— Я разве против? Люблю конструктивные диалоги.
— А потом набрасываться на людей, — усмехнулся Дрэйк.
— Я-то?! Сам лучше, мистер Мальро? — вытянулась я, чтобы через плечо Лиара его лучше видеть. — Только и умеешь, что провоцировать, а потом осуждать. Никогда не встречала настолько ужасного человека. Чтобы все плохое прямо в одном месте. Как тебя близкие терпят, не пойму? Наверное, поэтому ты перебрался в мой дом, потому что своего не имеется — выгнали собственные родители!
Ройс выдохнул, резко ушел в сторону, словно почувствовав спиной надвигающуюся угрозу. А она уже шла на меня тараном, безжалостно обещая расплющить по полу.
— Хочешь о родителях поговорить, ведьма? — процедил он, нависая.
И ведь приходилось задирать подбородок, чтобы смотреть в глаза, гордо держать удар, каким бы он ни был.
Рядом что-то делал Лиар. Заскрипели ножки. Я не сразу поняла, что происходит, а потом мужчина подхватил меня за талию и усадил на стол, притянул к своей груди, словно укрывая надежным пледом своего тела и тем самым оберегая.
Мы не свалимся?! Да, мебель добротная, но жалко будет ее поломать.
А Дрэйк шагнул следом, уперся ладонями по обе стороны от моих ног, сам прижался к торцу. И столько гнева было в глазах, что от страха пересохло в горле.
— Тогда слушай, если тебе так интересно. Мать умерла, когда мне было семь. Отец избил ее на моих глазах до полусмерти, обвинив в измене. Потом упрекал в своем срыве меня, поколачивал в моменты сильного опьянения. К слову, они случались часто. Что-то еще рассказать, ведьмочка?
Я дернула плечом — Ройс решил воспользоваться моментом и неторопливо убрал мои волосы назад, провел пальцами по подбородку. Словно вообще не слышал откровений от кузена.
— Прекрати, — ткнула я его локтем в бок и понадежнее укуталась в халат. — Мистер Мальро, если считаешь, что твоя история должна была тронуть мое развратное сердце, то ты сильно ошибся. Случаются истории и хуже твоей. Однако… Лиар, перестань!
Я убирала его руку с живота. Старалась не обращать внимания на легкие поцелуи на шее. Он словно не слышал отказа. Вроде бы особо не напирал, но вел себя неправильно, по-хозяйски.
— Мистер Мальро, поведение родителей — не оправдание твоим поступкам… Лиар, да прекрати ты уже, — снова толкнула я его в бок, сбросила с себя ладони, даже смогла отодвинуться, но тем самым оказалась ближе к ледяному взгляду Дрэйка.
И ведь Ройс не собирался упрощать мне задачу. Двинулся следом, снова окутал своим запахом теплого моря, обнял.
— Что в моих словах навело тебя на мысль об оправдании, ведьмочка?
— Если не было его, значит, ты сейчас ищешь внимания, — снова убрала я неугомонную руку с живота. Она отвлекала. Все, что делал Ройс, сейчас лишь мешало концентрироваться на, несомненно, важном разговоре. Но я ведь сильная… — Заставляете других чувствовать себя скверно, потому что в вашей душе мрак. Заражаете им окружающих.
— Такая красивая… — прошептал Лиар, уже стягивая с плеча мой халат. Я вернула его на место.
— Ты глубоко ошибаешься, ведьмочка. Во всем. Случай с моими родителями — это показатель, каким я буду и какой уже есть. Сказал, чтобы знала, во что ты ввязалась по своей наивности полгода назад.
Руки Ройса что-то делали, ни на миг не отрывались от меня, даже если я их с себя сбрасывала. Главное, не обращать на эту ласку внимания, не прислушиваться к реакции собственного тела.
— А твое внимание… — продолжал брюнет. — Увы, нет ни малейшего желания получить его от столь развратной особы.
— Тогда зачем вы явились? — дернула я плечом. — Не для того ведь, чтобы внезапно подарить утешение мелкой дряни?
— Восхитительная Вивиан…
— Уж явно не для того, чтобы узнать, что тебя поимели другие мужчины! — снова злился Дрэйк, невольно наблюдая за своим кузеном.
— А какая разница? Задето твое самолюбие? Думал, после вас двоих я никого не захочу?
— Нежная, гладкая такая…
— Лиар, перестань!
Неугомонный, ей-богу!
— Надеялся, что ты не настолько падшая, чтобы даже после обретения связи без разбору делить постель с первым встречным мужчиной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Черт, Лиар! — отстранилась я от неуместных ласк и еще двинулась к краю стола, к Дрэйку.
Подняла голову, вдруг поняла, что слишком близко, а брюнет отодвигаться не собирался. В ловушке я.
Ройс прошелся языком по ушной раковине, внизу живота все стянуло, я судорожно выдохнула. И все это глядя в голубые глаза, которые приколачивали к столу. А Лиар не останавливался, вошел во вкус, запустил язык прямо в ухо. Вроде должно быть противно, но меня затрясло всю. Я свела бедра, почти. Уперлась ими в чужие ноги.
Точно в ловушке.
— Отойдите, — сдавленно попросила.
— С какой стати?
— Вы называете меня распут… ной. Лиар, не надо. Но сами же… Лиар! — воскликнула я, когда он пробрался в вырез халата и накрыл ладонью грудь.
Я попыталась достать его руку. Повернулась, чтобы отругать неугомонного гада, но он перехватил мое лицо за подбородок и поцеловал. Настойчиво развел мои губы, проник языком внутрь. Словно не звучало никакого отказа, и ему все позволено.
В голове плыло, внутри все ныло. Как приятно было бы поддаться…
Я еще попыталась вывернуться. Уперлась локтем куда-то, но ведь сложно. Меня уносило этим вихрем: его настойчивостью, осторожной лаской груди, юрким языком, затягивающим мой в танец-борьбу. Каждое прикосновение откликалось во мне, звучало. Все так неправильно, громко.
Нужно отстраниться, оттолкнуть!
И я оттолкнула, высвободилась, чтобы нечаянно уткнуться лбом в твердую грудь его кузена.
Не думать, не слушать стук сердца. Не поднимать глаза.
Халат медленно сползал с моих плеч. Кожу снова осыпали поцелуями. На лодыжке появилась рука, и она явно не принадлежала Лиару. Опустилась, прошлась нежно по голой ступне, вызвала смех:
— Ай, щекотно, — фыркнула я и все же запрокинула голову.
Он смотрел. Проникал в меня своим особенным холодом, сковывал легкие обжигающим морозом. Медленно-медленно скользил по ноге вверх, одними пальцами, едва касаясь. Гладил. Икры, впадинка под коленом, бедро. Дальше, дальше, задирая длинные панталоны с рюшами. И все под прижимающим меня к столу взглядом, под обжигающие поцелуи на спине, под шепот, какая я красивая, как вкусно пахну цветами, какие хрупкие у меня плечи, под собственные попытки удержать халат на груди, под неугомонное скольжение ладоней по бокам, животу.
— Только по приказу, — еще надеялась я, неотрывно глядя в голубые озера.
Дрэйк усмехнулся. Порочно, с издевкой. Добрался пальцами до промежности, словно невзначай задел клитор и под мой громкий вздох проник внутрь.
— Откажешься?
Лиар наклонился за мной, укусил за мочку, лизнул. Меня снова накрыло волной. Я попыталась свести бедра.
— Вивиан, — стон мне в ухо, отзывающийся дрожью внутри.
Ройс беспощадно убирал остатки халата, дорывал маечку. Оголял. Целовал.
Я вроде бы сопротивлялась.
— Хочу тебя, хочу. Моя нежная Вивиан.
— Или сама попросишь? — резкий контраст, уже два пальца внутри.
Дрэйк вошел ими глубже, растянул, подготавливая, играя. Большим вновь задел чувствительный бугорок, размазал по бедрам мою влагу.
— Нет, — выгнулась я едва не со стоном. — Нет, хватит.
— Уверена? Не хочешь?
Я облизала пересохшие губы. Еще держалась как-то, старалась не замечать, насколько все пылало от поцелуев и прикосновений. А ведь Лиар не думал останавливаться. Покусывал, гладил, прокручивал соски, оставлял их, ноющих без внимания, чтобы через пару минут снова начать терзать их.
Почему так сложно? Разве нельзя не реагировать? Это просто порочная ласка, она не должна меня волновать…
— Нет… Остановитесь оба, прошу, — шептала я, цепляясь за рукав Дрэйка. — Только по принуждению. Вы не услышите… от меня… «да».
Как трудно! Тело подводило, дрожало. Внизу все сводило от нетерпения. Так просто было бы поддаться, но нельзя. Нельзя!
