Военный вождь Консех глянул на светлеющие небеса. На губах его появились тихие слова молитвы, но лицо вспыхнуло от стыда.
- Потому ли мне так стыдно, Питеа, что я молюсь тому, в кого не верю? Или стыд мой вызван тем, что я возношу к моему истинному Богу молитву убийцы?
Прошептав все это, Консех ушел, позволив мертвому разведчику утаить ответы на его вопросы.
В тот вечер, когда Ааква скрылся в Стране Смерти, шатер Ухе был озарен изнутри ярким светом факелов. У Ухе собрались сперва пятеро разведчиков и Киоc, составитель карт. Отпустив их всех, он вызвал своих военачальников. Когда те собрались в шатре и расселись вокруг карты, Ухе обратился к ним с такими словами:
- Разведчики подтверждают сведения, за доставку которых храбрый Питеа заплатил жизнью. Нам противостоят восемь тысяч воинов, на севере еще одиннадцать тысяч. Все вооружены и готовы драться.
Берула указал на карту.
- И ради этого мы потратили целый день? Это нам уже известно.
- Это еще не все. - Ухе присел рядом с картой и ткнул в нее пальцем. Вот долина, где мы сейчас находимся. - Палец Ухе заскользил дальше. - Вот здесь, на обращенных к нам склонах, иррведах приготовили нам ловушки, а за ними, за этим хребтом, встали те самые восемь тысяч. Но за восемью тысячами высится еще одна гора, а на ней стоит правитель иррведах, великий Токках.
Ухе сложил руки на коленях и сцепил пальцы.
- Знайте и то, что иррведах сильно удивились, когда мы не напали на них сегодня утром. Это возымело три результата. Во-первых, восемь тысяч провели ночь не там, где собирались. Их провизия по-прежнему остается у одиннадцати тысяч, стоящих на севере.
Яга вытянул руки.
- Не поесть один день - велика важность!
Ухе улыбнулся и кивнул.
- Для тех, кому приходилось питаться собственными детьми, - невелика. Но иррведах никогда не знали голода. Слушайте дальше. Они развели костры и напились вина, уверенные, что мы их испугались.
Военные вожди засмеялись. Один Консех сохранил серьезность.
- Разве это значит, что мы избежим схватки, Ухе?
- Возможно, и нет, Консех. Но подумай вот о чем: Токках не выстроил свои силы эшелонами, как сделали мы. Даже самым маленьким своим отрядом он командует самолично.
Консех потер подбородок и кивнул.
- Это как жук: если ему оторвать голову, то лапки дергаются без всякого толку.
Ухе оглядел своих командиров.
- Этой ночью иррведах развели костры, они шумели, напились дынного вина. Консех, ты прикажешь своему первому командиру, чтобы все в его полуденве вымазались грязью и захватили с собой только мясницкие топоры. Дождавшись кромешной тьмы, они двинутся на восток. Пусть хорошенько запомнят, как расположены ловушки на склонах, чтобы мы сумели их обойти. Потом полуденве тихо минует восемь тысяч иррведах и захватит Токкаха живым.
Военачальники удивленно зашептались. Подождав, пока они угомонятся, Ухе продолжил:
- Те из наших воинов, кто попадет в плен, не должны выдать наш план. Раненых придется убивать. Те, кто окажется в плену живым, должны будут сами наложить на себя руки.
Ухе снова указал на карту.
- Третий и Четвертый денве останутся на том самом месте, где мы стоим сейчас, а тзиен денведах двинутся на запад, причем бегом. Еще до рассвета тзиен денведах должны достичь западного края позиции одиннадцати тысяч иррведах на севере, обойти их и рассеяться на возвышенности позади них. Жизненно важно, чтобы об их действиях ничего не было известно, пока я сам не решу о них объявить.
Ухе выпрямился и посмотрел на Консеха.
- Я присоединюсь к полуденве, которое будет пленять Токкаха.
Первый военный вождь вскочил.
- Разумно ли это? Что станет с денведах, если ты погибнешь?
Ухе посмотрел на карту.
- Отвечаю на твой второй вопрос, Консех. Если я паду, мое место займешь ты, а твой первый командир займет место первого военного вождя. Денведах продолжает следовать Закону Войны, провозглашенному Ааквой.
- А первый мой вопрос? - напомнил ему Консех.
- Разумно ли? - Ухе сцепил руки за спиной. - Я хочу передать Токкаху послание.
- Все мы с родительской утробы обучены запоминанию. Любой смог бы передать Токкаху твое послание. Я снова задаю свой вопрос: разумно ли это?
Ухе думал много мыслей сразу, в том числе о тайнах, кроющихся в темных уголках его собственного сознания. Завершив размышления, вождь, денведах посмотрел на своего первого военного вождя.
- Не хочу ждать, пока твои гонцы доставят мне ответ Токкаха. Лучше мне самому его выслушать. А на твой вопрос я отвечаю: возможно, это неразумно. Тем не менее приказ отдан, остается его исполнить.
Обсудив с военными вождями подробности плана и распустив всех, кроме Консеха, Ухе услыхал из уст последнего:
- Предположим, ты не доберешься до Токкаха, Ухе. Каково послание, которое ты хочешь ему передать?
Ухе опустился на шкуры для спанья и уставился в пустоту.
- Я не уверен. Уверенность появится только тогда, когда я увижу Токкаха.
Консех двинулся к выходу из палатки.
- Твой приказ будет выполнен. - Но, прежде чем выйти, первый военный вождь остановился и оглянулся на Ухе. - Трудно ли это - ждать, пока будут исполнены твои повеления?
Ухе закрыл глаза.
- Да, трудно, Консех. Сообщи, когда твой первый полуденве будет готов.
В ту ночь Токках, правитель иррведах, сидел перед своим костром, пытаясь различить в пламени послание Ааквы. Богопротивные маведах поступили не так, как предсказывали жрецы Ааквы. Однодневное лишение пищи не повредит воинам, но до Токкаха уже доходили сведения о проявляемом ими недовольстве.
Почему маведах не напали?
Неужели они способны испытывать страх перед иррведах? Изучив факты, Токках отбросил все фантазии. Факты свидетельствовали, что маведах вообще ничего не боятся.
Тогда почему они не напали? Почему, почему, почему? ? ?
Токках встал и отошел от огня. В горах над долиной горели костры его воинов. Токках с отвращением махнул рукой. И это воины?
Они праздновали победу, которой не было. Большинство из них крестьяне, жнецы, собиратели плодов - не нюхали войны. Они упорно тренировались, чтобы дать отпор маведах, однако и до сих пор лучше разбирались в возделывании полей, чем в ратных делах. И все равно они смели радоваться. То была радость по поводу того, что на них не напали.
Токках запрокинул голову. В небе горели загадочные звезды. Маведах не удавалось пленять живыми. Зато в их рядах уже были иррведах, бывшие пленные. Токкаху успели надоесть разговоры про десницу Бога Дневного Света - Ухе, вождя маведах, переименовавшихся в "денведах". Ухе утверждал, что претворяет в жизнь новый закон Ааквы - Закон Войны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
