Лу подумала о том, что Уилл известности и материального благополучия добился сам. Тяжелым трудом и упорством. Ей было завидно, ведь она получила все, в том числе и оборудование в фотостудии, благодаря огромному наследству, доставшемуся от родителей. Его могло бы и не быть, если бы родители умерли на несколько недель позже. Они погибли вместе по вине вышедшего из-под контроля тягача с полуприцепом. А если бы выжили, дом стал бы для Лу воспоминанием, его пришлось бы продать, чтобы покрыть перерасход средств по кредитным картам и за другие долги. Как потом выяснилось, родители жили на последние несколько тысяч, оставшиеся на карте отца. Кредиты и другие долги не погашались на протяжении нескольких месяцев, все платежи были просрочены.
Из-за этого к горю от утраты добавилась необходимость разбираться с настоящим финансовым кошмаром. Это стало самым большим секретом из тех, что были у Лу от двойняшек. Она никогда не говорила, что им пришлось бы отказаться от полной удовольствий жизни, если бы родители не погибли. С ее точки зрения, одного человека, испытывающего вину за тот образ жизни, который вела семья, вполне достаточно.
Впрочем, у каждой медали две стороны. Если бы родители были живы и ничего бы не осталось от того материального благополучия, которое есть сейчас, Лу пришлось бы самой себя обеспечивать, работать, помогать братьям. Она бы строила карьеру спокойно и уверенно. Да, возможно, не разбогатела, как Уилл, но точно смогла бы обеспечить себе комфорт и безопасность и испытывала бы удовлетворение от того, что заработала все это своим трудом, а не получила от родителей.
А действительно ли она опоздала на десять лет? Ее лучшие годы еще впереди, до старости пока далеко. Лу молода, подтянута и решительна. У нее в запасе есть время. Да, большинство женщин ее возраста подумывают о браке и детях. И что с того? Это их жизнь.
Лу все наверстает. За те несколько недель, что прошли с момента отъезда мальчиков, она сходила в клуб, хотя упорно отказывалась думать о случае с отравленным напитком, обновила сайт, привела в порядок фотостудию и теперь искала место, где можно учиться танцевать. Она даже пригласила на ужин мужчину. Разве это не прогресс?
Уилл вернулся на веранду и облокотился о перила.
– Это твои родители?
Лу кивнула и пригубила вина.
– Мама выступала в кабаре, а папа профессионально играл в гольф.
– А почему в прошедшем времени?
– Они умерли. Автомобильная авария десять лет назад, – ровным голосом сказала Лу, не зная, что в ее взгляде промелькнула печаль.
Уилл поморщился:
– Черт побери! Прости, пожалуйста. Это ты их фотографировала?
Лу кивнула:
– Да, за несколько дней до их гибели. – Она заставила себя собраться, сейчас он наверняка спросит о том, что именно случилось. Люди всегда хотят знать детали.
– Фотография твоя страсть или работа?
Оправившись от того, как неожиданно он сменил тему, Лу задумалась. Страсть? Однозначно да. Работа? В этом она сомневалась. Имела ли она право называть себя фотографом? У нее не было репутации, портфолио и почти никакого опыта. Она только обновила сайт и теперь искала заказчиков. Означало ли это, что она работает? Пожалуй, да.
– У меня всегда под рукой камера, – Лу прикоснулась к фотоаппарату, лежавшему рядом с ней на столе, – так что, пожалуй, и страсть, и работа. А что для тебя регби?
– И страсть, и работа, вне всякого сомнения.
Уилл закинул ногу на ногу, у Лу по коже побежали мурашки. Ее просторная веранда благодаря его присутствию стала уютнее. Она попыталась понять, что испытывает рядом с этим человеком, и вдруг с удивлением обнаружила, что ощущает себя живой.
Да, рядом с ним она оживает. И это очень важно.
Опасные мысли, Лу. Сбавь обороты. О чем они там разговаривали? Ах да, регби.
Она встретилась взглядом с Уиллом и тут же закрыла глаза.
– Кстати, о регби и фотографии. Кто сделал твой портрет, размещенный на сайте «Стингрэйз»?
– Ты была на нашем сайте? – с удивлением спросил Уилл и улыбнулся.
Лу покраснела.
– Случайно на него наткнулась. – Боже, она совершенно не умеет врать! – Кто сделал твой портрет?
– А что с ним не так?
– Что не так? Да он ужасен! Свет выставлен отвратительно, жуткие тени, ты какой-то усталый, выглядишь старше своих лет. Боже, да десятилетний ребенок с обычной «мыльницей» может сделать лучше! – возмутилась Лу. Неловкость и смущение были забыты, едва она заговорила о работе.
– Фотография действительно твоя страсть, тебе не надо в этом сомневаться.
Смутившись, Лу моргнула. В тот момент она ни в чем не была уверена. Уилл избавил ее от необходимости как-то отвечать.
– Думаешь, ты можешь лучше? – спросил он глубоким, мягким голосом.
– Я уверена в том, что могу лучше. – В глазах Лу полыхало негодование.
– Это был один из самых уважаемых фотографов в Дурбане.
– Я бы все равно потребовала вернуть деньги, – фыркнула Лу. – Низкопробная работа.
Уилл указал бокалом на фотоаппарат:
– Докажи.
– Что?
– Со мной тяжело работать, я самый нефотогеничный человек на свете.
Все равно что сказать, что Райан Рейнолдс не сексуален.
– Как ты думаешь, почему я не подписываю спонсорские награды и не работаю моделью? Камера меня не любит. – Уилл снова указал на фотоаппарат: – Давай. Сними портрет лучше, чем тот, что сейчас на сайте. Видит Всевышний, мне нужна приличная фотография.
Лу прищурилась, не в силах сопротивляться вызову, который читался во взгляде Уилла. Не отводя от него взгляда, взяла камеру, сняла крышку с объектива и поднесла аппарат к лицу, немного поиграла с настройками. Вскоре ее палец лег на кнопку, и изображение Уилла записалось на карту памяти.
Лу знала, как создать красивый кадр. Она запечатлела свет на лице Уилла, блеск в его глазах и маленькую ямочку на щеке. Она не знала этого человека, но сквозь видоискатель камеры увидела его душу и почему-то, как ни странно, почувствовала, что поняла его.
Глава 4
Глазам своим не верю! – Взяв камеру со стола, Уилл рассматривал свое изображение на экране. – Действительно хорошо получилось. Выгляжу серьезным и при этом не кажусь высокомерным. – Он думал, Лу скажет: «Я же говорила тебе!», но она только улыбнулась и поставила на стол большую миску с салатом.
Уилл натянул футболку и обмотал полотенце вокруг бедер, чтобы оно немного впитало воду, капавшую с шортов, которые нашла Лу. Она сказала, что будет накрывать на стол, а Уилл в это время может искупаться. Было душно и жарко, и он сразу же согласился.
Он указал на яркие подушки, лежавшие на стульях.
– Я мокрый.
– На них уже не раз сидели мокрые пятые точки. Так что твоя не первая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
