие силы. Она осталась в живых, а ведь могла бы так никогда и не встретить свою настоящую любовь. Смерть могла забрать ее раньше, чем она испытала бы сполна две великие радости, дарованные человеку Богом. Она спасена. Но для чего и для кого? Для Митча? Не так давно она восхищалась его силой, его редким вкусом к жизни. Он ввел ее в новый мир - в свой мир. Но там, на берегу, отчаявшись, он скорее готов был дать ей умереть, чем попытаться спасти, бороться за ее жизнь. А если он не пытался ее спасти, значит, ему не было никакого дела до ее жизни, ее любви.
Она закрыла глаза. Стоявший рядом врач решил, что началось действие успокоительного, которое она только что приняла. Он не знал, что она молча благодарила Провидение за подаренную ей возможность встретить завтрашний день, найти настоящую любовь и самый смысл жизни, который до сих пор от нее ускользал. Врач подумал, что она заснула, и на цыпочках вышел из комнаты.
Так, в полудреме прошло несколько минут. Вдруг Аманда ощутила чье-то чужое, но в то же время удивительно знакомое присутствие. Это был тот самый молодой бородач, который спас ей жизнь! Она непроизвольно улыбнулась ему, и он ответил ей улыбкой, одновременно складывая колечком большой и указательный пальцы, чтобы показать, что все по-прежнему хорошо.
- Приветствую своего знакомого по царству Нептуна! - Она протянула ему руку. - Как мне нас благодарить?
Он хитро улыбнулся:
- Позволить мне научить-таки вас плавать под водой по всем правилам.
У него были карие глаза с красно-рыжими искорками. Или это был отблеск его каштановых волос? Был ли он красив? Нет, пожалуй, она бы этого не сказала, и прежде всего из-за бороды. Хотя внешность у него была более интересная, чем у кого бы то ни было из ее знакомых. У него был хрипловатый, очень уверенный голос, и Аманде почему-то показалось, что она слышала его еще под водой, хотя он, разумеется, не мог там говорить.
- Нет уж, к воде я теперь и не приближусь, даже вброд не пойду. - Аманда засмеялась, но тут же сморщилась от боли.
Он успокоил ее, сказав, что уже через несколько дней боль полностью исчезнет, а ее дыхательная система придет в норму.
Тут Аманда вспомнила:
- Я ведь даже не знаю вашего имени. Поверьте, ужасно неловко благодарить за спасение собственной жизни человека, не зная, как его зовут.
- Меня зовут Норман. - Он придвинул поближе к кровати стул и сел. - Норман Харкер.
Он засмеялся, так как на лице Аманды отразился испуг. Она была удивительно красивой девушкой. Красивой, но не очень счастливой - это читалось в глубине ее глаз. Она все время смотрела так, будто старалась о чем-то забыть. Или, быть может, о ком-то. Ей так нужны были смех и счастье, ей явно не хватало улыбок, жарких поцелуев…
Аманда боролась с желанием спросить Нормана сразу о многом - о том многом, что ее совершенно не касалось. Если его имя Харкер, значит, он живет в том старом доме. А Харкер-старик - это, наверное, его отец. Как бы там ни было, Норман Харкер спас ей жизнь. И все его семейные тайны сейчас не имели никакого значения. Тем не менее Аманда содрогнулась, представив, что тела матери Нормана и ее любовника могут до сих пор лежать где-то посреди апельсиновой рощи.
Догадавшись, что Аманда думает об историях, связанных с его домом и родителями, Норман засмеялся, и Аманда рассмеялась в ответ. Всегда теперь быть веселой и счастливой - вот чего ей хотелось. Она ведь была так близко от смерти, но ей было даровано спасение.
- Я хочу быть твоим другом, Аманда. - Норман потянулся вперед и легонько дотронулся рукой до ее щеки. - Мне нужен друг, а тебе нужно счастье. Мы хорошо поладим…
- Я обязана тебе жизнью, Норман, и почту за большую честь, если ты станешь моим другом. Теперь я понимаю, что Митч, мой приятель, оказался совсем другим человеком, чем я себе представляла. Конечно, с моей стороны было весьма глупо нырять с аквалангом - я ведь не очень хорошо плаваю. Но еще большей глупостью было не понять раньше, что в нужную минуту я не смогу положиться на Митча. К сожалению, часто люди оказываются совсем не такими, как мы их себе представляем.
- Что-то вроде покупки яиц, - согласился с ней Норман. - Яйцо может выглядеть свежим, но пока ты не разобьешь его, ты так и не узнаешь, какое же оно на самом деле. Так вот и твой друг раскололся вчера, и теперь мы оба знаем, какой же он внутри, без скорлупы.
«Я- то считала, что люблю его, -с сожалением подумала Аманда. - А он оказался всего лишь имитацией настоящего мужчины, а его любовь - пустой, ничего не стоящей скорлупкой». И все же думать так ей было больно. Обидно и больно.
Глава 7
Прошло некоторое время, и Аманде снова пришлось встретиться с Митчелом Холлистером. Ей было очень нелегко выглядеть равнодушной, когда на самом деле ужасно хотелось заплакать и спросить, как же мог он так поступить с ней. Конечно, в тяжелую минуту легко запаниковать, но если ты кого-то любишь, то должен держать себя в руках. А ведь Митчел столько раз говорил ей о своей любви…
- Я пока оставлю подводное плавание, - сказал он ей, наклоняясь над больничной койкой. - И возьму несколько уроков в школе береговой охраны. Прости, тогда я относился к этому как к развлечению и не думал о возможных последствиях.
- Это развлечение могло стоить мне жизни. - Голос Аманды был хриплым и звучал холодно. - Если бы не Норман Харкер. Он сразу понял, что надо делать. Я обязана ему жизнью.
Митч скривил губы:
- Но он ведь просто сумасшедший, не так ли? Я думаю, что и испугался-то в основном из-за него, когда увидел, как этот бородач бежит к нам, словно Робинзон Крузо. - Он засмеялся, но Аманда ему не ответила, и смех его быстро угас.
Похоже, малодушие будет стоить ему слишком многого - ведь раньше он выглядел чуть ли не героем в глазах Аманды, а теперь она не желала с ним и разговаривать. По-видимому, между ними все кончено. И пытаться продолжать отношения дальше было бы просто бессмысленно. Он поднялся и сказал Аманде, чтобы та позвонила ему, если ей что-нибудь понадобится, и ушел, зная, что сам больше никогда не будет ее искать.
Аманда провела в больнице три дня, и в это время к ней приехали родители из Алабамы. Они были ужасно расстроены.
- Господи, объясни мне, ну для чего тебе понадобилось это подводное плавание?! - обратилась к дочери Дора Линдлей. - По-моему, раньше ты никогда не вела себя так опрометчиво, Аманда. Я просто чувствовала, что с тобой может произойти нечто подобное.
Крэг Линдлей наклонился к дочери:
- Дорогая, мама совершенно права. Здесь тебе просто не место, пора уже понять это и остепениться. Доктор говорит, уже завтра ты сможешь выйти отсюда. Почему бы тебе не собрать вещи и не вернуться домой вместе с нами? Мы можем выехать в любой момент.
