Дэкс. С этим надо считаться…
Буткевич. Что дальше? Опасность подошла вплотную.
Дэкс. Что дальше? Следующий шаг «центра»: завтра в Петрограде будет собран весь командный состав нашей организации. Мы накануне выступления в Петрограде. (Властно.) От вас, господин полковник, ждут действий в Кронштадте. На меры Сталина отвечайте контрмерами.
Буткевич. Да, да… Я только предупреждаю… По долгу службы, совести… Да, да. Скажите там, в Петербурге, что полковник Буткевич советует внимательно прислушаться к его сообщениям. Именно прислушаться… Да, вот и всё, что я имею. А приказ будет выполнен точно, в срок. Немедленно… Я даю указание своей сети на форты. Начнем с «Обручева», там превосходные и абсолютно надежные мои люди. (Берет трубку.) Город? Дайте «службу». «Служба», дайте «Обручев». «Обручев», алло! Коменданта форта. Кто просит? Начальник артиллерии, быстрее. (Пауза.). Родион Николаевич, как существуете? Я, я, Буткевич… Здравия желаю. Загораете на летнем солнышке и смотрите на море… Завидую, завидую… Так вот в чем дело, комендант. Вы помните приказ номер ноль ноль тринадцать?.. Твердо помните?.. Я не ставлю под сомнение, я извещаю вас: приводите в действие. Да. Точно. Без изменений. Спасибо. Кончаю. (Кладет трубку.)
Дэкс. Что он ответил?
Буткевич. «Обручев» начнет восстание. Это значит — Кронштадт примкнет к Красной Горке.
Дэкс. А к ним завтра примкнет Петроград. Прибыл из Лондона сам Эгар.
Звонок телефона.
Буткевич (берет трубку). Начальник артиллерии слушает. Да… Слушаю… Передавайте. (Дэксу и Рыбалтовскому шепотом.) Петроград говорит. Да, это я, Леля… (Собеседникам.) Это дочь. Сообщение… Да, да… Да… (Выслушав, внезапно схватывается за сердце и оседает в кресле.)
Дэкс (подхватывает трубку). Начальник артиллерии слушает. Не понял. Повторите, громко и не торопясь. Так, так… В Ораниенбаум — в штаб береговой группы войск направляется… Кто? Товарищ Сталин… Прибытие поезда завтра, четырнадцатого июня…
Перегляды.
Понял. Всё… (Вешает трубку.)
Рыбалтовский. Прибывает сам?
Дэкс. Боюсь, не выйдет ли полковник из строя…
Буткевич (медленно поднимаясь). Это так неожиданно. Сам едет. Знаете, сердце… Но ничего, ничего, я опять в порядке…
Дэкс. Отлично. Пишите, я передам в Питере через нашу радиостанцию.
Буткевич. Что вы хотите?
Дэкс (диктует). «Красная Горка точка. Дать завтра четырнадцатого июня в течение всего дня и вечера огонь по району вокзала Ораниенбаума».
Буткевич пишет.
Рыбалтовский. Почему только вокзала, а если где-нибудь в стороне?
Дэкс. Верно. «Вокзала и прилежащих кварталов». Подпись?
Буткевич. Горка меня знает под шифром «Шестнадцатый».
Дэкс. «Шестнадцатый»… Будет передано к полуночи. Ну, под Петроградом сделаны первые ходы. Завтра ожидайте острой схватки.
ВТОРОЙ АКТ
КАРТИНА ПЯТАЯ
СОВЕЩАНИЕ В ОРАНИЕНБАУМЕ
Угловая комната первого этажа на даче в Ораниенбауме. Здесь железнодорожный штаб. Рядом шлюпочный канал, пристани и портовая железнодорожная ветка. Слышны гудки, сирены, команды, грохот работ у пристани, лязг буферов и сцеплений.
Совещание старших начальников Балтийского флота и береговой группы войск. Собрано до тридцати человек. Раскрылась дверь. Входит товарищ Сталин. Командующий береговой группой: «Встать, смирно!». Сталин здоровается с командирами. Отчетливо звучит строевой ответ: «Зрасс…»
Сталин. Прошу садиться… (Встав у стола.) Совещание старших начальников Балтийского флота и береговой группы войск прошу считать открытым. Товарищи, раньше чем перейти к обсуждению оперативных дел, я хотел бы передать вам, представителям Балтийского флота и Петроградского фронта, привет от Владимира Ильича Ленина.
Все встают, аплодисменты.
Рассмотрим военную обстановку. Противник стремится к Петрограду. Все данные говорят за то, что силы противника на Петроградском фронте невелики. Но противник стремится добиться успеха не столько собственными силами, сколько силами агентуры в нашем тылу… Существует достаточное количество обиженных бывших людей, буржуа и помещиков, которые ждали и ждут удобного момента для удара в тыл нашим войскам. Вот на эти силы и рассчитывают генерал-майор Родзянко и его покровители. Противник рассчитывал занять Красную Горку — ключ Кронштадта, поднять восстание на фортах, обстрелять Петроград и, объединив свое наступление с переполохом в нашем лагере, окружить и занять Питер — очаг Пролетарской революции. Расчеты противника частично оправдались. Это требует от нас быстрых и энергичных мер противодействия. Агентура врага, рассчитывающая на новые мероприятия, должна быть парализована и отведена в более «спокойные» места. Достаточные силы у нас есть. Несколько слов о Балтийском флоте. Нельзя не приветствовать, что Балтийский флот, считавшийся погибшим, возрождается самым действительным образом. Это признают не только друзья, но и противники. Англичане уже испытали удары действующего отряда Балтийского флота — линейных кораблей и эсминцев в первую очередь. Из строя выведен ряд кораблей противника, и надо думать, это лишь начало. Отрадно, что балтийские матросы нашли себя, оживив в своих подвигах лучшие традиции русского революционного флота.
Считаю долгом сказать, что наличными силами мы можем отстоять Петроград от каких бы то ни было покушений… Наша задача — вернуть форт Красная Горка… Красная Армия под Петроградом должна победить.
Прошу товарищей высказываться: о состоянии частей, их настроении, об оперативных и политических соображениях, которые у вас сложились к данному моменту. Излагайте свои соображения возможно откровеннее и короче.
Воронов. По старой традиции начнем с младших?
Сталин. Хорошо, пусть будет по старой традиции.
Перегляд командиров и начальников. Небольшая пауза.
Воронов. Что ж, командиры морских отрядов, вам начинать.
Командир 1-го экспедиционного отряда. Есть. Наш Первый экспедиционный отряд, товарищ Сталин, сформировался в течение одиннадцати часов. Проверял людей сам… В отряде восемьсот штыков. Все матросы специалисты: машинисты, турбинисты, электрики и прочие. По этому случаю уже шептуны и разлагатели Кронштадта пустили слух: отряд ненадежный, полевого боя не знает. А мы поэтому немедленно деремся у Таменгонта. А как вы думаете, товарищи, если человек знает турбину, динамомашину, сам рабочий, — неужели ему не овладеть трехлинейкой и лопатой? И сообщаю, что на практике показали себя и уже опрокинули мятежников… Действительно, попали под обстрел. Некоторые разбежались… У них нижняя челюсть дребезжит. Таких я немедля убрал: позорить отряд не позволю. А общее мнение отряда — и партколлектива, и всех военных моряков: разобьем мятежников, вообще врагов, капиталистов, как в песне.
Сталин. Что значит «как в песне»?
Командир 1-го экспедиционного отряда. «До основанья, а затем мы наш, мы новый мир построим: кто был ничем, тот станет всем». Я кончил.
Сталин улыбнулся и подает знак следующему командиру.
Командир 2-го экспедиционного отряда. Второй экспедиционный морской отряд… Когда мы получили этот ультиматум Красной Горки, прочли на общем собрании, поднялись все, шумят: «Еще каждая, извините, белая сволочь революционному Кронштадту будет ультиматум посылать?! А карман шире держать не хочешь?.. Брать мятежников цап-царап, за горло — и на дно! Смерть капиталу, да здравствует советская власть!» Да… Отряд уже действует. Помощника моего убило — военный моряк Левачов был, — во главе второй роты… Взял окопы… Вечная ему память… Товарищ Сталин! Моряки были борцами за власть крестьян и рабочих — и останутся честные и терпеливые и докажут… Ждем только приказа.
Сталин делает знак следующему командиру.
Командир Петроградского морского отряда. Добавить от Петроградского морского отряда ничего не могу. Всё сказано. (Садится.)
Внезапное падение тяжелого снаряда поблизости. Шуршат осколки. Звон стекол. Чья-то реплика: «Направление с Красной Горки…» Пауза.
Сталин. Будем продолжать… Надеюсь, что у мятежников тут нет корректировщиков. Хотя гарантии нет… Итак, кто следующий? Корабли Действующего отряда Балтфлота. Эсминцы, начинайте.
