Книга «Молот ведьм» служила на протяжении столетий руководством для инквизиторов в их кровавой деятельности. Это — продукт творчества пе только двух католических монахов, но всей католической церкви. Советский историк папства С. Г. Лозинский в исследовании о «Молоте ведьм» пишет: «“Молот ведьм” есть прежде всего большой исторический памятник человеческого невежества и суеверия, богословской кровожадности и церковного изуверства, безудержного корыстолюбия и эксплуатации. В книге самый дикий фанатизм сплетается с извращенной похотью и ложная ученость, взращенная бессмысленной фантастикой, вершит самые отвратительные оргии; не знающее границ дикое изуверство, открыто пропагандируемое, делает этот документ циничным до отвращения. Мы имеем в нем как бы теоретическое обоснование всех кровавых деяний и преступлений средневековой церкви, пролившей бесчисленные реки человеческой крови. “Молот ведьм” — символ церкви...»[73]
Одобренная и пропагандируемая церковью, эта книга навеки останется памятником церковного изуверства и религиозного фанатизма[74].
Максим Горький писал, что христианство «создало десятки тысяч невежественных монахов, которые в страхе перед силой демонов проповедовали людям отречение от мира, заражали их мрачными суевериями, а тех, чья мысль противоборствовала изуверскому аскетизму и уродующему гнету церкви, признавали плененными демонами, еретиками, колдунами, ведьмами и жгли их живыми на кострах. Ни одна из религий, кроме христианства, не додумалась до установления “святой инквизиции”, которая, действуя на протяжении почти семисот лет, сожгла на кострах не одну сотню тысяч “еретиков” и “ведьм” и несколько сот тысяч подвергла менее тяжким наказаниям...»[75]
Глава 8. Как церковь расправлялась с ведьмами и колдунами
Столетиями весь церковный аппарат был направлен на борьбу с «ведьмами», колдунами и еретиками. Немецкий богослов Игнат фон Деллингер (1799–1890), выступавший сторонником модернизма в церкви, писал: «Как только была основана папами инквизиция и инквизиторы начали в Германии и Франции свои действия, ересь и волшебство начали смешиваться одно с другим. Богословы доминиканского ордена с самым слепым легкомыслием бросились на одно заявление Августина, чтобы измыслить свою теорию о любовных связях между людьми и дьяволами и их побочных детях. Фома (Аквинский. — М.Ш.) сделался в этом деле “оракулом”, и вскоре стало опасным опровергать это мрачное заблуждение»[76].
Фома Аквинский — самый авторитетный в католической церкви богослов (XIII в.) — считал, что «демоны существуют, что они могут вредить своими кознями и препятствовать плодовитости брака». «Демоны, — писал он, — но попущению божию могут вызывать вихри в воздухе, подымать ветры и заставлять огонь падать с неба»[77].
О реальном существовании демонов писали и говорили папы: Иоанн XXII (1316–1334), Иннокентий VIII (1484–1492), Александр VI (1492–1503), Юлий II (1503–1513), Лев X (1513–1521), Адриан VI (1522–1523). Они благословляли костры, на которых сжигали ни в чем не повинных женщин.
«Кто выражал сомнение в действительности ведьм и чародейства или осмеливался обнаружить обман, о том утверждали, что он находится под влиянием злого духа и заслуживает или пожизненного заключения в тюрьме, или смертного приговора... Еще в 1623 году Григорий XV объявил: “кто заключит договор с сатаною (от чего последовало бы увечье или вред для животных или полевых плодов), тот должен быть заключен инквизицией в тюрьму на всю жизнь”...»[78]
Из учения о существовании и «активных действиях» дьявола церковь делала практические выводы, что всех «одержимых» дьяволом, всех «заключивших с дьяволом союз» нужно безжалостно уничтожать. Начиная с XIII и до конца XVIII в. во всех странах Западной Европы католические клерикалы (а со времен Реформации и протестантские) жгли на кострах ведьм, колдунов, еретиков. Средневековые хроники полны сообщений о массовом сожжении ведьм в городах Германии, Франции, Австрии, Италии, Швейцарии, Испании. Особенно массовый характер сожжение на кострах ни в чем не повинных людей (главным образом женщин) приняло в XV–XVII вв.
Сожжение «ведьм» в Дернебурге в 1555 г.
Приведем некоторые факты[79]. Уже авторы «Молота ведьм» спокойно сообщают, что в одном только городе Равенсбруке «не менее 48 ведьм в течение пяти лет были нами преданы огню»[80]. Далее они пишут, что недалеко от Равенсбрука произошло градобитие. Были арестованы две женщины, их обвинили в том, что с помощью дьявола они вызвали град. «На третий день обе были сожжены»[81].
В Трирской области воспитанник иезуитов Винсфельд в 1587–1593 гг. сжег в 20 поселениях 380 человек. По сообщению Трирской летописи, в двух селениях были оставлены в живых только две женщины. Имущество сожженных конфисковали. Иезуит Эльбуц в 1607 г. уведомляет своего начальника, что в Трире он отправил на казнь по меньшей мере 200 ведьм.
Особенно свирепствовала церковь в Баварии. В графстве Верденфельде с 5 февраля 1590 г. по ноябрь того же года казнили 51 ведьму. В Аугсбургском епископстве с 1 августа 1590 г. по 13 мая 1592 г. было сожжено 68 ведьм («за любовную связь с дьяволом»). В Эльвангене в 1612 г. сожгли 167 ведьм; в Вестерштеттене в течение трех лет — 300; в Эйхштете с 1603 по 1627 г. — 122. Епископ Юлиус, ставший в 1575 г. правителем Вюрцбурга, сжег за один только 1616 год 99 ведьм. При вюрцбургском епископе Филиппе-Адольфе Эренберге (1623–1631), находившемся под сильным влиянием иезуитов, были организованы массовые сожжения ведьм: документы называют по именам 157 жертв. Биограф этого епископа насчитывает 42 костра и 209 сожженных в одном только Вюрцбурге. Среди казненных было 25 детей от 4 до 14 лет, рожденных якобы от связей ведьм с чертом. В числе других были казнены самый толстый мужчина, самая толстая женщина и самая красивая девушка, которая знала несколько языков и играла на разных инструментах. И полноту людей и знание языков инквизиторы относили за счет связей с дьяволом. Всего с благословения епископа Юлиуса было сожжено более 900 человек, с благословения епископа Бамбергского в 1624–1630 гг. — более 600 человек. Среди сожженных были дети 7, 8, 9 и 10 лет. В Зальцбурге в 1678 г. сожгли 97 человек. Во всех этих убийствах самое активное участие принимали иезуиты.
Немецкий историк Шерр в своей книге «История цивилизации Германии» сообщает о страшных зверствах, которые совершали святые убийцы. «Казни, совершаемые разом над целыми массами, — пишет он, — начинаются в Германии около 1580 г. и продолжаются почти целое столетие (еще в середине XVIII в. в Германии сжигали “ведьм”. — М.Ш.). В то время, как вся Лотарингия дымилась от костров... в Падеборне, в Бранденбургии, в Лейпциге и его окрестностях совершалось тоже множество казней. В графстве Верденфельде в Баварии в 1582 г. один процесс привел на костер 48 ведьм... В Браупшвейге между 1590–1600 гг. сожгли столько ведьм (ежедневно по 10–12 человек), что позорные столбы их стояли “густым лесом” перед воротами.
В маленьком графстве Геннеберг в одном 1612 г. сожжены 22 ведьмы, в 1597–1676 гг. — всего 197... В Липдгейме, насчитывавшем 540 жителей, с 1661 по 1664 г. сожжено 30 человек.
Фульдский судья колдунов Бальтазар Фосс хвастался, что он один сжег 700 человек обоего пола и надеется довести число своих жертв до 1000. В графстве Нейссе (принадлежавшем епископству Бреславльскому) с 1640 по 1651 г. сожжено около 1000 ведьм; мы имеем описание более чем 242 казнен; между жертвами попадаются дети от 1 до 6 лет. В то же время в епископстве Ольмютц умерщвлено несколько сотен ведьм. В Оснабрюке сожгли в 1640 г. 80 ведьм. Некий господин Ранцов сжег в один день в 1686 г. в имении в Голынтейие 18 ведьм. По дошедшим документам, в епископстве Бамбергском при населении 100 000 человек сожжено в 1627–1630 гг. 285 человек, а в епископстве Вюрцбургском за три года (1727–1729) — более 200; среди них встречаются люди всех возрастов, званий и пола... Последнее сожжение в огромных размерах было устроено архиепископом Зальцбургским в 1678 г.[82]; при этом жертвой святой ярости пало 97 человек. Ко всем этим казням, известным нам по документам, мы должны присоединить еще по крайней мере столько же казней, акты который потеряны для истории. Тогда окажется, что каждый город, каждое местечко, каждое прелатство, каждое дворянское имение в Германии зажигали костры, на которых погибали тысячи людей, обвиняемых в колдовстве. Мы не преувеличим, если определим число жертв в 100 000 человек»[83].
Другой немецкий исследователь, Кениг, пишет, что, по далеко не полным данным, только в XVI в. по обвинению в ведовстве в Германии было сожжено около 200 тыс. человек[84].
А как обстояло дело в других странах?
