- Ну да, ну да – едва сдержав зевок, Добрыня подмигнул Илье – Наверное, как одна из них подпрыгнула метра на три…
- Или волчком завертелась, как юла – подхватил за ним Илья. – Ооочень интересно, - закончили они вдвоем синхронно, и рассмеялись.
- Да вы что! Да вы... – у Алёши даже слов подходящих не было, - Да вы… Да вы же выступление Людвиги пропустили! А там такое было… Такое!
- Какое? – невольно заинтересовались и Илья, и Добрыня.
- Ну, слушайте! – и Алёша начал свой рассказ.
***
Алёша терпеливо дождался, пока Алёнушка не убрала наконец свои ладошки с его глаз, и увидел, что на сцену вышла Людвига. Высокая, статная, красивая, она и в обычной то одежде приковывала к себе взгляд. Но тут… В красивом белом платье, до самых пят, расшитое золотыми нитями узорами, с широкими рукавами, с изумительной диадемой на волосах она производила сногсшибательное впечатление.
Весь зал, затаив дыхание, наблюдал, казалось, только за её выступлением, не обращая никакого внимания на остальных конкурсанток из её группы, вышедших вместе с ней на сцену. Полилась тихая музыка. Словно лебедь белая, поплыла она по сцене, закружилась в танце колдовском. Взмахнула одной рукой – вылилась вода из рукава, появилось озерцо на сцене. На взвизгнувших от попавших на них брызг трёх девиц, и отпрыгнувших в сторону, никто и внимания не обратил. Взмахнула другой рукой – появились три белых лебедя, плывущих по озерцу. Одна из девиц внезапно схватилась за глаз, в который прилетела неведомо откуда-то взявшаяся косточка, и ускакала за сцену. Никто этого и не заметил. Все заворожённо наблюдали за выступлением Людвиги. А когда она закончила – зал взорвался овациями.
- Даже странно – удивился Алёша – Что вы от этого не проснулись! Её же минут 10 со сцены не отпускали! Такие овации были не прекращающиеся, что самому Князю пришлось вставать, и зал успокаивать.
- Да мы же со смены пришли – расстроенно произнёс Добрыня – А там, сам знаешь, ночью не поспишь! Мдаа… обидно. Похоже, единственное нормальное выступление проспали…
Илья, тоже в расстройствах, подтверждающе кивнул головой.
- Да вы не расстраивайтесь! – стал успокаивать их Алёша – Ещё Настенька не выступала! А она, говорят, очень хорошо танцует…
Глава 11
Да, Настенька танцевала хорошо. Без резких движений, плавно переступая ножками, казалось, что она скользит по сцене, а не идёт. Изящные движения рук и простые наклоны головы были наполнены такой элегантностью, что приковывали к себе внимание всего зала.
Людвига аккуратно подглядывала из-за занавеса и, к своему собственному удивлению, болела за Настеньку, с которой она как-то незаметно для самой себя, сдружилась за последние дни. Хотя, чего удивительного? Среди стольких девушек, приехавших на конкурс, не мало было эгоистичных и стервозных особ, так и норовивших сделать какую-нибудь гадость друг другу, и Людвигу они, почему-то, невзлюбили особенно сильно, то ли видя в ней главную свою конкурентку, то ли завидуя её красоте, так и норовя сделать ей какую-нибудь гадость или каверзу. И Настенька, добрая душа, не раз уже помогала Людвиге или устранить последствия этих гадостей, или даже предупредить о них заранее, если слышала о готовящихся. Как-то раз она даже отдала одно из своих платьев Людвиге, когда та обнаружила своё на полу, порезанное кем-то на мелкие клочки.
Нет, конечно, если бы баба-Яга видела в ней угрозу и конкурентку, то никакая личная симпатия её не остановила бы, и Яга одной из самых первых устранила бы именно её, как наиболее опасную свою конкурентку. Но, учитывая договорённость с Князем, подобной необходимости не было, и можно было как делать гадости для души, особенно не понравившимся особам, или даже, вот как сейчас, просто поболеть за кого-то. Сама Яга уже прошла в следующий этап, единогласным решением жюри, поставившего её на первое место в своей группе. Тут Яга даже улыбнулась своим мыслям. Сегодня она не плохо тряхнула стариной. Было даже приятно вспомнить, какие овации устроил ей зал. Ну и устроенная ею тишком маленькая гадость в виде запущенной косточки в глаз одной из самых противных девок, которая уже не раз делала пакости в её адрес, приятно грела душу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Давненько она уже не испытывала такого… А ведь когда-то посмотреть на её танцы съезжались принцы со всех окрестных королевств! Уроки танцев у неё брала сама Василиса Прекрасная! Но, время, будь оно проклято, безжалостно… Ничего не осталось от былой красоты, годы всё ниже клонят её голову к земле… Какие уж тут танцы, когда при обычной то ходьбе еле ноги передвигаешь? Но ничего, потанцуем ещё! Цель близка! – ухмыльнулась Яга, и стала аплодировать закончившей своё выступление Настеньке. Жюри без долгих споров, поставило её на первое место в своей группе, и Настенька убежала за кулисы и на эмоциях, крепко обняла Людвигу. Та аж закашлялась от неожиданности, и осторожно отстранилась от Насти.
- Ну будет, будет… Чего ты? – удивленно пробормотала она, глядя на залитое слезами лицо Настеньки, - Всё хорошо, ты молодец, чего слёзы то льёшь?
- Это от счастья – выдохнула та - Я никогда ещё подобного не испытывала! Столько зрителей! Не обыкновенные ощущения! Эмоции так переполняют меня, что хочется весь мир обнять! – и ещё сильнее сдавила в своих объятиях Ягу.
- Задушишь же… - едва выдохнула та.
- Ой! Прости… Просто…
- Да понимаю я, - оборвала её оправдания Яга, - Всё хорошо. Ты не раз ещё испытаешь подобное. Ты прекрасно танцуешь!
- Правда?! – аж вспыхнула Настя, и тут же потухла – Но… до тебя мне далеко…То, что ты творишь на сцене – это что-то невероятное! Мне никогда такого не повторить…
- Конечно, я невероятная – самодовольно ответила Яга, гордо выпрямляясь – И насчёт того, что никогда не сможешь повторить, то… конечно не сможешь… - сделала паузу Яга, и Настенька даже поникла головой и вздохнула – Пока я тебя не научу! – как ни в чем не бывало продолжила Людвига, и еле успела отшатнуться от бросившейся её опять обнимать Настеньки.
- Стой, стой! Хватит уже! – еле удержала она Настю на расстоянии вытянутой руки.
- Спасибо… Спасибо! – сквозь слёзы шептала та, так и норовя всё же стиснуть в объятиях Людвигу. Та отбивалась изо всех сил.
- Да уймись же ты! Это не так-то просто. Это тяжелый, очень тяжёлый труд! Ты, ещё может, проклинать меня будешь!
- Вот уж нет… буль-буль - возмущённо начала было Настя, но тут же была заткнута кружкой с водой, невесть откуда появившейся в руках Яги.
- Успокойся уже – ласково погладила Яга Настю по плечу – Пора уже отвлечься от танцев и готовиться к завтрашнему конкурсу рисования. Надо признаться, в рисовании я не так сильна, как в танцах. И это ещё слабо сказано. Мдаа…
- Да, я тоже. Разве что зайчика какого нарисовать? – неуверенно предположила Настя.
- Зайчика? Да ты сама как зайчик – с ласковой усмешкой ответила Яга – ну да ничего. Я что-нибудь придумаю и помогу тебе!
- Правда? – удивилась Настя.
- Правда! – ответила Яга, ещё больше её удивленная своим ответом. Тут всех прошедших отбор вызвали на сцену и они, взявшись за руки, побежали туда.
***
Конкурсанток выстроили в одну шеренгу на сцене и еще раз каждую из них представили публики. Зрители, догадавшись, что нудное мероприятие подходит, наконец, к концу, устраивали бурные овации каждой из них. Князь, лично представляющий на сцене конкурсанток, воспринимал каждую из оваций на свой счёт, и без устали каждый раз раскланивался с залом, пока до людей не дошло, что если так и будет продолжатся, то это затянется ещё часа на два, и в зале установилась полная тишина. Расстроенный Князь ускорился с представлением конкурсанток и наконец добрался до последней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- И наконец, позвольте представить вам несравненную, потрясающую – тут Князь подглядел в свой список – Изольду, которая буквально очаровала всех нас своим танцем! – тут Князь ненадолго задумался. Какое-то тревожное чувство проскочило у него в груди. Он твёрдо помнил ощущение, что танец был очаровательным, но почему-то в упор не помнил ни танец, ни саму конкурсантку. – Ну и ладно. Видимо съел что-то не то. Или седьмой пирожок был лишним, с капустой который. Или с грибами? Кстати! Надо бы проверить, заготовили ли грибов на зиму! – мысли Князя плавно ушли в сторону, и он, отбросив последние сомнения, попрощался с конкурсантками и с залом, и ушёл на своё место.
