Читаем без скачивания Зубная фея летает на зубной щётке - Евгений Енин

– Москве, появились феи, ваша жизнь стала бы проще на сорок семь процентов.

Янка не поняла, что такое «жизнь проще на сорок семь процентов», но уточнять не стала. Королева и так разбушевалась.

– И я решила. – Королева встала с трона и прошлась по тронному залу, размахивая скипетром, как будто срубая невидимую траву. – Я решила! – провозгласила она. – Я решила, что обязана оказать помощь вашему народу. Это мой монарший долг перед… Перед… Ну, в общем, перед твоим народом.

– Как это? – что-то эта история стремительно переставала Янке нравиться.

– Как? Как помочь? – развернулась к ней королева. – Единственно возможным способом. Мы, феи, должны населить твой мир. Я назвала это… – королева приняла торжественную позу, – миротворческой миссией! Потому что нам предстоит сотворение нового мира. Именно так – сотворение мира! Мира счастливого. Мира без происшествий. Мира без случайностей.

Королева отбивала ритм скипетром по ладони. Похоже, она репетировала речь, с которой планировала обратиться к новым подданным.

– Вообще без случайностей? – поинтересовалась Янка.

– Вообще. К чему они? Зачем вам происшествия, пусть самые мелкие, если мы можем предотвратить даже падение чашки со стола. Подумай, вам никогда больше не придётся покупать новую посуду. Ничего не разобьётся. Ты никогда ничего не прольёшь.

Королева склонилась над Янкой, коснувшись скипетром её груди. Янка поёжилась и отодвинула скипетр указательным пальцем. Ничего не проливать – это хорошо. Проливать ей случалось, и от родителей за это попадало. Но случайностей ей было жалко. Случайности не только неприятные бывают.

– Твоя одежда не порвётся. Игрушки не сломаются. Вы ничего не потеряете. Никогда.

Янка представила, как она подносит ко рту чашку с соком, вокруг которой вьётся парочка невидимых фей. И они поправляют ей руку, стоит чуть-чуть её наклонить. И вот она состарилась, а чашка та же самая, и та же скатерть без единого пятнышка. Нарочно захочешь пролить – не сможешь. Скучновато получается.

– К тому же, настало время расширить мои владения. – Королева поправила корону и принялась прохаживаться по залу, говоря не то с Янкой, не то сама с собой. – Здесь мне удалось наладить идеальный порядок. Все феи имеют работу. Жизнь больших прекрасна. Да. – Она остановилась на секунду и пошла дальше. – Прекрасна. Последнее чрезвычайное происшествие по вине фей случилось полтора года назад. Фея насекомых проспала, и в квартиру залетел комар. Но его немедленно уничтожил один из домовых феев. А фея насекомых с тех пор отвечает за сухость коврика в ванной. Она всё время мокрая, от сырости у неё ломит суставы, и она просит направить её в другое место. Но, думаю, ещё два года такой службы навсегда научат её просыпаться вовремя. Моя энергия, мой талант, не находят здесь должного применения. Понимаешь?

Королева строго посмотрела на Янку. Та кивнула.

– Я уже смирилась с тем, что остаток вечности я буду разбирать скучные жалобы и вечные просьбы о переводе. А самым увлекательным занятием станет наблюдение за интригами моих придворных. Они готовы перца друг другу в глаза насыпать, лишь бы добиться моего расположения… – Королева усмехнулась. – Но всё изменилась с твоим появлением, не-фея Яна. Я узнала, что есть целый мир, который нуждается в моей помощи и установлении порядка. У меня появилась цель. Дело за малым. Её достичь. И я смогу. Если ты оказалась здесь, то и мы можем оказаться в этой твоей…

– Москве, – подсказала Янка.

– Да, Москве. Нужно только придумать, как. У вас в роду волшебники были? – королева подняла бровь.

– Н-н-нет, – не очень уверенно ответила не-фея.

Папа показывал ей фокусы, но вряд ли его можно назвать волшебником по фейским стандартам.

– Ну что ж, это отпадает. Вернёмся к началу. Попробуй ещё раз вспомнить, что тебе снилось в последнюю ночь у тебя дома.

– Не помню… – пробормотала Янка.

Пожалуй, она бы сейчас не сказала, даже если бы и вспомнила. Янка не верила, что королева на самом деле сможет захватить её мир. Не могла себе этого представить. Но даже приготовления к захвату, даже игрушечные намеренья мини-королевы не нравились ей всё больше.

– Ладно. Ладно. – Королева медленно прошествовала на трон. – Марк!

– Да, моя королева.

Секретарь-советник появился из-за портьеры, сделанной из клетчатого носового платка. Похоже, он там и находился всё время, пока Клавдия агитировала Янку за новый мировой порядок.

– Как идёт работа по твоему проекту?

– Думаю, через несколько дней мы всё закончим, – поклонился Марк.

– Хорошо. И она, – королева указала на Янку скипетром, – будет первой, на ком ты испытаешь своё изобретение.

Сегодня Янка ночевала одна.

Она проследила за чисткой зубов, слетала домой, переоделась и полетела в спальню. Машку и Степана она нашла, как и договаривались, у торшера.

Рядом с ним, вдоль стены, под тумбочкой, под кроватью, мимо шкафа и снова вдоль стены шла прогулочная аллейка, украшенная, как фонарями, ёлочной гирляндой. Феи прогуливались компаниями, то и дело останавливаясь поболтать друг с другом. Их, как сказала королева, в квартире было больше тысячи; по-человечески, это население небольшой деревни, так что все друг друга знали и в лицо, и по имени. С Янкой все здоровались, а она была пока что знакома не больше чем с десятком фей и феев. Так что она только и делала, что повторяла «Здрасьте», «Добрый вечер», раскланиваясь направо и налево. И у неё постепенно начинало получаться не обращать внимание на больших, которые посреди фейского променада готовились ко сну, не вздрагивая от каждого движения гигантской руки или ноги.

Они прошли втроём два круга, болтая о жизни в квартире. Янка уже выяснила, что едят они человеческую еду, которой большие делятся, сами того не подозревая. Теперь она узнала, откуда феи берут одежду. Частично она была старой кукольной, но большей частью феи шили одежду сами, из разных тряпочек. Старых простыней, например. А вот обрезки новых джинсов, которым укоротили штанины, не подходили совершенно, для фей новая джинсовая ткань была слишком жёсткая, годилась только старая, хорошо поношенная и вытертая.

Большие выключили лампы на своих тумбочках.

Они прошли ещё полкруга по комнате, освещённой только ёлочной гирляндой, и устроились кафешке «Уютная кроватка», расположенной, разумеется, под кроватью, у изголовья. Там их нашёл Фёдор. Они выпили по два коктейля, и разлетелись по домам, когда начали зевать: из-за кошки никто сегодня не выспался.

Янка оставила щётку на крыльце, там был специальный гвоздик, куда её можно прислонить так, чтобы не падала. Она заперла дверь, подумала и подпёрла её стулом. Занавесила окна. Занавески – не решётки, но так поспокойнее. Вместо стёкол в окнах была полиэтиленовая плёнка. На взгляд, даже сейчас она могла проткнуть её пальцем, но ставней не было ни у неё, ни в других домиках, она специально посмотрела. Значит, ожившие игрушки через плёнку прорваться не могли. Может быть, просто не догадывались своим синтепоном.

Янка заварила чай. Суперкрупнолистовой, на чашку нужно четыре-пять чаинок. Поужинала сушкой. Где-то одной пятой частью сушки, которую девочка больших уронила на пол, и та раскололась. Сушку днём притащил Фёдор, хотя Янка уже узнала, где брать еду.

Под кухонным столом феи устроили пункт распределения продуктов. Долю фей, изъятую незаметно для больших, сносили сюда, и каждый мог залететь и взять, что понравится. Бесплатно. Денег у фей всё равно не было. И все брали ровно столько, сколько нужно, не больше. Зачем делать запасы, если всегда можно взять ещё. Они даже домики строили без кладовок.

Ну вот, поужинала, да. Некоторое время Янка смотрела на стену. Телевизор из воздуха не появился, и мультики на картонной стенке показываться не начали. Почитать нечего. Чтобы поднять одну книгу больших, четырём феям приходилось браться за углы. А сами феи книг печатать не умели. О планшете и думать глупо. Кстати, в этой квартире Янка компьютеров вообще не заметила, ни в каком виде.

Янка скучала.

Ещё раз: планшета нет, телефона нет, телевизора нет, почитать нечего, игрушек нет. Подходящего размера. Игрушки неподходящего размера скоро сами придут.

Янка заглянула в щёлочку между шторами. Уже стемнело.

В буфете она нашла моток белых ниток и крючки для плетения кружев. Бывшая зубная фея развлекала себя изготовлением круглых салфеток. Янка плести салфетки не умела. Она честно попробовала, у неё получилось что-то похожее на осьминога, удавившего себя своими щупальцами.

В одном из ящиков буфета обнаружился кусочек грифеля из сломанного карандаша, обёрнутый бумажкой. Некоторое время Янка рисовала. Выходило что-то малопонятное. Она догадалась, что пытается изобразить устройство, которое Марк собирался испытывать на ней, и которое она ещё не видела. Провожая Янку, Марк заверил её, что это совершенно безопасно, но что именно изобрёл, не сказал. Только таинственно улыбался. На прощание пожелал интересных снов.