Его презентация, да? Синди вздернула подбородок, раскаленная лава гнева пылала в ее душе. Ее шкурные интересы?
— Нам очень повезло, что Баррингтон не попался на твою приманку. Нам чертовски повезло, что ему понравилась идея.
Синди сощурилась.
— Кайл… — Она заставила все ненужные мысли исчезнуть из своей головы. Ей потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. Она не думала, что в состоянии разъяриться до такой степени.
Он спросил, как она смеет? А он как смеет?! Как он смеет обвинять ее в использовании презентации в корыстных целях?
— Нам безумно посчастливилось, — продолжал Кайл, — что Баррингтон достаточно воспитан, чтобы пропустить твой грубый, бестактный вопрос мимо ушей и дать «добро» «Эпохе рыцарей».
Проглотив большой комок, застрявший в горле, Синди подняла папку с файлами, где лежали ее заметки к выступлению, и впилась взглядом в начальника.
— Повезло… — прошипела она сквозь сжатые зубы, — посчастливилось? Ничего подобного! Ты — и я тоже! — упорно трудились над этой идеей. И добились успеха. Большого успеха. Именно поэтому Баррингтону понравился наш проект. И, к твоему сведению, я никогда не стану использовать деловую встречу ради… — Синди не смогла закончить предложение. — Черт возьми, только подумай, о чем ты говоришь!
Не желая дольше оставаться наедине с Кайлом, она развернулась на каблуках и вышла из конференц-зала.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Синди смотрела в окно своего кабинета. Ландшафт вокруг «Баррингтон корпорейшн» ничуть не изменился. Обычно она находила этот пейзаж мирным и безмятежным, прекрасным в своем совершенстве. Но сегодня он казался пустынным и безжизненным. Синди чувствовала, как от освещенной солнцем песчаной поверхности веет одиночеством. Она знала, что впечатление, будто весь Финикс — сплошная пустыня, целиком зависит от ее настроения.
За все время совместной работы с Кайлом они никогда не говорили друг другу грубых слов. И вот сейчас Синди было не по себе оттого, что они повздорили. К счастью, она не может назвать их едкий диалог спором! Хорошо еще, что она покинула конференц-зал прежде, чем они опустились до сердитой перебранки. Однако она серьезно опасалась, что короткий словесный поединок навсегда изменил их отношения.
И это была ее вина.
Ну почему внимание Кайла, его поведение так вывели ее из равновесия? Господи, простое воспоминание о поцелуе все еще заставляло сердце Синди колотиться в груди. Если бы только она сохранила холодную голову и не поддалась его соблазняющему поведению! Если бы только ее так не ошеломили его поцелуй и поздравление! Если бы только она не запаниковала…
Синди со стоном выдохнула и прижалась лбом к толстому оконному стеклу. Почему, черт возьми, ей срочно понадобилось проверить Кайла? Зачем она намекнула, что подумывает о переходе на другую работу? Никак не ниже, чем помощник нового президента «Баррингтон корпорейшн», да? Она полностью утратила свою интуицию?
Глупый вызов Синди должен был насторожить его, угрожающе быстро подвести к разгадке ее чувств. Но случилось самое худшее: он неверно истолковал ситуацию в целом. Кайл сложил вместе изменение внешности Синди, совпавшее с публичным выступлением, ее вопрос мистеру Баррингтону относительно преемника и полностью идиотское предположение, что она могла бы выставить свою кандидатуру на должность персонального помощника нового президента. В итоге в голове Кайла родилась гипотеза, глупее которой трудно даже представить.
Новый имидж Синди подарили подруги, это просто и очевидно. Вопрос мистеру Баррингтону она задала ради блага нового проекта, не более того. А глупый намек на содействие при продвижении по служебной лестнице являлся всего-навсего уловкой, чтобы заставить Кайла признаться в своих чувствах.
Теперь можно попрощаться с любыми мыслями по поводу близких отношений с Кайлом. Тем более, что все прошедшие с момента презентации рабочие дни шеф держался с ней весьма прохладно. Синди расценила его поведение вполне однозначно: Кайл дал ей понять, что именно она в значительной степени разрушила тот замечательный творческий союз, который существовал вплоть до недавнего времени. Во всяком случае, так это выглядело со стороны.
Синди сожалела, что не может объясниться с Кайлом. Она сокрушалась, что не в состоянии доказать ему, что он неправильно истолковал случившееся на презентации.
Синди моргнула несколько раз и пристально уставилась на подоконник. Внезапное озарение пронзило ее как удар молнии. Конечно! Это именно то, что она должна сделать. Она все объяснит Кайлу. Швырнув карандаш на свой рабочий стол, она направилась к выходу.
Синди толкнула дверь в кабинет Кайла, даже не постучав. Он надиктовывал письмо в диктофон, чтобы чуть позже отправить ленту с записью в отдел печати, где документ переведут в компьютер, распечатают и отошлют по почте. Кайлу никогда не нравилась идея иметь личного секретаря. Вместо этого он предпочитал сам отвечать на письма и телефонные звонки и регистрировать собственную почту. Тогда, не однажды заявлял мистер Прентис, если документ окажется не на месте или сорвется телефонный разговор, он не станет никого укорять. Вина будет лежать непосредственно на нем. Однако до сих пор ни один документ не потерялся в его кабинете, а приходящая почта не валялась где попало. Кайл чересчур организованный человек, чтобы с ним произошло что-нибудь подобное. Все, кто связывался с мистером Прентисом, письменно или по телефону, всегда получали личный ответ. Кайл считал ниже своего профессионального достоинства общаться с людьми и вести бизнес через посредников.
Положив ладони на стол, Синди наклонилась к нему.
— Мы должны поговорить.
Ей показалось, что в его глубоких карих глазах мелькнула настороженность. Но она была слишком возбуждена, чтобы пускаться в долгие размышления о чувствах босса.
Она выпрямилась. На какую-то долю секунды все внимание Синди обратилось на губы Кайла. Она помнила его головокружительный поцелуй и горячее желание, которое он зажег в ней. Но в следующий момент она решительно отодвинула воспоминания в сторону.
— Я хочу поговорить, — повторила Синди. — И ты должен меня выслушать.
Кайл продолжал смотреть на нее, неподвижный, откровенно холодный, и Синди почувствовала, как по ее коже пробежала волна странной дрожи. Однако она проигнорировала внезапный приступ тревоги: она должна продолжать во что бы то ни стало. От того, что она скажет, зависит ее судьба.
— Я хочу, чтобы ты знал, — начала Синди, — я ни на мгновенье не собиралась уходить на другую работу. Вне зависимости от того, продвинусь я по службе или нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
