комнаты, – повторил он.
Девушка ахнула:
– Я вас знаю.
– Знаешь? – переспросила старуха.
– Я почти уверена, что знаю вас, – прошептала Даниела.
– Не думаю, что это возможно, – возразил он. Странно было услышать такое от незнакомки, но она казалась настолько ошеломленной, что он решил не обращать внимания на ее неожиданную прямоту.
Старуха сунула в глаз монокль, висевший на шнурке у нее на шее, и воззрилась на него, словно желая получше изучить:
– Что до меня, Даниела, то я никогда прежде его не видела, – возразила она. – Ему нужен костюм по фигуре. Возможно, сэр, вы пришли заказать костюм?
Он опустил глаза, оглядывая свой костюм, купленный в магазине готового платья, и признал, что, пожалуй, мог бы одеться и поприличней. Нынче многим нужна была новая одежда, но он полагал, что мало кто может ее себе позволить. Интересно, подумал он, как эти бедные женщины умудряются сводить концы с концами.
– У вас широкие плечи и хорошая фигура. В конце концов, можно и этот костюм подогнать, – пробормотала старуха.
– Конечно… вот только я пришел насчет комнаты, – настойчиво повторил он.
Старуха насупилась:
– Какой еще комнаты?
– Я уж-же сдала ее, сэр, – запинаясь, выговорила девушка.
Она по-прежнему не сводила с него глаз. Ему вдруг захотелось взглянуть на нее без очков. Желтые стекла не давали рассмотреть ее глаза. Если бы он увидел ее глаза, то, может, тоже узнал бы ее, подумалось вдруг Мэлоуну. Он вытащил из нагрудного кармана листок бумаги и сверился с ним:
– Женщина по имени Инес Стэйли внесла залог за месяц. Вы ничего не напутали? – спросил он.
Девушка не ответила. Она продолжала смотреть на него так, словно не слышала ни единого его слова.
– Но вы-то не Инес, – сказала старуха. Она говорила с легким восточноевропейским акцентом, но вела себя как истинная американка.
– Я не Инес. Вы правы. Но залог она внесла за меня. От моего имени. Мне сказали, что комната будет готова к сегодняшнему дню. Точнее даже, к вчерашнему. – Он уже начал злиться.
– Мэлоун? – произнесла девушка таким слабым голосом, что он едва расслышал ее слова.
– Да, меня зовут Майкл Мэлоун. – Ему казалось, что секретарша Несса не должна была называть его имени. Но, может, и к лучшему, что она сообщила им, как зовут их квартиранта.
Девушка вдруг резко осела, словно почувствовав, что вот-вот потеряет сознание, и почти исчезла за прилавком. Наверное, у нее там стоит табурет, подумал Мэлоун.
– Да что на тебя нашло, Даниела Кос? – отрывисто бросила старуха. – Ты больна?
Девушка, которую звали Даниелой, снова поднялась. Лицо у нее было белым как снег.
– Я в порядке, Зузана. Все верно, Инес Стэйли. Да. Так ее звали. – И она вышла из-за прилавка. – Я покажу вам комнату, мистер… мистер… – Она оборвала фразу, словно ожидая, что он подскажет ей свое имя, хотя сама только что его назвала.
– Мэлоун.
– Да-да. Мэлоун. Майкл Мэлоун, – словно сама себе не веря, повторила она.
Что за странная девушка.
– Даниела! Что ты натворила? Нам нужно все обсудить! – крикнула старуха.
– Что-то не так? – спросил он. Он говорил ровным голосом, но уже готов был немедленно развернуться и уйти.
– Нет, все в порядке, – заверила его Даниела, энергично мотая головой. – Я ждала вас вчера. И не знала… я не знала… что это будете вы. – Она шагнула к нему, взяла у него из рук пальто и шляпу. Он отдал их ей с большой неохотой, но она не оставила ему выбора.
– Ты не знала, что это будет кто? Кто, Даниела? Кто этот мужчина?
– Зузана, мистер Мэлоун – наш новый квартирант. Он будет жить в комнате внизу. Как мы и договаривались. Залог уплачен. И сумма по договору, за следующие шесть месяцев. Мы ведем себя очень… невежливо.
Старуха смотрела на Даниелу так, словно у той выросла еще одна голова. Мэлоун ее вполне понимал. Все здесь казалось ему крайне странным.
– Следуйте за мной, мистер Мэлоун, – произнесла Даниела, не выпуская из рук его пальто и шляпу.
Старуха – Зузана – пропустила Даниелу вперед, а Мэлоуну преградила путь своей тростью.
– Сэр, нам нужна рекомендация, – величественно произнесла она. – Кто вы такой и чем занимаетесь?
– Как я уже сказал, меня зовут Майкл Мэлоун. Я… консультант.
– И кого же вы консультируете, мистер Мэлоун?
Он помедлил. Он не знал, о чем им уже сообщили, и не хотел наговорить лишнего.
– Он из полиции, – мягко ответила за него Даниела. – Ведь так, мистер Мэлоун?
– Да, – признал он. – В некотором роде. – Наверное, Инес Стэйли ей что-то такое сказала.
– Ты жульничаешь, Даниела, – возмутилась старуха. – Я хочу услышать обо всем от мистера Мэлоуна, а не от его одежды.
Жульничаешь? Мэлоун уставился на женщин, совершенно не понимая, что происходит.
– И вы не женаты? – продолжала допрос Зузана.
– Я… недавно… овдовел.
Это известие явно смягчило старуху. По всей видимости, вдовцы ей нравились больше, чем холостяки. Особенно холостяки его возраста.
– Бог мой. Как ужасно. Мне так жаль Айрин, – выпалила Даниела.
– Даниела, – осадила ее старуха, – ты слишком многое себе позволяешь!
Даниела уставилась в пол, залившись густым румянцем. Значит, Инес Стэйли включила в рассказ о будущем квартиранте даже имя его покойной жены. Это уже никуда не годилось. Мэлоун был страшно недоволен Нессом. И всем, что здесь творилось.
– Дамы, я очень устал, – строго сказал он женщинам. – Я приехал издалека и хочу попасть в свою комнату. Если мне сейчас придется уйти, то я не вернусь. И я рассчитываю, что в таком случае вы вернете мне залог.
– Мэлоун – ирландская фамилия. Но вы на ирландца не слишком похожи, – бросила Зузана, пропустив его угрозу мимо ушей. Правда, трость она опустила, словно разрешая ему пройти в дом. – С виду вы прямо цыган. Но цыгане мне больше по нраву, чем ирландцы.
Да боже ж ты мой.
– Прошу вас, мистер Мэлоун, идемте, – обратилась к нему Даниела и потянула его за рукав. – Я покажу вам комнату.
Она так и держала в руках его шляпу и пальто, держала крепко, словно боясь, что он уйдет. Ему отчаянно хотелось уйти. Но он пошел за ней через магазин и дальше, по длинному коридору, чувствуя, что старуха так и смотрит им вслед.
– Ваша комната здесь, внизу, – на ходу проговорила Даниела, обернувшись через плечо. – Это единственная спальня на первом этаже, она расположена в задней половине дома, в стороне от мастерской, зато рядом с выходом во двор, к нему ведет вон та лестница. Уборная здесь. – Она указала на дверь по правой стороне коридора, ровно напротив комнаты, где громоздились швейные
