Причудливые зеленые деревья отшатнулись, когда Мейсон подошел ближе. Луа бросила на него быстрый настороженный взгляд. Большие черные глаза, голубоватая кожа, облегающие шелковые брюки и блузка. Мейсон подумал, что старый Хокси прав и эта женщина способна доставить всем немало хлопот. Но он хотел выяснить, не способна ли она на что-то большее.
— Чейн Фейрли убит, — с ходу огорошил ее Мейсон, не найдя другого способа сказать правду.
Луа вскочила на ноги, долго смотрела на него с потрясенным видом, все еще не веря услышанному, и наконец произнесла:
— Кто его убил? Ты?
— Да, — признался Мейсон. — Он хотел застрелить Гарра Аттена, а заодно и меня. Вот мне и пришлось…
Он замолчал, а потом был слишком занят, чтобы что-то добавить. Словно дикая кошка, Луа набросилась на него, вцепившись ногтями в лицо, а другой рукой пытаясь выхватить пистолет, висевший у него на поясе.
Мейсон остановил лирианку, крепко сжал ее руки своими и как следует тряхнул:
— Убийца должен быть готов к тому, что сам может погибнуть. И ты не могла не знать об этом, когда согласилась прилететь сюда вместе с ним.
Луа внезапно перестала сопротивляться и разрыдалась:
— Что теперь со мной будет?
— Я рад, что твое горе не настолько глубоко, чтобы не думать о себе, — ядовито заметил Мейсон.
Он отпустил ее и отошел на шаг. Теперь лирианка не казалась ни сексуальной красоткой, ни дикой кошкой, а просто испуганной девочкой с размазанными по щекам слезами и трясущимися губами.
— Кто такой Фейрли? — задал вопрос Мейсон. — Кем он был на самом деле?
— Не понимаю, о чем ты говоришь. — Луа подняла на него глаза. — Мы познакомились в Линнабаре, я там была танцовщицей в развлекательном центре космопорта. Он сказал, что занимается межзвездной торговлей, что у него есть свой небольшой корабль, и предложил лететь с ним. Я согласилась. И только потом он признался, что он беглый преступник и направляется во Внешние Миры, где закону до него не добраться.
«Возможно, это правда, — подумал Мейсон. — Но если Фейрли — обыкновенный преступник, сбежавший во Внешние Миры, то зачем ему понадобилось стрелять в Гарра?»
С другой стороны, если Фейрли и есть В’ранн, орионский агент, он вполне мог притвориться лирианским преступником и прихватить с собой эту женщину как дополнительную маскировку. И у В’ранна были причины, чтобы заподозрить в «Бронде Холле» терранского агента и попытаться убить его.
— Что теперь со мной будет? — печально повторила Луа.
— Не думаю, что тебе трудно будет найти нового защитника, — проворчал Мейсон.
— Мне нравится Файаман с Дракона, — задумчиво произнесла Луа.
Мейсон подумал с неприязнью, что она оказалась дешевой потаскухой, но заставил себя вернуться к главной задаче — разобраться с личностью Фейрли. Если он был В’ранном, то облик лирианца — всего лишь маска, но с помощью косметических средств можно так изменить внешность, что только лабораторный анализ распознает подделку. Однако у Мейсона нет при себе нужных приборов, нет даже времени для исследований, потому что Гарр уже приказал своим слугам похоронить Фейрли.
Мейсон шагнул к открытой двери небольшого дома из черного камня.
— Что тебе там нужно? — обеспокоенно спросила Луа.
Мейсон не ответил и вошел внутрь, оставив испуганную женщину за спиной.
Во всем доме только три темные и сырые комнаты выглядели обжитыми. На кухне царил беспорядок, и Мейсон решил, что стряпня и уборка не входят в число талантов Луа. Зато ее безвкусные наряды и украшения были разложены в спальне с большой любовью.
Он быстро осмотрел пожитки Чейна Фейрли. Обычные припасы, какие возит с собой любой беглый преступник: оружие, карты, вино и несколько трехмерных фотографий девушек, которые наверняка вызвали бы жгучую ревность Луа, если бы та их увидела. Ни одна вещь здесь не говорила о том, что Фейрли на самом деле был В’ранном с Ориона. С другой стороны, лучший агент орионской разведки и не должен иметь при себе ничего такого, что способно его выдать.
Мейсон остановился в хмуром раздумье и вдруг услышал снаружи резкий голос Файамана:
— Луа, мне только что передали, будто бы сегодня Гарр Аттен наконец-то расскажет нам о своих планах, и я…
— Чейн убит, — перебила его Луа пронзительным, срывающимся голосом. — Бронд Холл сам признался, что это его работа. Он сейчас в доме!
Мейсон вышел из темного помещения под ослепительные лучи зеленого солнца. Файаман с проклятьями повернулся к нему, потянувшись рукой под рубашку.
— Рад видеть, что ты так удивлен этой новостью, — сказал Мейсон. — Если бы Фейрли отправился убивать Гарра по твоему приказу, ты бы сейчас вообще не удивился.
— Что за ерунду ты несешь? — спросил Файаман с напряженным, мраморно-белым лицом.
— Он сказал, что Чейн пытался убить Гарра, — объяснила Луа. — Поэтому он и убил Чейна. Он так меня напугал, — добавила она со слезами на глазах.
Файаман все никак не решался выхватить пистолет. Тень сомнения пробежала по его лицу.
— Это правда, — кивнул Мейсон. — Гарр не верит, что Фейрли, совсем недавно появившийся здесь, мог сам желать его смерти.
Файаман растерялся еще сильнее и медленно вытащил руку из-под рубашки.
— Понятно, — пробормотал он. — Ты спас Гарра, чтобы втереться к нему в доверие. Ты хитрый малый, Бронд. Беда лишь в том, что недостаточно хитрый.
— Да, именно таким я был, когда отправился в рейд, оставив тебя за спиной, чтобы ты преспокойно сдал меня, — жестко ответил Мейсон. — В следующий раз ты не получишь такого шанса. Я позабочусь, чтобы ты больше ничего никому не смог сообщить.
Файаман усмехнулся:
— В любой момент, Бронд. Когда только захочешь.
Мейсон прошел мимо, заметив, как Луа прижимается к Файаману, словно щенок, подлизывающийся к новому хозяину.
Он понимал, что недалеко продвинулся в своем расследовании. Удобнее было бы посчитать Чейна Фейрли В’ранном, поскольку это означало бы, что орионский агент мертв. Но Мейсон не обнаружил никаких доказательств. И если он ошибается, если В’ранн — это кто-то другой, то он ходит сейчас по минному полю. Агент Ориона все еще здесь, и орионские крейсеры спрятались в засаде в глубине туманности, готовые сорваться с цепи, как только пропавший Рилл Эмрис будет обнаружен.
Мейсон продолжал размышлять над этим, когда снова повстречал Хокси. Старый землянин уже знал последние новости и радостно поприветствовал Мейсона:
— Значит, ты убил Чейна Фейрли? Отлично, на Куруне снова начинается веселая жизнь. Подозреваю, что теперь вы с Файаманом поцапаетесь из-за этой девки. — Он восхищенно похлопал Мейсона по спине. — Идем ко мне, Бронд. Все равно твой дом развалился, пока тебя здесь не было. А у меня найдется пара бутылок доброго вина.
Мейсон отправился вместе с Хокси к нему домой и пил вино, пока в голове не загудело. Он заставил себя сохранять ясность ума. Ему нужно было накачать Хокси, не вызывая подозрений, и узнать, кто еще из новичков, недавно прибывших во Внешние Миры, мог оказаться В’ранном.
— Нет, здесь не появилось ни одного крепкого и отчаянного парня, наподобие тех, что прилетали к нам в прежние времена, — огорченно сказал Хокси, утирая рот. — Гарр стал чересчур привередливым, он не хочет, чтобы у нас здесь стреляли или что-нибудь еще в этом роде. Как будто пара старых добрых убийств может на что-то повлиять.
— Ты говорил о человеке по имени Цин Дири, который прилетел сюда, а потом куда-то пропал, — напомнил Мейсон.
— Он не был крутым парнем. Худой, дерганый какой-то. Сказал, что родом с Арго, хотя мне показалось, что совсем не похож. Но это было месяц назад, а потом Гарр отвез его куда-то дальше.
Мейсон подумал, что Цин Дири никак не может быть В’ранном, и вдруг до него дошло: этот человек вполне может оказаться Риллом Эмрисом.
Но кто же тогда В’ранн? Мейсону по-прежнему не давала покоя мысль о том, что орионский агент все еще жив. А через несколько часов Гарр Аттен откроет капитанам свои планы…
