Банкир ничего не дает за просто так. Он уверен в том, что деньги будут возвращены. Он лишь обменивает более ликвидную форму имущества на менее ликвидную. Иногда он ошибается, и от этого страдает не только сам банкир, но и все сообщество, поскольку ценности, которые предполагал произвести займополучатель, не произведены, а ресурсы потрачены впустую.
Теперь, предположим, что банкир предоставляет займ А, обладающему хорошей репутацией. Но правительство включается в кредитную деятельность с благотворительным настроем потому, как мы утверждаем, что оно беспокоится о В.
Последний не может получить деньги по закладной или в виде другой формы займа, поскольку его репутация частным заимодателям не известна. У него нет сбережений; у него нет впечатляющего делового фермерского опыта; вполне возможно, что в данный момент он получает пособие по безработице. Почему, задаются вопросом защитники правительственной системы кредитования, не сделать из него полезного и производительного члена общества, ссудив ему достаточно средств для приобретения фермы и мула, или трактора, и основания своего бизнеса?
Возможно, в индивидуальном случае эта схема может хорошо сработать. Но очевидно то, что в целом люди, отбираемые по этим правительственным стандартам, будут представлять больший риск, нежели люди, отобранные на основе частных стандартов. Из предоставляемых им денег большие суммы будут потеряны. Процент банкротств среди них будет намного выше. Они будут менее производительными заемщиками. На них будет потрачено больше ресурсов впустую. Кроме того, получатели государственного кредита приобретут свои фермы и трактора за счет тех, кто в противном случае стал бы получателем частных кредитов. Благодаря тому, что у В есть ферма, А лишается фермы.
Лишенный фермы А может быть выдавлен из бизнеса по следующим причинам: 1) роста процентных ставок, обусловленного действиями правительства; 2) роста цен на фермы в результате этих действий; 3) отсутствия по соседству других ферм. В любом случае итоговым результатом правительственного кредитования становится не рост произведенного сообществом совокупного богатства, а его сокращение, так как доступный реальный капитал (состоящий из реальных ферм, тракторов и т. д.) оказался в руках менее производительных заемщиков, а не в руках более производительных и заслуживающих доверия людей.
2
Рассматриваемый вопрос станет яснее, если от фермерства мы перейдем к другим сферам бизнеса. Нередко выдвигается предложение о том, чтобы государство брало на себя риски, «слишком высокие для частной индустрии». Подразумевается, что бюрократам надо разрешить рисковать деньгами налогоплательщиков, при том что сами они, будь затронут вопрос об использовании их собственных средств, никогда не пошли бы на подобный риск. Такая политика наносит ущерб в самых разнообразных формах. Возникает фаворитизм — займы предоставляются друзьям или в обмен на взятки. Скандалы становятся постоянными. Она ведет к взаимным обвинениям каждый раз, когда деньги налогоплательщиков выбрасываются на предприятия, в итоге обанкротившиеся. При этом усиливаются требования по установлению социалистического строя, ибо вопрос ставится четко: если правительство планирует брать на себя риски, то почему бы ему не получать и прибыль? Как можно оправданно требовать, чтобы налогоплательщики брали на себя риски, в то время как частному капиталу по разрешению свыше позволяется иметь прибыль? (Кстати, как мы увидим далее, это уже делается при предоставлении фермерам «безвозмездных» правительственных займов.)
Но пока мы опустим рассмотрение всех этих форм ущерба, а сконцентрируем свое внимание на одном последствии предоставления займов такого типа. Оно заключается в том, что капитал тратится впустую и происходит сокращение объемов производства.
Имеющийся капитал направляют в плохие или наиболее сомнительные проекты, в руки тех, кто является наименее компетентным и заслуживающим доверия, чем тот, кто получил бы его в ином случае. Ибо в любой момент объем реального капитала (в отличие от денежных знаков, выдаваемых на гора печатным станком) ограничен. То, что дают S, не может быть дано А.
Люди хотят инвестировать свой собственный капитал, но при этом действуют осмотрительно: они хотят вернуть вложенные ими средства. Поэтому большинство заимодателей тщательно рассматривает каждое предложение, прежде чем идет на риск вложения денег. Они взвешивают перспективы прибыли и риск убытка. Безусловно, иногда они ошибаются, но по некоторым причинам, как правило, допускают ошибок меньше, чем правительственные заимодатели. Прежде всего, деньги являются их собственными или добровольно им вверенными. Правительство же при предоставлении займа использует деньги, принадлежащие другим людям, изъятые у них в форме налогов вне зависимости от их личного желания. Частные средства будут инвестированы лишь в том случае, когда возвращение денег, включающее процент или прибыль, стопроцентно ожидается. Подразумевается, что тот, кому предоставили займ, будет производить для рынка такие вещи, которые реально нужны людям. Правительственные же деньги скорее всего будут даны в долг с некоей расплывчатой общей формулировкой, типа «обеспечения занятости»; и чем менее производительны работы, то есть, чем больший объем занятости они потребуют относительно ценности конечного продукта, тем более благосклонно будут восприняты идеи об инвестициях.
Частные заимодатели, более того, проходят жесткий отбор испытания рынком. Если они допускают серьезные ошибки, то теряют свои деньги, и в конечном итоге у них не остается средств для предоставления займов. Только в том случае, если их прошлая деятельность была успешной, у них появляется больше денег, которые они могут предоставить в долг в будущем. Таким образом, частные заимодатели (за исключением сравнительно небольшой части людей, получивших средства в наследство) проходят жесткий отбор, при котором выживают наиболее приспособленные. Правительственные же заимодатели, это либо те люди, которые прошли экзаменовку для несения гражданской службы и знают, каким образом необходимо отвечать гипотетически на гипотетические вопросы, либо же это люди, которые могут приводить наиболее правдоподобные доводы в пользу предоставления займов и наиболее благовидные аргументы, почему не их виной является то, что займы были утеряны. Но итоговый результат остается тот же: частные займы позволяют использовать имеющиеся ресурсы и капитал намного лучше, чем правительственные. Правительственные займы приводят к гораздо большим потерям капитала и ресурсов, чем частные. Короче говоря, государственные займы, в сравнении с частными, сокращают, а не увеличивают производство.
