на лету, предлагал оригинальные решения, вот только с посещаемостью занятий у него были проблемы.
Шаги брата стали мягче, он ступил на траву, приближаясь к кустам. Теперь можно не опасаться нападения грабителя — в двух шагах полицейский. Я колебался. Одно мое слово — и на помощь, помимо брата, прибегут вооруженные патрульные, охраняющие банк. Преступнику не скрыться. Любопытно будет узнать, до чего докатился способный мальчишка. Сейчас он казался мне не пугающим, а беспомощным.
Одно мое слово… И его умоляющие глаза.
Я скомкал обожженные купюры и спрятал их в карман. Неожиданно для себя я вышел из-за кустов и перегородил дорогу брату.
— Я могу посмотреть, как отключают камеры.
— Иди, я сейчас.
— Вляпаешься, там собак выгуливают, — остановил я брата, усиленно очищая подошвы.
— Везде дерьмо. Ладно, в отдел, так и так, ехать. — Громов посмотрел через кусты, задумался и потянулся за телефоном. — Грабители могли через стройку убежать. Вызову собаку-ищейку.
— Пустая затея. Сам посмотри, земля влажная и ни одного следа.
— Точно. Ты голова, а грабители дебилы.
Громов сплюнул и потопал обратно к банку, я нагнал брата. Меня уязвило замечание брата об умственных способностях моего бывшего ученика.
— Почему сразу дебилы? Отключить камеру не каждый сможет, — допытывался я.
— Перестарались с газом, закачали больше чем нужно. Все купюры обожжены, только попробуют их сбыть, мы их сцапаем. Я не удивлюсь, если их тоже зацепило, и они обратятся в травмопункт.
В руке капитана затрезвонил мобильник. Звонил Петухов. Я отчетливо слышал сбивчивый доклад лейтенанта:
— Мы нашли белый фургон. Это техпомощь на дорогах. В машине два брата-близнеца по фамилии Носковы — толстый и тонкий.
— Петухов, ты слышишь, что говоришь? Близнецы должны быть похожи.
— Они эти, как их, двойняшки. Разные.
— Ты их обыскал?
— Денег при них нет, газового оборудования тоже, а на вид — придурки.
— Что говорят?
— Ехали мимо, услышали взрыв, приостановились, а потом решили смыться. Видели, как убегает человек в серой толстовке с капюшоном.
— Куда? К стройке?
— Нет в другую сторону. Грабитель побежал направо и свернул между домами.
— С этого и надо было начинать. Как он выглядел?
— Среднее телосложение, темные джинсы, рюкзак за спиной.
— Уже кое-что. Составь протокол, а я организую преследование. Потом объедешь травмопункты, грабитель мог пострадать от взрыва. Ты меня понял? Докладывай, если что.
Я с удивлением и затаенной гордостью наблюдал, как после команды Громова полицейские побежали в противоположную сторону от той, где прятался мой бывший ученик, ставший грабителем. А ведь это я его спас. Я продолжал нарушать законы, которые тупо соблюдал всю жизнь. Гонка — пустяк, я только что обманул полицейского и дал возможность уйти преступнику. И это сошло мне с рук!
7
Тягостные размышления о каверзных ударах судьбы долго не давали мне уснуть. Молодому раздолбаю удалось ускользнуть с украденными деньгами от десятка полицейских, а на мою законопослушную голову сыпется одно несчастье за другим. Почему мир так несправедлив? Я не нарушал законы, а он переступает через них. Да и братец туда же, слуга правопорядка готов пьяным садиться за руль ради собственной выгоды. Ему не столько нужно покарать преступников, сколько выслужиться. Каждый из них думает о себе, наплевав на общество и законы.
Я забылся только под утро, а когда очнулся, вдруг понял, что не обязан жить по прежним правилам. Моя жизнь висит на волоске. Я смертельно рискую, даже не выходя из дома. Сколько мне осталось? Я не уверен, что доживу до следующего года, тогда к чему осторожность и постепенность. Обычные мечты: через год мне прибавят зарплату, а через три повысят в должности, — вызывают слезы раздражения, а не затаенную радость. К чему планировать далекое будущее, если в любой момент может обрушиться черный занавес? Бац! Вот я есть — и вот меня нет. Страшно. Зато теперь я могу рисковать, ведь худшее со мной уже случилось.
Осознав свое безрадостное положение, я пришел к выводу, что должен действовать иначе.
Первым делом я перерыл не распакованные коробки в поисках старых компьютерных дисков. На однотипных зеркальных болванках сохранились размашистые пометки фломастером, смысл которых подзабылся. Не отрываясь от завтрака, я вставлял один за другим диски в ноутбук и проверял их содержимое.
Катя суетилась у плиты, раскладывая что-то по баночкам и пакетам. Вдруг все стихло, ее руки опустились, она замерла в растерянности и запричитала:
— Ей же ничего нельзя есть, ничего. Юля… — Катя беспомощно опустилась на стул и заплакала.
Я посмотрел на собранные в больницу продукты и предложил:
— Может, сок через трубочку?
— Нет, и сок нельзя, — сокрушенно замотала головой Катя и завыла, тихо и обреченно, обхватив голову руками.
— Успокойся, подумай о будущем малыше.
— Тебе легко советовать.
— Я тоже волнуюсь.
— Вижу, как же! Не можешь оторваться от компьютера, — неожиданно обозлилась жена. — Чего расселся? На работу опоздаешь.
— Я поеду с тобой в больницу.
— Сама доберусь. А ты лучше на работу. Вчера опоздал, сегодня тоже — так тебя и уволить могут.
Я потупил взор, допил чай и заторопился. Честное признание о моем увольнении Катю сейчас доконает. Только не сегодня, я скажу ей об этом когда-нибудь потом. Сначала я должен попробовать осуществить свой новый замысел. Я сунул ноутбук в специальную сумку, туда же побросал диски и вызвал такси.
Вместо работы я поехал в тот район, где вчера ограбили банкомат. Вышел около «Макдональдса», там можно было подключиться к интернету и сидеть часами. На одном из дисков я нашел то, что искал — базу данных моих учеников в Доме научно-технического творчества молодежи. Помимо фамилий, на диске имелись адреса электронной почты, телефоны, фотографии, списки выполненных работ. Собственно, сама база данных также являлась примером успешной работы, реализованной учениками.
На одной из фотографий я увидел черные глаза-угольки и тут же узнал их: Федор Волков. Тогда ему было пятнадцать, сейчас двадцать пять, а во взгляде все то же — юношеский максимализм и ранимая самоуверенность.
Я выложил на стол обгоревшую тысячерублевую купюру, найденную вчера, украдкой сфотографировал ее и послал изображение на адрес электронной почты Волкова. Конечно, парень мог давно не пользоваться ею, но вчерашнее столкновение с бывшим учителем заставит его вспомнить прошлое.
И действительно ответ пришел довольно быстро.
«Спасибо. Спасли».
«Надо встретиться. Я жду», — ответил я.
«Вы где?»
«Догадайся».
Это был тест на общую сообразительность и уровень владения компьютером. На фотографию с купюрой попал уголок макдональдского подноса, а по IP-адресу можно было вычислить район.
Не прошло и часа, как к столику, за которым я устроился, подсел Федор
