— Покажи!
— Изволь посмотреть!
Поглядел пан на пироги, обнюхал, — как должно! Он эти пироги — хап-хап! — тут же и съел.
— Ну, — говорит, — молодец ты, Юрий! Работник ты, как вижу, не из плохих! Одну службу сослужил. Если еще две сослужишь — отпущу к отцу. Ступай, трое суток отдыхай, а на четвертые приходи за новым приказанием.
Услышал это Юрий, запечалился:
«Вот чтоб ты лопнул, нечистая сила! Наверно, придумает работу потруднее прежней. Что тут делать? Вся надежда на девушку».
Идет он от пана хмурый, понурый. Увидела его девушка, спрашивает:
— Что ты, Юрий, такой невеселый?
— Как же мне веселым быть, когда пан хочет мне новую работу дать!
— А ты не горюй: первую работу выполнили — и вторую выполним! Когда срок наступит, смело иди к пану за приказанием.
Как наступил срок, пошел Юрий к пану.
Встретил его пан-нечистый, поздоровался:
— Здорово, молодец!
— Здорово, пан-хозяин!
— Видишь ты мой двор?
— Вижу.
— Видишь вон ту гору?
— Вижу.
— Вот на той горе построй ты за одну ночь каменный дворец, чтоб лучше моего был! И чтоб было в том дворце столько комнат, сколько дней в году; чтоб потолок был как небо чистое, чтоб ходили по нему красное солнце и светлый месяц и сверкали звезды ясные; чтоб был тот дворец крыт маком и чтоб в каждое маковое зернышко было вбито по три золотых гвоздика. И чтоб вокруг того дворца протекала река и был через ту реку мост — золотая дощечка, серебряная дощечка, золотая дощечка, серебряная дощечка… Да чтоб через мост перекинулась радуга, а концами в воду упиралась. Словом, чтоб не стыдно было людям показать! Построишь такой дворец — отпущу к отцу, не построишь — с живого кожу сдеру! У меня так заведено: коли милость — так милость, коли гнев — так гнев. А теперь иди!
Пришел Юрий к девушке и рассказал, какую работу задал ему пан.
— Не печалься, все будет сделано. К сроку будет готово! — говорит девушка. — А теперь иди к горе. Ходи да поглядывай, будто высматриваешь место, где дворец строить собираешься.
Юрий так и сделал: походил-походил возле горы, посмотрел-посмотрел кругом, а вечером пришел в хатку и лег спать.
В полночь девушка вышла на крыльцо и ударила в ладоши. Слетелись тут к ней разные чудовища.
— Здравствуй, молодая хозяйка!
— Здравствуйте, страшные чудовища!
— Зачем нас требуешь: на перекличку или на работу?
— На что мне вам перекличку делать! Требую вас на работу: надобно за эту ночь на той горе каменный дворец построить. Чтоб было в том дворце столько комнат, сколько дней в году; чтоб потолок был как небо чистое и чтоб ходили по нему красное солнце и светлый месяц и сверкали звезды ясные; чтоб был крыт тот дворец маком и чтоб в каждое маковое зернышко было вбито по три золотых гвоздика. И чтоб вокруг того дворца протекала река и был через реку мост — золотая дощечка, серебряная дощечка, золотая дощечка, серебряная дощечка… Да чтоб через мост перекинулась радуга — концами в воду упиралась!
Только сказала — бросились чудовища: кто камни носит, кто стены кладет, кто крышу кроет, кто гвоздики вбивает!
Под утро явились к девушке.
— Все ли у вас готово?
— Все готово, молодая хозяйка! Только на том вон уголке одно зернышко не успели прибить тремя гвоздиками: двумя прибили.
— Ну, это не беда. А теперь убирайтесь все туда, откуда явились!
Исчезли чудовища, как будто их и не бывало. Пришла девушка в хатку, стала будить Юрия:
— Вставай, иди к пану! Все готово!
Вышел Юрий, глянул на дворец и диву дался: стоит дворец — высотой под самое небо, над дворцом радуга играет, мост огнем горит. Во дворец вошел, глянул на потолок — чуть не ослеп: так красное солнце сияет, так светлый месяц блестит, так ясные звезды сверкают!..
Стоит Юрий на мосту, дожидается пана.
А тут скоро и сам нечистый появился. Глядит, любуется.
— Ну, молодец ты, Юрий! — говорит он. — Хорошая работа, если только она твоя! Нечего и говорить, постарался! Будет теперь тебе еще одна работа — последняя. Исполнишь — к отцу вернешься. Не исполнишь — голову потеряешь. А работа эта вот какая. Есть у меня добрый конь — цены ему нету, да необъезженный он. Объезди его!
— Хорошо, — отвечает Юрий, — завтра объезжу!
А сам думает:
«Ну какая же это работа! Да я любого коня объезжу!»
Пришел, рассказал девушке.
— Вот эта работа по мне!
— Нет, — отвечает девушка, — наперед не хвались! Эта работа самая трудная. Ты думаешь, что это будет настоящий конь? Нет, это будет сам нечистый! Не верит он, что ты бор вырубал, пшеницу сеял, пироги пек и дворец строил — хочет тебя испытать. Да ты не горюй: я тебе и тут помогу!
Утром девушка говорит Юрию:
— Ну, пора! Иди коня объезжать. Возьми этот ивовый прутик. Коли конь заупрямится да захочет тебя сбросить, ты его между ушей ударь этим прутиком — сразу утихнет, покорным станет!
Взял Юрий ивовый прутик и пошел во дворец:
— Где пан?
— Нет пана, — отвечают слуги. — Приказал он тебе идти в стойло, выводить коня да объезжать.
Вошел Юрий в стойло. Стоит там конь — золотая шерстинка, серебряная шерстинка, глаза кровью налиты, из ноздрей пламя пышет, из ушей дым валит — и подступиться невозможно. Юрий махнул ивовым прутиком — и жар ему стал нипочем. Подошел он к коню — конь на дыбы становится, под потолок подскакивает, сесть на себя не дает. А как заржал — стойло все затряслось, ходуном заходило. Юрий как ударит его меж ушей — конь так на колени и упал. Тут Юрий скорей ему на спину скок!.. Конь на дыбы — чуть-чуть седока не скинул! Да Юрий не промах: давай его хлестать прутиком меж ушей! Конь под ним беснуется, а он его знай нахлестывает. И понес его конь — летит, чуть земли касается, сам все хочет Юрия скинуть, чтоб копытами раздавить… А Юрий его хлещет, спуску ему не дает!..
Скакал-скакал конь, летал-летал и по горам, и по болотам, и через леса, да под конец так замаялся, что перестал и скакать, и летать — домой повернул. Тихим шагом пошел. Так они и на двор вернулись.
Поставил Юрий коня в стойло, а сам стал по двору бродить. Слуги панские от него отворачиваются, боятся: вдруг пан увидит — подумает, что они с Юрием в дружбе. Пришел Юрий в хатку к девушке, рассказал ей, как и что было.
— Ну, видно, добрую взбучку задал ты пану, коли сам цел вернулся! Ешь, отдыхай — ты, видать, сильно утомился.
На другой день приходит к Юрию от пана слуга, зовет к пану во дворец. Пошел Юрий. Встречает его пан с завязанным лбом.
— Ну, — говорит, — теперь я не знаю тебя, а ты не знай меня! Бери отцову запись и завтра поутру уходи!
Взял Юрий запись и пошел в хатку, сам радуется. Рассказал все девушке. Она говорит:
— Рано ты радоваться стал! Не таков пан, чтобы тебя живым выпустить. Нельзя нам утра дожидаться. Как наступит полночь, так сейчас же надо в дорогу отправляться. Надо убегать в твою сторону, не то пан погубит нас обоих!
В полночь собрались они в дорогу. Девушка велела Юрию поплевать в каждый угол хатки. Закрыли они дверь крепко-накрепко и пошли.
Как наступило утро, отправил пан своего слугу к Юрию: приказывает ему явиться. Стучит слуга в окошко.
— Вставай, — кричит, — уже день настал!
— Сейчас встану! — отвечают слюнки.
Уже солнце к полудню стало подбираться. Снова слуга пришел.
— Вставай, — кличет, — ведь уж скоро, полдень!
— Одеваюсь! — отвечают слюнки.
Уже и обедать пора. Слуга опять кличет.
— Умываюсь! — отвечают слюнки.
Обозлился пан, опять посылает за Юрием.
Пришли слуги, зовут, а слюнки высохли — никто не откликается. Выломали двери — никого в хатке нет. Как сказали об этом пану — рассердился он, разгневался, разбушевался, об стенку головой стал биться. А пани-хозяйка кричит:
— Вот и сам ушел, и служанку нашу увел! Посылай гонцов в погоню! Или живых, или мертвых, а пускай их приведут! Его пусть казни предадут, а служанка мне нужна — такой работницы, такой искусницы нигде не найти!
Пустились гонцы вслед, скачут — как конь скакать может.
И Юрий с девушкой бегут, сколько силы позволяют.
Говорит девушка Юрию:
— Приляг ухом к земле да послушай — не шумит ли дубрава, не стонет ли дорога, нет ли за нами погони?
Юрий послушал и говорит:
— Сильно шумит дубрава, сильно стонет дорога!
— Это пан-нечистый за нами погоню послал! Скоро они догонят нас. Бежим поскорей! А как будут настигать, я обернусь стадом овец, а тебя сделаю пастухом. Начнут Пановы слуги допытываться у тебя, не видел ли ты, как проходили здесь парень да девушка, ты и скажи: «Видел, когда был молод, когда нанялся пастухом да когда двух овечек пас, а сейчас я уже старик и от тех двух овечек у меня целое стадо».
И превратилась девушка в стадо овец, а Юрий стал стариком пастухом. Тут скоро и гонцы показались.
