что он не разбазаривает такие драгоценности, как свои улыбки, а дарит их только избранным.
— Не обиделся? Угу, — Лена пристально смотрела в лицо Евгения.
— Не обиделся, но очень расстроился, — продолжил Евгений.
— А на мои звонки почему не отвечал?
— Хотел проверить, как далеко ты можешь и готова зайти.
— Проверяльщик, — проворчала Елена, уткнувшись лицом в плечо Евгения.
— Не обижайся, — Плетнёв осторожно провел ладонью по макушке Елены. — Чувства не всегда добавляют нам ума; скорее, даже наоборот.
— Я обещаю тебе, Женя, — больше никаких совместных дел с Николаем.
— Я тебе верю. А что будем делать, когда вернётся Тимофей? Как объясняться? Прости, но отступать я не намерен.
— А твой сын? Как он воспримет?
— Я же виделся с Антоном, даже общался с ним целую неделю, и сказал ему о том, что женюсь.
— Даже так? — сердце Лены замерло от счастья и волнения.
— Только так, больше никак, — твёрдо сказал Плетнёв. — Я не признаю никаких там сожительств.
— Оригинальное предложение руки и сердца, но я, кажется, готова согласиться, — улыбнулась Лена.
Лена ненадолго задумалась, а потом снова заговорила:
— Есть у меня одна идея по поводу объяснения с Тимой.
* * * * * * *
Тимофей приехал в конце июня, и встречи Лены и Евгения пока происходили на территории Плетнёва. Конечно, Евгений был совсем не в восторге от того, что любимая теперь встречается с ним украдкой и "по часам", однако терпеливо ждал отпуска Лены.
В начале июля Лена и Тимофей собиралась отправиться в самостоятельный "тур" по разным городам России; в планах было посетить Москву, Санкт-Петербург, Казань и часть городов, входящих в Золотое кольцо.
А перед этим решено было провести выходные на новой популярной базе отдыха за городом, просто лениво отдохнуть и порыбачить на специальном пруду.
Накануне отъезда, когда Тимофей за ужином в очередной раз делился впечатлениями о жизни в Сочи, Лена решилась на откровенный разговор.
— Тима, а у меня тоже есть для тебя новости, — осторожно начала она.
— Какие? — сын удивлённо посмотрел на неё. — Неужели всё-таки замуж выходишь?
Лена, которая не была готова к такому повороту, не успела перевести всё в шутку, а может, это было и к лучшему.
— Правда что ли выходишь? — прочитав ответ по лицу матери, снова спросил Тима.
— Ну я не прямо завтра выхожу, — откашлявшись, заговорила Лена. — Но предложение мне сделали. А как ты догадался? И почему "всё-таки"?
— Не знаю, — пожал плечами Тимофей. Он выглядел немного растерянным. — Папа, когда звонит, или когда мы встречаемся, всегда спрашивает, не собираешься ли ты ещё замуж.
— Вот как?
— Да. Он говорит, что ты очень красивая женщина, и на тебе обязательно захочет жениться какой-нибудь мужик.
— А ещё что говорит? — Лена не столько удивилась тому, о чём рассказал Тима, сколько ей этот факт показался неприятным.
— Говорит, чтобы я приходил жить к нему, если ты выйдешь замуж.
Так. Вот оно! Лена подозревала нечто подобное, как только Тима начал рассказывать об отце.
— С какой стати? Во-первых, я никогда не выйду замуж за человека, который станет тебя обижать или будет плохо относиться к тебе. А во-вторых, ты давно имеешь право сам выбирать, с кем оставаться. И я очень надеюсь на то, что ты останешься со мной, как остался тогда, когда отец ушёл и подал на развод. В конце концов, Тима, согласись, что нашу семью разрушил он, а теперь ещё и пытается нами манипулировать!
Лену даже затрясло от волнения. Каков наглец! Бросил их, живёт в своё удовольствие, да ещё и условия диктует ей и Тимофею?!
— Мама, не переживай ты так! — испугался сын. — Конечно, я тебя не брошу! Как я оставлю тебя? И жить в этом музее с папой и с его этой Лианой я никогда не соглашусь. Главное, чтобы ты меня любила так же, как любишь сейчас, когда выйдешь замуж.
— Конечно, сынок, ты что? Я всегда буду так же сильно любить тебя, даже тогда, когда ты станешь совсем взрослым и солидным.
Лена обняла сына и всхлипнула.
— А когда ты познакомишь меня с этим… твоим женихом? — Тимофей осторожно положил ладонь на плечо матери.
Сейчас он уже не обнимал её так, как раньше, когда был маленьким.
— Скоро, Тима, до того, как мы уедем в путешествие.
— Мам, — замялся Тимофей. — А в путешествие… мы ведь поедем вдвоём с тобой, как договорились?
Вопрос был очень сложный. Конечно, Лена и Евгений мечтали о том, что Тимофей согласится на путешествие втроём. Тогда бы в Москве можно было познакомиться с сыном Евгения. Но, хотя шансов на согласие было не слишком много, давить на Тиму не собирались: ведь изначально ему было обещано путешествие вдвоём с матерью.
Потому Лена ответила:
— Как договорились, так и поедем, сынок, не переживай.
В дебаты с Николаем Лена решила пока не вступать, подождать его следующей "инициативы" в отношении сына. Вдруг он так, ради красного словца предложил Тимке переехать к нему? Тоже не исключено.
* * * * * * *
На базу отдыха Лена и Тимофей приехали рано утром в субботу. Позавтракали и отправились осматривать территорию.
Они как раз шли мимо живописной рощицы к пруду, когда откуда-то сбоку раздался громкий и радостный голос — нечто среднее между мужским и мальчишеским, юношеский.
— Тимоха, привет!
— Кир, здоро́во! — обрадованно откликнулся Тимофей.
Кирилл, племянник Евгения, тот самый, с которым они как-то по весне встретились в пиццерии, тоже шагал в сторону пруда, только с другой стороны. Парень был экипирован для рыбалки, а в руках нёс удочку и специальное ведро.
Оказалось, что Кирилл, его брат Слава и их дядя Женя отдыхают здесь уже второй день.
— Мы хотели втроём на рыбалку идти, да Славка дрыхнет, давит массу, завтрак даже проспал, а дядя Женя ждёт, когда он проснётся, — бодро рассказывал Кирилл, успевая проводить экскурсию по пруду для Лены и Тимофея — Может, вы хотите порыбачить?
— Очень хотим! — у Тимофея сразу загорелись глаза.
Не то что бы Лена очень любила рыбалку, но она знала, что здесь рыбалка включена в стоимость (хотя путевки покупал Женя), а значит, надо рыбачить.
Они отправились за снастями втроём, Кирилл — в авангарде, и уже шли обратно, когда на пруду наконец-то появились Слава и Евгений Васильевич.
Весь день они провели впятером, и все были очень довольны. Мальчишки строили планы на воскресенье, взрослые выразительно, но молча переглядывались.
А перед сном, когда Лена уже потушила в комнате ночник и улеглась в свою кровать, Тима, который, казалось, засыпал, вдруг отчётливо и громко сказал:
— Мама,
